Фандом: Ориджиналы. Фред и Джордж Смиты решили выяснить, что произошло с их бабушкой. Почему старушка утверждает, что попала в замок к вампиру? Поспорив, братья попадают в серьезный переплет. Теперь им предстоит выбраться из загадочного Приречья, которое недружелюбно встречает их криком говорящего ворона: «Катитесь к черту!». Похоже, фантастическая вселенная не слишком рада гостям?
Добавить в моё избранное
21 мин, 23 сек 1812
Я, учитывая мое происхождение и навыки, веду бухгалтерию для королевской казны. Так вот у нас там есть небольшие… ммм, долги, и я решил совместить приятное с полезным, — широко улыбнулся дракон, демонстрируя все свои зубы и дружелюбие.
— Подскажите, пожалуйста, — не унимался Фред. — Вы вот сказали по поводу виселицы… То есть, получается, что самые достойные мужи королевства отправляются на турнир, выигрывают, а после погибают на виселице?
— Ну, — Смауги почесал хвостом затылок. — Пожалуй, что так.
— И как же на это смотрит общественность? — удивился будущий историк. — Восстания, бунты?
— Пшеницу пора сеять, какие бунты! — удивился Смауги. — И потом, сами виноваты, дураки, что решили полезть на рожон. Никто ж их не заставляет.
— Так мне вот не до конца ясно, — тоном зануды журналиста продолжил Фред. — Вот они отправляются к Прекраснейшей Мелисенте… и что же дальше? Как-то не совсем вяжется, вы не находите? Ну, они ведь победили, и теперь сердце дамы должно принадлежать им? Или я где-то не прав? Нет, вы поправьте меня, если я заблуждаюсь…
— Так ведь они ж отказываются, — Смауги снова почесался. Вид у него был изумленным. — Приходят, смотрят и отказываются.
— Неужто Прекраснейшая не приходится им по нраву? — удивился Фред.
— Не представляю, как это происходит, — дракон пожал атрофированными в ходе эволюции плечами. — Не был бы я драконом…
— Так, ну-ка, давайте, показывайте мне эту вашу Мелисенту! — Джордж хлопнул по столу, собравшись с мужеством после встречи с драконом.
Смауги и Фред посмотрели на него одинаково подозрительно и тревожно.
Мелисента была занята, и найти ее делегация из Загорья смогла только на заднем дворе. Заметив фигуру Прекраснейшей издали, Фред открыл рот и замер, тупо глядя перед собой. Для него вопрос о том, по какой причине отказываются все эти благородные люди от трона всего Приречья был решенным. Джордж вопреки логике направился прямиком к… даме.
Ростом от силы полутора метров, Мелисента Прекраснейшая в обхвате могла бы составить конкуренцию даже дракону Смауги, который едва пролезал в коридоры ветхого средневекового домика. Волосы королевы были убраны в тугой хвост, а простая льняная рубаха доставала до колен. Ноги ниже колен были украшены густым волосяным покровом. Мелисента явно нуждалась в последних достижениях салонов красоты Лондона и могла бы стать обложкой для целого тематического фотосета «До и после». Сейчас правительница Приречья занималась колкой дров, лихо размещая очередное поленце на нужное место легким движением запястья.
— О Прекраснейшая, — окликнул даму Джордж. — Нельзя ли пригласить вас на чашечку чая?
— Джордж, ты че делаешь, нас же повесят! — возмутился Фред, предприняв попытку оттащить брата за рукав. Тот вывернулся и направился ближе к Мелисенте.
Девушка развернулась, демонстрируя обилие веснушек на румяном от работы лице. Мелисенту можно было назвать милой и по-своему обаятельной, но ее занятие и общий облик мешали воспринимать Прекраснейшую в соответствии с титулом.
— Ты кто такой вообще? — нахмурилась королева, подперев кулаками бока.
— Смит, — парень протянул руку Мелисенте, — Джордж Смит.
Прекраснейшая схватила протянутую руку и уверенно пожала ее, принимая приветствие. Фред смотрел на выражения лиц брата и королевы, и ему на ум пришел один из мультиков Уолта Дисней, в котором между влюбленными пролетали стайки поющих птичек.
— Ты поглянь-ка, добрались! — каркнул знакомый ворон, опускаясь на плечо Мелисенты.
— Ой, Чернушка, и ты здесь, — улыбнулась вдруг Мелисента. Улыбка добавила ей очарования. Пожалуй, с такой вот Мелисентой Фред даже смог бы ехать в одном вагоне метро. По крайней мере, она не вызывала больше желания немедленно бежать сломя голову, не разбирая направления.
— Ваша птичка? — галантно осведомился Джордж.
— Чернуш со мной уж года два как, — кивнул Мелисента и, наконец, отпустила руку парня. — Пройдемте в дом, а?
— Стало быть, как вас сюда занесло, вы не в курсах? — подвела итог Мелисента, когда братья закончили историю, то и дело перебивая друг друга. Версия Джорджа обросла небылицами, в которых тот неизменно представлялся героем Средневековья. Чего стоил хотя бы злобный старик-оборотень, которого Джордж, якобы, заколол граблями в самом начале их странствия по Приречью.
— Именно так, Прекраснейшая, — отозвался молодой покоритель оборотней.
— Ну, че тут скажешь, хреново, — Мелисента осушила кружку чая залпом и долила себе еще из чайника, даже не поморщившись от раскаленной ручки.
— Может быть, вы могли бы подсказать, как нам выбраться? — робко попросил Фред. Джордж одарил его укоризненным взглядом. Дескать, мешаешь светской беседе.
— Выбраться-то я запросто помогу, — рассмеялась Мелисента. От ее хохота Фред и Смауги, деликатно устроившийся в уголке, одновременно вздрогнули.
— Подскажите, пожалуйста, — не унимался Фред. — Вы вот сказали по поводу виселицы… То есть, получается, что самые достойные мужи королевства отправляются на турнир, выигрывают, а после погибают на виселице?
— Ну, — Смауги почесал хвостом затылок. — Пожалуй, что так.
— И как же на это смотрит общественность? — удивился будущий историк. — Восстания, бунты?
— Пшеницу пора сеять, какие бунты! — удивился Смауги. — И потом, сами виноваты, дураки, что решили полезть на рожон. Никто ж их не заставляет.
— Так мне вот не до конца ясно, — тоном зануды журналиста продолжил Фред. — Вот они отправляются к Прекраснейшей Мелисенте… и что же дальше? Как-то не совсем вяжется, вы не находите? Ну, они ведь победили, и теперь сердце дамы должно принадлежать им? Или я где-то не прав? Нет, вы поправьте меня, если я заблуждаюсь…
— Так ведь они ж отказываются, — Смауги снова почесался. Вид у него был изумленным. — Приходят, смотрят и отказываются.
— Неужто Прекраснейшая не приходится им по нраву? — удивился Фред.
— Не представляю, как это происходит, — дракон пожал атрофированными в ходе эволюции плечами. — Не был бы я драконом…
— Так, ну-ка, давайте, показывайте мне эту вашу Мелисенту! — Джордж хлопнул по столу, собравшись с мужеством после встречи с драконом.
Смауги и Фред посмотрели на него одинаково подозрительно и тревожно.
Мелисента была занята, и найти ее делегация из Загорья смогла только на заднем дворе. Заметив фигуру Прекраснейшей издали, Фред открыл рот и замер, тупо глядя перед собой. Для него вопрос о том, по какой причине отказываются все эти благородные люди от трона всего Приречья был решенным. Джордж вопреки логике направился прямиком к… даме.
Ростом от силы полутора метров, Мелисента Прекраснейшая в обхвате могла бы составить конкуренцию даже дракону Смауги, который едва пролезал в коридоры ветхого средневекового домика. Волосы королевы были убраны в тугой хвост, а простая льняная рубаха доставала до колен. Ноги ниже колен были украшены густым волосяным покровом. Мелисента явно нуждалась в последних достижениях салонов красоты Лондона и могла бы стать обложкой для целого тематического фотосета «До и после». Сейчас правительница Приречья занималась колкой дров, лихо размещая очередное поленце на нужное место легким движением запястья.
— О Прекраснейшая, — окликнул даму Джордж. — Нельзя ли пригласить вас на чашечку чая?
— Джордж, ты че делаешь, нас же повесят! — возмутился Фред, предприняв попытку оттащить брата за рукав. Тот вывернулся и направился ближе к Мелисенте.
Девушка развернулась, демонстрируя обилие веснушек на румяном от работы лице. Мелисенту можно было назвать милой и по-своему обаятельной, но ее занятие и общий облик мешали воспринимать Прекраснейшую в соответствии с титулом.
— Ты кто такой вообще? — нахмурилась королева, подперев кулаками бока.
— Смит, — парень протянул руку Мелисенте, — Джордж Смит.
Прекраснейшая схватила протянутую руку и уверенно пожала ее, принимая приветствие. Фред смотрел на выражения лиц брата и королевы, и ему на ум пришел один из мультиков Уолта Дисней, в котором между влюбленными пролетали стайки поющих птичек.
— Ты поглянь-ка, добрались! — каркнул знакомый ворон, опускаясь на плечо Мелисенты.
— Ой, Чернушка, и ты здесь, — улыбнулась вдруг Мелисента. Улыбка добавила ей очарования. Пожалуй, с такой вот Мелисентой Фред даже смог бы ехать в одном вагоне метро. По крайней мере, она не вызывала больше желания немедленно бежать сломя голову, не разбирая направления.
— Ваша птичка? — галантно осведомился Джордж.
— Чернуш со мной уж года два как, — кивнул Мелисента и, наконец, отпустила руку парня. — Пройдемте в дом, а?
— Стало быть, как вас сюда занесло, вы не в курсах? — подвела итог Мелисента, когда братья закончили историю, то и дело перебивая друг друга. Версия Джорджа обросла небылицами, в которых тот неизменно представлялся героем Средневековья. Чего стоил хотя бы злобный старик-оборотень, которого Джордж, якобы, заколол граблями в самом начале их странствия по Приречью.
— Именно так, Прекраснейшая, — отозвался молодой покоритель оборотней.
— Ну, че тут скажешь, хреново, — Мелисента осушила кружку чая залпом и долила себе еще из чайника, даже не поморщившись от раскаленной ручки.
— Может быть, вы могли бы подсказать, как нам выбраться? — робко попросил Фред. Джордж одарил его укоризненным взглядом. Дескать, мешаешь светской беседе.
— Выбраться-то я запросто помогу, — рассмеялась Мелисента. От ее хохота Фред и Смауги, деликатно устроившийся в уголке, одновременно вздрогнули.
Страница 6 из 7
