Фандом: Ориджиналы. Оказавшись на галактическом рынке, будьте внимательны и осторожны. И не совершайте сомнительных сделок.
Добавить в моё избранное
38 мин, 42 сек 11788
— Подожди, Мыкола! Давай я сообщу этим яхтсменам, которых мы спасли, они же рядом. Пусть узнают, в чем дело.
— Ну, давай. Я обожду.
Прошло еще несколько томительных минут, и Иван сообщил:
— Они говорят, что все в порядке. Но они сейчас сами навестят корабль и убедятся. Я капитану сообщил, он уже вылетел к «Ежевике». Нам сказал — пока не дергаться.
— Цэ добре. Слухай, Ваня, у тебя гроши есть? Мне трохи надо, до зарплаты.
— Извини, Мыкола, нету денег. Я уже все потратил, — с ноткой сожаления ответил Иван.
— Скверно. Ладно, до побачення. — Мыкола прервал связь и принялся думать, у кого бы занять денег.
Тут он вспомнил о том, что ему говорил балахон.
«Что-то он про скупку какой-то мечты говорил, что ли», — припомнил Мыкола и полез в карман. Визитка была на месте.
«Покупаем и продаем мечту любого размера, сорта, качества и силы. Розовые и голубые мечты оплачиваются по отдельному тарифу», — прочитал он.
Неберу нервно расхаживал из угла в угол, скрипя своими костяными членами. Зан-Заг забился в угол и грыз там когти на руках, что выдавало, что он тоже немного волнуется. Лишь один Ксеркс, словно эталон спокойствия, восседал посередине большой каюты яхты. Вся мебель здесь была грубо оторвана и заброшена в коридоры и другие помещения, каюта была пуста.
Вокруг Ксеркса кружились, разгорались, затухали, усиливались и убавлялись висящие в воздухе голограммы экранов, трехмерные графики и какие-то таблицы. Ксеркс сейчас активно работал с сетью, и для этого ему пришлось задействовать оба своих мозга.
Вдруг Неберу остановился и замер на полминуты — кто-то вызвал его. Поговорив, он пояснил коллегам:
— Мне сейчас позвонил Иван, Иван с «Ежевики». Он утверждает, что только что прервалась связь с их кораблем.
— Ага, они начали! — оскалился Ксеркс. — Я уже у них на хвосте. Запускаю программу поиска. Только бы Ежевика подольше держала связь с ними, и тогда мы сможем вычислить, где они находятся!
— Подождите, пожалуйста, — попросила Ежевика. — Я хочу точно понять, что вы от меня хотите.
— Ты открываешь доступ к счету в банке, — подробно стал объяснять Мьюст, — и он тоже, конечно, — ткнул он лапкой в «фермера», каковой сейчас ковырял в носу и оглядывался с видом деревенского дурачка.
«По-моему, Барр переигрывает», — подумал Мьюст. — Но девчонка, кажется, не замечает, глупая«.»
— А этот пентхауз на Ола, какова его стоимость? Сколько, вы сказали? — продолжала Ежевика с самым наивным видом.
— Двадцать четыре миллиона кредов! — патетически воскликнул Мьюст. «А она более глупа, чем я предполагал», — решил он.
— Хорошо, я вас услышала, — сказала Ежевика, тряхнув своими длинными хвостиками со множеством бантиков и цветных резиночек на них. — Вот это, — она подняла руку с карточкой-сертификатом, — ключ к недвижимости стоимостью в двадцать четыре миллиона кредов, и, пока мы с моим оппонентом не открыли свои счета и не выяснили, чья сумма на них больше, наши шансы абсолютно равны.
Мьют насторожился. Он не понял, куда клонит эта девчонка.
Ежевика обернулась к нему и вдруг улыбнулась, продемонстрировав ряд маленьких, но очень острых зубок. Почему-то от этой улыбки у Мьюта пробежал холодок между лопаток.
«Сейчас узнаешь, куда я клоню», — говорили ее глаза.
— Простите, нас не представили, как вас зовут, милый мой соперник? — обратилась девочка к Барру, который изображал простофилю-фермера.
— Пояр Зельц, — отчего-то стушевался Барр. Что-то шло немного не так, но что именно — он не понимал.
— Ах, милый Зельц! У меня для вас удивительное предложение, редчайшая удача! Смотрите, вот мой сертификат на чудесный пентхауз на Ола, где проживать — мечта миллиардов существ. И я готова уступить его вам… — Ежевика сделала небольшую эффектную паузу. — За каких-то жалких три миллиона кредов!
— Я… Э… — промямлил Барр. Он совсем не был готов к такому повороту дела. А наглая девчонка продолжала давить:
— Я предлагаю вам сертификат за три миллиона потому, что, если у вас нет этой суммы, то тогда нам совершенно бессмысленно соревноваться своими счетами, я побеждаю однозначно. Если же у вас есть три миллиона, то тогда вы, выкупая у меня мой документ, совершенно гарантировано становитесь владельцем этого шикарного приза и получаете прибыль в двадцать один миллион!
— Но… Надо же соревноваться, — опять не нашел что возразить Барр.
Лесс попытался прийти на помощь:
— Мы как представители фирмы-устроителя лотереи против того, чтобы вы так решали этот конфликт.
— Хочу вам заметить, — ехидно поджала губки Ежевика, — что это по вашей вине возникла столь нестандартная ситуация, которая требует неординарного решения.
Она снова обратилась к «фермеру»:
— Итак, три миллиона, и пентхауз ваш.
— Нет!
— Ну, давай. Я обожду.
Прошло еще несколько томительных минут, и Иван сообщил:
— Они говорят, что все в порядке. Но они сейчас сами навестят корабль и убедятся. Я капитану сообщил, он уже вылетел к «Ежевике». Нам сказал — пока не дергаться.
— Цэ добре. Слухай, Ваня, у тебя гроши есть? Мне трохи надо, до зарплаты.
— Извини, Мыкола, нету денег. Я уже все потратил, — с ноткой сожаления ответил Иван.
— Скверно. Ладно, до побачення. — Мыкола прервал связь и принялся думать, у кого бы занять денег.
Тут он вспомнил о том, что ему говорил балахон.
«Что-то он про скупку какой-то мечты говорил, что ли», — припомнил Мыкола и полез в карман. Визитка была на месте.
«Покупаем и продаем мечту любого размера, сорта, качества и силы. Розовые и голубые мечты оплачиваются по отдельному тарифу», — прочитал он.
Неберу нервно расхаживал из угла в угол, скрипя своими костяными членами. Зан-Заг забился в угол и грыз там когти на руках, что выдавало, что он тоже немного волнуется. Лишь один Ксеркс, словно эталон спокойствия, восседал посередине большой каюты яхты. Вся мебель здесь была грубо оторвана и заброшена в коридоры и другие помещения, каюта была пуста.
Вокруг Ксеркса кружились, разгорались, затухали, усиливались и убавлялись висящие в воздухе голограммы экранов, трехмерные графики и какие-то таблицы. Ксеркс сейчас активно работал с сетью, и для этого ему пришлось задействовать оба своих мозга.
Вдруг Неберу остановился и замер на полминуты — кто-то вызвал его. Поговорив, он пояснил коллегам:
— Мне сейчас позвонил Иван, Иван с «Ежевики». Он утверждает, что только что прервалась связь с их кораблем.
— Ага, они начали! — оскалился Ксеркс. — Я уже у них на хвосте. Запускаю программу поиска. Только бы Ежевика подольше держала связь с ними, и тогда мы сможем вычислить, где они находятся!
— Подождите, пожалуйста, — попросила Ежевика. — Я хочу точно понять, что вы от меня хотите.
— Ты открываешь доступ к счету в банке, — подробно стал объяснять Мьюст, — и он тоже, конечно, — ткнул он лапкой в «фермера», каковой сейчас ковырял в носу и оглядывался с видом деревенского дурачка.
«По-моему, Барр переигрывает», — подумал Мьюст. — Но девчонка, кажется, не замечает, глупая«.»
— А этот пентхауз на Ола, какова его стоимость? Сколько, вы сказали? — продолжала Ежевика с самым наивным видом.
— Двадцать четыре миллиона кредов! — патетически воскликнул Мьюст. «А она более глупа, чем я предполагал», — решил он.
— Хорошо, я вас услышала, — сказала Ежевика, тряхнув своими длинными хвостиками со множеством бантиков и цветных резиночек на них. — Вот это, — она подняла руку с карточкой-сертификатом, — ключ к недвижимости стоимостью в двадцать четыре миллиона кредов, и, пока мы с моим оппонентом не открыли свои счета и не выяснили, чья сумма на них больше, наши шансы абсолютно равны.
Мьют насторожился. Он не понял, куда клонит эта девчонка.
Ежевика обернулась к нему и вдруг улыбнулась, продемонстрировав ряд маленьких, но очень острых зубок. Почему-то от этой улыбки у Мьюта пробежал холодок между лопаток.
«Сейчас узнаешь, куда я клоню», — говорили ее глаза.
— Простите, нас не представили, как вас зовут, милый мой соперник? — обратилась девочка к Барру, который изображал простофилю-фермера.
— Пояр Зельц, — отчего-то стушевался Барр. Что-то шло немного не так, но что именно — он не понимал.
— Ах, милый Зельц! У меня для вас удивительное предложение, редчайшая удача! Смотрите, вот мой сертификат на чудесный пентхауз на Ола, где проживать — мечта миллиардов существ. И я готова уступить его вам… — Ежевика сделала небольшую эффектную паузу. — За каких-то жалких три миллиона кредов!
— Я… Э… — промямлил Барр. Он совсем не был готов к такому повороту дела. А наглая девчонка продолжала давить:
— Я предлагаю вам сертификат за три миллиона потому, что, если у вас нет этой суммы, то тогда нам совершенно бессмысленно соревноваться своими счетами, я побеждаю однозначно. Если же у вас есть три миллиона, то тогда вы, выкупая у меня мой документ, совершенно гарантировано становитесь владельцем этого шикарного приза и получаете прибыль в двадцать один миллион!
— Но… Надо же соревноваться, — опять не нашел что возразить Барр.
Лесс попытался прийти на помощь:
— Мы как представители фирмы-устроителя лотереи против того, чтобы вы так решали этот конфликт.
— Хочу вам заметить, — ехидно поджала губки Ежевика, — что это по вашей вине возникла столь нестандартная ситуация, которая требует неординарного решения.
Она снова обратилась к «фермеру»:
— Итак, три миллиона, и пентхауз ваш.
— Нет!
Страница 8 из 12
