Фандом: Воин Пэк Тон Су. Под Новый год даже в Чосоне происходят чудеса. И потерянную любовь можно обрести вновь.
Добавить в моё избранное
10 мин, 4 сек 6064
— Ни за что! — категорично заявил Вун, впервые в своей жизни осмелившись перечить главе.
Чхон перестал насвистывать «Джингл беллз» и укоризненно посмотрел на ученика.
— Что не так? Это обычное задание, одно из многих. Или считаешь, что не справишься?
— Справлюсь, но… Глава… — Вун беспомощно отвел взгляд. — Опять?
— В прошлый раз у тебя великолепно получилось. Негоже пропадать такому таланту. Тем более я на этот раз пойду с тобой, — он напялил красную шубу до пят с белой меховой окантовкой и критически оглядел себя в зеркале. — Неплохо. Может, стоит сменить нашу скучную черную форму на что-то поярче?
— Вы выглядите, как владелец дома кисэн, — проворчал Вун тихо, но Чхон услышал и ухмыльнулся.
— Не возникай, мальчишка. И облачайся в свою маскировку.
Несколькими минутами позже Вун пялился в зеркало так, словно там разворачивался по меньшей мере апокалипсис. На нем была девичья голубая шубка, отороченная мягким белым мехом, голубые искрящиеся сапожки и голубая же шапочка. Га Ок постаралась с помощью макияжа превратить его в настоящую девицу, а также вплела в волосы одну из накладных кос, которыми пользуются кисэн, и теперь та, перехваченная серебряной ленточкой, свисала ниже пояса. Щеки были густо нарумянены, и Вун выглядел так, будто хорошенько замерз.
— Глава, — пискнул он. — Что это?
Чхон в той же красной шубе, но с накладной белой бородой до пупа, шикарными белыми усами и лихо заломленном красном колпаке нежно обнял его за плечи.
— Сегодня ты моя внученька. Сневуночка.
Вун тщетно пытался шагать ровно, но на каблучках да по скользкой улице это удавалось с трудом. Он то и дело хватался за шубу Чхона, который ничуть не возражал. Глава тащил на плече огромный мешок, во второй руке держал длинный посох, украшенный блестками. Вун понятия не имел, зачем понадобился весь этот маскарад, но шубка, надо признаться, оказалась теплой. Не чета легким одеждам наемника, где приоритет отдается не теплу, а свободе движений.
— Глава, — проговорил он, задыхаясь. — Куда мы идем?
— Раздавать подарки, лапочка моя, — пробасил тот, затем понизил голос. — Нужно кое-что выкрасть, но для отвода глаз придется импровизировать. Я бы и сам справился, но с тобой куда легче, — он усмехнулся донесшемуся вслед Вуну свисту.
Тот закатил глаза и едва не упал на скользкой дороге, умудрившись в последний момент устоять на ногах. Но при этом выписал такой пируэт бедрами, что свист стал громче. Раздались одобрительные возгласы и аплодисменты.
— Если вы хотели привлечь внимание, вам это удалось, глава, — зло прошипел он. — На нас же вся улица пялится!
— На тебя, милая, на тебя. Не забывай — я твой добрый дедуля, — Чхон раскрыл мешок, вытащил оттуда несколько связок монет и подбросил в воздух. — С новым годом!
Изумленные и радостные вопли накрыли улицу волной, заставив горожан позабыть про Вуна. Тот уцепился за шубу «дедули» и посеменил за ним.
— И куда мы идем?
— Для начала — вот сюда, — Чхон повернул в переулок. — Нужна проверка маскировки, да и, готов спорить, ты не прочь повидаться с другом.
— С другом? — недоуменно переспросил Вун и тут же побледнел так, что под толстым слоем макияжа стало заметно. — О нет. Нет-нет-нет, не надо, глава!
— Надо! — Чхон уже толкнул калитку и рявкнул на всю округу. — С новым годом! С новым счастьем!
Из дома выглянул Са Мо. Усы топорщились, из глаз еще не ушли остатки сна, но тесак угрожающе поблескивал.
— Какого лешего, кто посмел меня разбудить, я терпеть не могу, когда прерывают мой со… Святые ханурики, это что за чудо-юдо?!
— Дед Мороз, — ухмыльнулся Чхон. — Вам подарочки принес. А это моя внученька, иди, поздоровайся с дядюшкой.
— Скорее, дед Цирроз, — проворчал Вун и поклонился Са Мо, опустив голову как можно ниже — Чхона-то во всем этот маскараде узнать было сложно, а вот его… — Здрасьте.
При виде Вуна Са Мо немного оттаял, но все равно смотрел с подозрением, поигрывая тесаком.
— И чего вам надо?
— Честно? Чтобы ты встал на стул и рассказал стишок, — ухмыльнулся Чхон, садясь на чурку для колки дров. — А потом налил дедушке выпить. Долго пришлось с Северов шлепать, замерз я.
— Кто там, дядь? — на пороге появился заспанный взъерошенный Тон Су. Заметив гостей, а первым делом — хорошенькую девчулю, скромно опустившую глазки в землю, он схватил пригоршню снега, бухнул себе на лицо и растер. — Такое событие, а я неумытый…
— Ты и сейчас неумытый, паршивец, — рыкнул на него Са Мо. — Только рожа покраснела.
— Зато проснулся, — Тон Су торопливо пригладил торчащие дыбом волосы и припрыгал к Вуну. — Добрый вечер, госпожа. Могу я узнать, как вас… эээ…
Вун чуть приподнял голову, вперив горящий яростью взгляд в друга.
— Сневуночка, — прошипел он.
Чхон перестал насвистывать «Джингл беллз» и укоризненно посмотрел на ученика.
— Что не так? Это обычное задание, одно из многих. Или считаешь, что не справишься?
— Справлюсь, но… Глава… — Вун беспомощно отвел взгляд. — Опять?
— В прошлый раз у тебя великолепно получилось. Негоже пропадать такому таланту. Тем более я на этот раз пойду с тобой, — он напялил красную шубу до пят с белой меховой окантовкой и критически оглядел себя в зеркале. — Неплохо. Может, стоит сменить нашу скучную черную форму на что-то поярче?
— Вы выглядите, как владелец дома кисэн, — проворчал Вун тихо, но Чхон услышал и ухмыльнулся.
— Не возникай, мальчишка. И облачайся в свою маскировку.
Несколькими минутами позже Вун пялился в зеркало так, словно там разворачивался по меньшей мере апокалипсис. На нем была девичья голубая шубка, отороченная мягким белым мехом, голубые искрящиеся сапожки и голубая же шапочка. Га Ок постаралась с помощью макияжа превратить его в настоящую девицу, а также вплела в волосы одну из накладных кос, которыми пользуются кисэн, и теперь та, перехваченная серебряной ленточкой, свисала ниже пояса. Щеки были густо нарумянены, и Вун выглядел так, будто хорошенько замерз.
— Глава, — пискнул он. — Что это?
Чхон в той же красной шубе, но с накладной белой бородой до пупа, шикарными белыми усами и лихо заломленном красном колпаке нежно обнял его за плечи.
— Сегодня ты моя внученька. Сневуночка.
Вун тщетно пытался шагать ровно, но на каблучках да по скользкой улице это удавалось с трудом. Он то и дело хватался за шубу Чхона, который ничуть не возражал. Глава тащил на плече огромный мешок, во второй руке держал длинный посох, украшенный блестками. Вун понятия не имел, зачем понадобился весь этот маскарад, но шубка, надо признаться, оказалась теплой. Не чета легким одеждам наемника, где приоритет отдается не теплу, а свободе движений.
— Глава, — проговорил он, задыхаясь. — Куда мы идем?
— Раздавать подарки, лапочка моя, — пробасил тот, затем понизил голос. — Нужно кое-что выкрасть, но для отвода глаз придется импровизировать. Я бы и сам справился, но с тобой куда легче, — он усмехнулся донесшемуся вслед Вуну свисту.
Тот закатил глаза и едва не упал на скользкой дороге, умудрившись в последний момент устоять на ногах. Но при этом выписал такой пируэт бедрами, что свист стал громче. Раздались одобрительные возгласы и аплодисменты.
— Если вы хотели привлечь внимание, вам это удалось, глава, — зло прошипел он. — На нас же вся улица пялится!
— На тебя, милая, на тебя. Не забывай — я твой добрый дедуля, — Чхон раскрыл мешок, вытащил оттуда несколько связок монет и подбросил в воздух. — С новым годом!
Изумленные и радостные вопли накрыли улицу волной, заставив горожан позабыть про Вуна. Тот уцепился за шубу «дедули» и посеменил за ним.
— И куда мы идем?
— Для начала — вот сюда, — Чхон повернул в переулок. — Нужна проверка маскировки, да и, готов спорить, ты не прочь повидаться с другом.
— С другом? — недоуменно переспросил Вун и тут же побледнел так, что под толстым слоем макияжа стало заметно. — О нет. Нет-нет-нет, не надо, глава!
— Надо! — Чхон уже толкнул калитку и рявкнул на всю округу. — С новым годом! С новым счастьем!
Из дома выглянул Са Мо. Усы топорщились, из глаз еще не ушли остатки сна, но тесак угрожающе поблескивал.
— Какого лешего, кто посмел меня разбудить, я терпеть не могу, когда прерывают мой со… Святые ханурики, это что за чудо-юдо?!
— Дед Мороз, — ухмыльнулся Чхон. — Вам подарочки принес. А это моя внученька, иди, поздоровайся с дядюшкой.
— Скорее, дед Цирроз, — проворчал Вун и поклонился Са Мо, опустив голову как можно ниже — Чхона-то во всем этот маскараде узнать было сложно, а вот его… — Здрасьте.
При виде Вуна Са Мо немного оттаял, но все равно смотрел с подозрением, поигрывая тесаком.
— И чего вам надо?
— Честно? Чтобы ты встал на стул и рассказал стишок, — ухмыльнулся Чхон, садясь на чурку для колки дров. — А потом налил дедушке выпить. Долго пришлось с Северов шлепать, замерз я.
— Кто там, дядь? — на пороге появился заспанный взъерошенный Тон Су. Заметив гостей, а первым делом — хорошенькую девчулю, скромно опустившую глазки в землю, он схватил пригоршню снега, бухнул себе на лицо и растер. — Такое событие, а я неумытый…
— Ты и сейчас неумытый, паршивец, — рыкнул на него Са Мо. — Только рожа покраснела.
— Зато проснулся, — Тон Су торопливо пригладил торчащие дыбом волосы и припрыгал к Вуну. — Добрый вечер, госпожа. Могу я узнать, как вас… эээ…
Вун чуть приподнял голову, вперив горящий яростью взгляд в друга.
— Сневуночка, — прошипел он.
Страница 1 из 3
