Фандом: Гарри Поттер. В соннике говорится, что если случайно просыпать пепел, то можно погрязнуть в мелочах, ощущая собственную беспомощность. Но если кто-то просыпает пепел нарочно — он морочит вам голову, за мелочами скрывая истину.
Добавить в моё избранное
110 мин, 25 сек 19141
Гарри покрутил колёсико радиоприёмника и услышал: «Доброе утро, друзья. Сегодня за окном по-летнему солнечно, на небе лишь пара лёгких, как пёрышко, облаков. Отличный день намечается! И совсем нет ощущения, что прошло три недели осени, а на календаре двадцать первое сентября»…
Гарри опустошённо рухнул на диван. Потом вдруг вспомнил про оставленные на столе записи, кинулся к ним, но увидел лишь безупречно чистые листы. Обыскал весь стол, заглянул в шкафчики, осмотрел пол — ничего. Может, Гермиона забрала?
Это бред, конечно. Гермиона сейчас должна быть на распределении, ведь сегодня двадцать первое…
Кто всё это делает с ним? И зачем?! Возможно, от него чего-то ждут. Только чего? Чего?
Гарри в бессильном гневе смял пустые листы и зашвырнул подальше. Никуда он сегодня не пойдёт. Хватит! Сколько можно издеваться?!
Солнце ушло в зенит, уже не раздражая своими неуместно игривыми лучами, а Гарри всё сидел, отхлёбывая из бутылки виски, и размышлял.
Получалось плохо, мешала злость на судьбу и ощущение абсолютной безнадёжности. А ещё воспоминания о страстной ночи.
Воспоминание — это всё, что ему осталось… Пусть этот день закончится. Пожалуйста!
Внезапно в камине зашевелилась зола, раздался смачный чих, и появилась голова Рона.
— Гарри, ты когда-нибудь чистишь камин? — недовольно спросил он.
Гарри не ответил.
— Эй. Что с тобой? — спросил Рон. — Заболел?
— Угу, — мрачно кивнул Гарри.
— Чем? Может, зелья какие-нибудь нужны? Ты только скажи, мы с Герм быстро тебе что-нибудь сообразим.
— Вы с Гермионой? — подозрительно прищурился Гарри.
— Ну а с кем?
— То есть вы с ней вместе, — Гарри начал закипать. — Вы ведь всегда вместе, да? Целуетесь, ругаетесь, спите?
— Ну, бывает. Тебе-то что? — недоумённо буркнул Рон.
— Ничего, — холодно отрезал Гарри. — Уходи, Рон.
— Я по делу, между прочим. У нас ещё целая банда Пожирателей на свободе. Или ты настолько болен, что не в состоянии с места сдвинуться?
— Да, болен.
— Вижу, как ты болен, — Рон укоризненно посмотрел на бутылку. — Хорош впадать в депрессию. Нам всем сейчас непросто.
Гарри саркастически усмехнулся.
— Слушай, давай вместе напьёмся, но только потом — когда поймаем всех этих гадов! — с жаром предложил Рон. — Мальсибер где-то бродит. Ты же хочешь отомстить?
Гарри лишь упрямо стиснул зубы.
— Понятно, — разочарованно резюмировал Рон. — Сиди тут, болей, — бросил он напоследок и исчез.
— И буду сидеть! — зло крикнул Гарри. — Потому что вы меня все достали!
Он поднёс к губам бутылку, сделал несколько больших глотков, словно мстил себе за слабость, облился виски, чертыхнулся. Потом уныло побрёл в ванную, где долго пялился в зеркало.
— Хочу ли я отомстить? — спросил он своё отражение.
Тяжело вздохнул и решительно засунул два пальца в рот. Очистив желудок, принял душ, вытерся до красноты, потом, слегка пошатываясь, пошагал на кухню и выпил Антипохмельное зелье.
Через пять минут Гарри был в Министерстве.
В коридоре его окликнул Кингсли.
— Хорошо, что я тебя встретил, — озабоченно сказал министр. — Пойдём ко мне, есть важный разговор.
В кабинете Кингсли повёл себя странно: навёл чары Глухоты, будто боялся прослушки, и заговорил полушёпотом:
— Я сегодня встречался со своим информатором. Есть сведения, что в аврорате засел крот, который сливает банде Мальсибера все наши операции. Кто он, мне уже известно, но, чтобы его прижать, нужны веские доказательства.
— Кто? — спросил Гарри.
Кингсли наклонился и прошептал ему на ухо имя. У Гарри от удивления вытянулось лицо.
— Ты что, пил? — подозрительно спросил Кингсли.
— Нет, — мотнул головой Гарри. Это настойка от простуды, — он демонстративно покашлял.
— Понятно. Вообще, пить не время. Я хочу, чтобы ты занялся этим делом. Сольёшь ему дезу и устроишь засаду. Если клюнет, мы и Мальсибера поймаем, и крота возьмём. Организуй всё сегодня, Поттер, потому что за жизнь своего информатора я не ручаюсь.
Гарри задумался. Слова Кингсли он воспринял с недоверием. Нет, о том, что в аврорате крот, и раньше имелись смутные догадки. Но стоит ли принимать за истину всё, что говорят окружающие? И что вообще следует воспринимать всерьёз? Кингсли выглядел как всегда: спокойный, сосредоточенный, надёжный. В другое время Гарри бы уже начал планировать операцию по выявлению предателя, но сейчас он был в ступоре.
— Что с тобой? — спросил Кингсли.
— Ничего. Ты уверен в своём информаторе? Возможно, он ошибается, — озвучил свои сомнения Гарри.
— Информатор — человек честный, но ошибаться могут все.
— То есть ты точно не знаешь, кто крот?
— Знал бы, если бы были доказательства, а их нет.
Гарри опустошённо рухнул на диван. Потом вдруг вспомнил про оставленные на столе записи, кинулся к ним, но увидел лишь безупречно чистые листы. Обыскал весь стол, заглянул в шкафчики, осмотрел пол — ничего. Может, Гермиона забрала?
Это бред, конечно. Гермиона сейчас должна быть на распределении, ведь сегодня двадцать первое…
Кто всё это делает с ним? И зачем?! Возможно, от него чего-то ждут. Только чего? Чего?
Гарри в бессильном гневе смял пустые листы и зашвырнул подальше. Никуда он сегодня не пойдёт. Хватит! Сколько можно издеваться?!
Солнце ушло в зенит, уже не раздражая своими неуместно игривыми лучами, а Гарри всё сидел, отхлёбывая из бутылки виски, и размышлял.
Получалось плохо, мешала злость на судьбу и ощущение абсолютной безнадёжности. А ещё воспоминания о страстной ночи.
Воспоминание — это всё, что ему осталось… Пусть этот день закончится. Пожалуйста!
Внезапно в камине зашевелилась зола, раздался смачный чих, и появилась голова Рона.
— Гарри, ты когда-нибудь чистишь камин? — недовольно спросил он.
Гарри не ответил.
— Эй. Что с тобой? — спросил Рон. — Заболел?
— Угу, — мрачно кивнул Гарри.
— Чем? Может, зелья какие-нибудь нужны? Ты только скажи, мы с Герм быстро тебе что-нибудь сообразим.
— Вы с Гермионой? — подозрительно прищурился Гарри.
— Ну а с кем?
— То есть вы с ней вместе, — Гарри начал закипать. — Вы ведь всегда вместе, да? Целуетесь, ругаетесь, спите?
— Ну, бывает. Тебе-то что? — недоумённо буркнул Рон.
— Ничего, — холодно отрезал Гарри. — Уходи, Рон.
— Я по делу, между прочим. У нас ещё целая банда Пожирателей на свободе. Или ты настолько болен, что не в состоянии с места сдвинуться?
— Да, болен.
— Вижу, как ты болен, — Рон укоризненно посмотрел на бутылку. — Хорош впадать в депрессию. Нам всем сейчас непросто.
Гарри саркастически усмехнулся.
— Слушай, давай вместе напьёмся, но только потом — когда поймаем всех этих гадов! — с жаром предложил Рон. — Мальсибер где-то бродит. Ты же хочешь отомстить?
Гарри лишь упрямо стиснул зубы.
— Понятно, — разочарованно резюмировал Рон. — Сиди тут, болей, — бросил он напоследок и исчез.
— И буду сидеть! — зло крикнул Гарри. — Потому что вы меня все достали!
Он поднёс к губам бутылку, сделал несколько больших глотков, словно мстил себе за слабость, облился виски, чертыхнулся. Потом уныло побрёл в ванную, где долго пялился в зеркало.
— Хочу ли я отомстить? — спросил он своё отражение.
Тяжело вздохнул и решительно засунул два пальца в рот. Очистив желудок, принял душ, вытерся до красноты, потом, слегка пошатываясь, пошагал на кухню и выпил Антипохмельное зелье.
Через пять минут Гарри был в Министерстве.
В коридоре его окликнул Кингсли.
— Хорошо, что я тебя встретил, — озабоченно сказал министр. — Пойдём ко мне, есть важный разговор.
В кабинете Кингсли повёл себя странно: навёл чары Глухоты, будто боялся прослушки, и заговорил полушёпотом:
— Я сегодня встречался со своим информатором. Есть сведения, что в аврорате засел крот, который сливает банде Мальсибера все наши операции. Кто он, мне уже известно, но, чтобы его прижать, нужны веские доказательства.
— Кто? — спросил Гарри.
Кингсли наклонился и прошептал ему на ухо имя. У Гарри от удивления вытянулось лицо.
— Ты что, пил? — подозрительно спросил Кингсли.
— Нет, — мотнул головой Гарри. Это настойка от простуды, — он демонстративно покашлял.
— Понятно. Вообще, пить не время. Я хочу, чтобы ты занялся этим делом. Сольёшь ему дезу и устроишь засаду. Если клюнет, мы и Мальсибера поймаем, и крота возьмём. Организуй всё сегодня, Поттер, потому что за жизнь своего информатора я не ручаюсь.
Гарри задумался. Слова Кингсли он воспринял с недоверием. Нет, о том, что в аврорате крот, и раньше имелись смутные догадки. Но стоит ли принимать за истину всё, что говорят окружающие? И что вообще следует воспринимать всерьёз? Кингсли выглядел как всегда: спокойный, сосредоточенный, надёжный. В другое время Гарри бы уже начал планировать операцию по выявлению предателя, но сейчас он был в ступоре.
— Что с тобой? — спросил Кингсли.
— Ничего. Ты уверен в своём информаторе? Возможно, он ошибается, — озвучил свои сомнения Гарри.
— Информатор — человек честный, но ошибаться могут все.
— То есть ты точно не знаешь, кто крот?
— Знал бы, если бы были доказательства, а их нет.
Страница 17 из 33
