Фандом: Гарри Поттер. Грегори Гойл очень хочет произвести на кого-то впечатление. Известно, что это не Лаванда Браун и не Гермиона Грейнджер. Тогда кто?
Добавить в моё избранное
109 мин, 5 сек 20638
И сейчас самым правильным ему показалось уединиться где-нибудь в глубине фамильного имения и провести всю жизнь вдали от людей с их тараканами. Хоть у Малфоя и Лавгуд они были разными, но отнюдь не тощими!
И тут он увидел ЕЕ. Она стояла, прислонившись к перилам, и плакала, закрыв лицо руками. Сердце Гойла совершило тройной тулуп с заходом в аксель и приземлилось в пятках. Он совершенно не знал, что делать, когда видишь любимую девушку в таком состоянии, и он… стиснув зубы, прошел мимо. Просто прошел мимо!
Жалкий, ничтожный трус! И когда только он уже исчезнет?!
На Прорицаниях было тихо. Трелони сидела в своем углу, проверяя работы, а Фиренце вещал что-то непонятное, отчего Гойлу ужасно захотелось спать. Но, может, так и было задумано. Прошло совсем немного времени, и он отключился. Во сне он видел поля и равнины, поросшие высокой травой; горные склоны и звездное небо, такое ясное, такое волшебное… А потом перед его взором возник водопад, в струях которого резвились русалки. Это было так чудесно, что Грегори очень захотелось оказаться в том месте, куда перенес его услужливый Морфей.
— К следующему занятию я надеюсь получить свитки с описанием того, что вы видели, пока пребывали в трансе, — бодро сообщил в конце занятия Фиренце и отпустил студентов.
Гойл снова погрузился в суету учебного дня. Он поболтал с Харпером, поржал над пошлым анекдотом Смита, сопроводил Малфоя в библиотеку, где тот велел ему стоять на стреме и не мешать делать что-то, явно идущее вразрез с правилами.
И вот, наконец, школьный двор и компания ребят, играющих в Плюй-камни. Гойл воспрянул духом, вздыхая полной грудью — жизнь была не такой уж плохой! Девчонки стайками ютились вокруг скамеек, но Гойл точно знал, кого искать. Красные шарфы, синие юбки, зеленые галстуки… И она среди всех — такая яркая, что не заметить невозможно. Грегори горестно вздохнул, чувствуя, что краснеет. Ему пришла в голову мысль написать письмо с признанием, как та Саттон, как вдруг взгляд его упал на двух гриффиндорок, проходивших мимо.
— Даже не знаю, на что эта Гринграсс надеется, — говорила одна из них, блондинка Браун. — Это очень сильно зелье.
— А если ошибка в рецепте?! — спросила ее смуглая подруга — одна из сестер Патил.
— Исключено! — Лаванда затрясла белокурыми кудряшками. — Если зелье вызвало такую сильную реакцию, значит, презрение Малфоя просто зашкаливает!
— Не хотела бы я такое про своего парня выяснить…
— А если ты еще только хочешь, чтобы он стал твоим парнем?!
Подруги посмотрели на Гойла и, не сговариваясь, захихикали. Он отошел в сторону, пропуская их, и отчетливо услышал шепот Браун:
— Этому разве что Лихо-зелье поможет!
Гойл оторопело посмотрел вслед гриффиндорским модницам. Он никогда не слышал ни о чем подобном. И даже догадывался, что это была издевка, но… Что, если и вправду поможет?!
— Браун! — окликнул он так резко, что та едва не подпрыгнула.
— Чего тебе?! — недовольно обернулась Лаванда, а ее подружка попятилась.
— Что за Лихо-зелье?! — он почувствовал, что снова краснеет, но ничего не мог с собой поделать.
— Так ты слышал… — Браун хихикнула. — Разве не знаешь?! Лихо-зелье помогает обменять удачу на исполнение желания!
— Гонишь! — выпалил Гойл прежде, чем успел подумать.
— Только не говори мне, что всерьез решил его попробовать, — Браун скептически помахала рукой. — Опасная вещь вообще-то!
— У меня нет удачи! А желание есть! Так что… — краем глаза он заметил, что девушка грез смотрит на него, и это прибавило сил.
— Ого! Желание! — Лаванда уже не скрывала насмешки. — Как ты понимаешь, если тебе нечего менять, то и обмена не выйдет. А так… Дерзай!
— Как мне его найти?! — Гойл в отчаянии схватил Браун за руку, и она брезгливо оттолкнула его.
— Да закажи просто! В любом выпуске «Пророка» полно таких объявлений!
И она взяла подругу под ручку и продолжила свой путь, а Гойл остался размышлять над тем, что услышал.
Следующее утро Грегори провел в борьбе с собой. Мысли о Лихо-зелье не покидали его, но поддаться искушению было страшно — цена казалась высоковатой. Впрочем, Гойл был не единственным, кто чувствовал себя паршиво этим утром: на Малфое просто лица не было. Он бесцельно метался по гостиной, периодически швыряя то в один, то в другой ее угол заклятия, но успокоиться никак не мог. Гойл решил, что к нему лучше не лезть.
Наконец из спальни показалась Дафна Гринграсс, и гостиную словно солнцем озарило. Она светилась от счастья, и это взбесило Малфоя еще больше.
— Эй, Григрасс! — едко окликнул он. — Ты знаешь, что тебе не идет красный цвет?!
— Не сейчас, Дра-а-ако! — пропела она и, взяв под руку Пэнси, выпорхнула в коридор. Малфой заскрежетал зубами, заметил Гойла и тут же, без предупреждения, выкрикнул:
— Диффиндо!
И тут он увидел ЕЕ. Она стояла, прислонившись к перилам, и плакала, закрыв лицо руками. Сердце Гойла совершило тройной тулуп с заходом в аксель и приземлилось в пятках. Он совершенно не знал, что делать, когда видишь любимую девушку в таком состоянии, и он… стиснув зубы, прошел мимо. Просто прошел мимо!
Жалкий, ничтожный трус! И когда только он уже исчезнет?!
На Прорицаниях было тихо. Трелони сидела в своем углу, проверяя работы, а Фиренце вещал что-то непонятное, отчего Гойлу ужасно захотелось спать. Но, может, так и было задумано. Прошло совсем немного времени, и он отключился. Во сне он видел поля и равнины, поросшие высокой травой; горные склоны и звездное небо, такое ясное, такое волшебное… А потом перед его взором возник водопад, в струях которого резвились русалки. Это было так чудесно, что Грегори очень захотелось оказаться в том месте, куда перенес его услужливый Морфей.
— К следующему занятию я надеюсь получить свитки с описанием того, что вы видели, пока пребывали в трансе, — бодро сообщил в конце занятия Фиренце и отпустил студентов.
Гойл снова погрузился в суету учебного дня. Он поболтал с Харпером, поржал над пошлым анекдотом Смита, сопроводил Малфоя в библиотеку, где тот велел ему стоять на стреме и не мешать делать что-то, явно идущее вразрез с правилами.
И вот, наконец, школьный двор и компания ребят, играющих в Плюй-камни. Гойл воспрянул духом, вздыхая полной грудью — жизнь была не такой уж плохой! Девчонки стайками ютились вокруг скамеек, но Гойл точно знал, кого искать. Красные шарфы, синие юбки, зеленые галстуки… И она среди всех — такая яркая, что не заметить невозможно. Грегори горестно вздохнул, чувствуя, что краснеет. Ему пришла в голову мысль написать письмо с признанием, как та Саттон, как вдруг взгляд его упал на двух гриффиндорок, проходивших мимо.
— Даже не знаю, на что эта Гринграсс надеется, — говорила одна из них, блондинка Браун. — Это очень сильно зелье.
— А если ошибка в рецепте?! — спросила ее смуглая подруга — одна из сестер Патил.
— Исключено! — Лаванда затрясла белокурыми кудряшками. — Если зелье вызвало такую сильную реакцию, значит, презрение Малфоя просто зашкаливает!
— Не хотела бы я такое про своего парня выяснить…
— А если ты еще только хочешь, чтобы он стал твоим парнем?!
Подруги посмотрели на Гойла и, не сговариваясь, захихикали. Он отошел в сторону, пропуская их, и отчетливо услышал шепот Браун:
— Этому разве что Лихо-зелье поможет!
Гойл оторопело посмотрел вслед гриффиндорским модницам. Он никогда не слышал ни о чем подобном. И даже догадывался, что это была издевка, но… Что, если и вправду поможет?!
— Браун! — окликнул он так резко, что та едва не подпрыгнула.
— Чего тебе?! — недовольно обернулась Лаванда, а ее подружка попятилась.
— Что за Лихо-зелье?! — он почувствовал, что снова краснеет, но ничего не мог с собой поделать.
— Так ты слышал… — Браун хихикнула. — Разве не знаешь?! Лихо-зелье помогает обменять удачу на исполнение желания!
— Гонишь! — выпалил Гойл прежде, чем успел подумать.
— Только не говори мне, что всерьез решил его попробовать, — Браун скептически помахала рукой. — Опасная вещь вообще-то!
— У меня нет удачи! А желание есть! Так что… — краем глаза он заметил, что девушка грез смотрит на него, и это прибавило сил.
— Ого! Желание! — Лаванда уже не скрывала насмешки. — Как ты понимаешь, если тебе нечего менять, то и обмена не выйдет. А так… Дерзай!
— Как мне его найти?! — Гойл в отчаянии схватил Браун за руку, и она брезгливо оттолкнула его.
— Да закажи просто! В любом выпуске «Пророка» полно таких объявлений!
И она взяла подругу под ручку и продолжила свой путь, а Гойл остался размышлять над тем, что услышал.
Следующее утро Грегори провел в борьбе с собой. Мысли о Лихо-зелье не покидали его, но поддаться искушению было страшно — цена казалась высоковатой. Впрочем, Гойл был не единственным, кто чувствовал себя паршиво этим утром: на Малфое просто лица не было. Он бесцельно метался по гостиной, периодически швыряя то в один, то в другой ее угол заклятия, но успокоиться никак не мог. Гойл решил, что к нему лучше не лезть.
Наконец из спальни показалась Дафна Гринграсс, и гостиную словно солнцем озарило. Она светилась от счастья, и это взбесило Малфоя еще больше.
— Эй, Григрасс! — едко окликнул он. — Ты знаешь, что тебе не идет красный цвет?!
— Не сейчас, Дра-а-ако! — пропела она и, взяв под руку Пэнси, выпорхнула в коридор. Малфой заскрежетал зубами, заметил Гойла и тут же, без предупреждения, выкрикнул:
— Диффиндо!
Страница 5 из 32
