Фандом: Сверхъестественное. Габриэль и Сэм. Ангел, которому давно чужды небеса и демон, который вполне доволен своей жизнью. Когда Сэм решил соблазнить ангела во что бы то ни стало, он и не подозревал, во что это в итоге выльется.
Добавить в моё избранное
169 мин, 24 сек 22773
— Ладно, — слишком уж легко согласился демон, убирая назад волосы и вставая. — Все равно еще увидимся.
В следующее мгновение он пропал. Габриэль облегченно выдохнул, падая обратно на землю.
В последующие дни Габриэль был слишком занят собственным восстановлением, а также старательной накруткой лапши на уши братьев, чтобы вспоминать о странном демоне. В среде ангелов он уже давно был чем-то вроде отщепенца, и любой промах — хотя в данном случае, вообще говоря, печать осталась целой — припоминался ему веками. Именно поэтому Габриэль так много проводил времени на Земле, хотя, технически, он был архангелом и не должен был заниматься делами ангелов низшего ранга. Да даже защиту печати ему поручили с сомнением на лицах, как будто доверять ему что-то серьезнее ловли мелких демонов было очень плохой идеей.
Его братья подозревали, что Габриэль что-то утаил в этой истории. Отмазка, что он последовал за очень могущественным демоном, чтобы добить его, была неудачна и сама по себе, потому что покидать печать было нельзя. А из его уст она звучала еще неправдоподобнее. Но он все равно постарался убедить гарнизон Рафаэля, что в пылу боя решил самоотверженно добить последнего врага, пытавшегося убежать, и немного увлекся.
Как будто они не знали, что он и пальцем не пошевелит лишний раз, если не поступит прямого приказа. Спектакль от и до, что для них, что для него.
Габриэль вздохнул, опускаясь на колени на холодный пол. Он был в одном из своих убежищ, старательно обустроенных человеческих гнездышек. На небесах он бывал так редко, что уже начал забывать, как выглядит райский сад, разве что кабинет Наоми набил ему оскомину.
Единственное, наверное, в чем его нельзя было упрекнуть, но в чем он никогда не признался бы братьям — это то, что он до сих пор свято верил в Бога, верил, что он не просто так тогда ушел, верил в его всесилие и в его любовь. В отличие, кстати, от многих других братьев, которые говорили одно, а думали другое. Он часто молился ему, прося Бога остановить безумие, что начали его братья, рассказывая о том, что происходит в его отсутствие и просто прося частицу сил и мудрости для себя.
В этот раз его грубо прервали.
— И о чем же молятся ангелы? — прозвучал над ухом смутно знакомый голос. Габриэль вскочил, выставляя перед собой обе руки, сосредотачивая на кончиках пальцев энергию. Его силы полностью вернулись к нему после того изматывающего боя, и каким бы сильным не был бы противник, он мог дать ему достойный отпор. Соориентировавшись, он мгновенно выжег под ногами демона ловушку, запирая его на небольшом участке пола.
— Ничего себе. Никогда такого приема не видел, — демон наклонился и осторожно провел пальцами по черным линиям. Габриэль не мог не отметить, насколько хорошо демон владел своим телом, как плавно двигалась его рука. — Ты силен. А пол жаль. Красивый был. Ты в курсе, сколько сейчас стоит качественный паркет?
— Не заговаривай мне зубы, что тебе нужно? — почти спокойно произнес Габриэль. Демон в ловушке, а значит, пока что можно не переживать.
— Я уже говорил. Ты мне понравился, — демон поднялся, возвышаясь над весселем ангела на добрую голову. — Меня зовут Сэм, а тебя?
— Ты… — Габриэль нахмурился. — У тебя совсем нет чувства самосохранения? Тебя не смущает, что я могу тебя убить?
Демон — Сэм — вдруг широко улыбнулся, обнажая зубы. Его глаза заволокло черной пеленой, и он в два шага оказался рядом с Габриэлем, прижимаясь к нему всем телом. Гейб с ужасом понял, что просто не в состоянии двинуться в места. Сэм сжал его руки и зафиксировал его своей силой — ненадолго, но этого было достаточно, чтобы успеть почти вкрадчиво пояснить:
— Меня не смущает. Возбуждает. В следующий раз следи за всеми моими частями тела, ангел.
И исчез до того момента, как Габриэль очнулся и попытался перехватить инициативу. Поморщившись, он перевел взгляд на ловушку. Дальняя часть окружности была нарушена. По всей видимости, Сэм смог каким-то образом заставить треснуть здесь дерево, пока отвлекал Гейба своими словами о паркете. Который, между прочим, Габриэлю и вправду больше нравился целым. Не то чтобы ангела это сильно волновало сейчас, когда восставший против здравого смысла член нагло упирался в ткань его брюк. Адреналин?
Он все-таки вернул вид гостиной в исходное состояние. Жаль, пошатнувшееся спокойствие так просто вернуть не получалось.
Сэм всегда думал, что в их с братом паре прерогатива сходить с ума от похоти по праву принадлежала Дину. Вот кто стабильно приносил Аду души наивных дамочек, а иногда и парней, причем получая искреннее удовольствие от процесса. Сэм же был скорее воином, чем искусителем, и Азазель, его босс, спокойно отправлял его сейчас на передовую, зная, что он не подведет. Сэм любил убивать и пытать, жаль, души редко получалось добыть таким примитивным способом.
Но этот ангел его заинтересовал.
В следующее мгновение он пропал. Габриэль облегченно выдохнул, падая обратно на землю.
В последующие дни Габриэль был слишком занят собственным восстановлением, а также старательной накруткой лапши на уши братьев, чтобы вспоминать о странном демоне. В среде ангелов он уже давно был чем-то вроде отщепенца, и любой промах — хотя в данном случае, вообще говоря, печать осталась целой — припоминался ему веками. Именно поэтому Габриэль так много проводил времени на Земле, хотя, технически, он был архангелом и не должен был заниматься делами ангелов низшего ранга. Да даже защиту печати ему поручили с сомнением на лицах, как будто доверять ему что-то серьезнее ловли мелких демонов было очень плохой идеей.
Его братья подозревали, что Габриэль что-то утаил в этой истории. Отмазка, что он последовал за очень могущественным демоном, чтобы добить его, была неудачна и сама по себе, потому что покидать печать было нельзя. А из его уст она звучала еще неправдоподобнее. Но он все равно постарался убедить гарнизон Рафаэля, что в пылу боя решил самоотверженно добить последнего врага, пытавшегося убежать, и немного увлекся.
Как будто они не знали, что он и пальцем не пошевелит лишний раз, если не поступит прямого приказа. Спектакль от и до, что для них, что для него.
Габриэль вздохнул, опускаясь на колени на холодный пол. Он был в одном из своих убежищ, старательно обустроенных человеческих гнездышек. На небесах он бывал так редко, что уже начал забывать, как выглядит райский сад, разве что кабинет Наоми набил ему оскомину.
Единственное, наверное, в чем его нельзя было упрекнуть, но в чем он никогда не признался бы братьям — это то, что он до сих пор свято верил в Бога, верил, что он не просто так тогда ушел, верил в его всесилие и в его любовь. В отличие, кстати, от многих других братьев, которые говорили одно, а думали другое. Он часто молился ему, прося Бога остановить безумие, что начали его братья, рассказывая о том, что происходит в его отсутствие и просто прося частицу сил и мудрости для себя.
В этот раз его грубо прервали.
— И о чем же молятся ангелы? — прозвучал над ухом смутно знакомый голос. Габриэль вскочил, выставляя перед собой обе руки, сосредотачивая на кончиках пальцев энергию. Его силы полностью вернулись к нему после того изматывающего боя, и каким бы сильным не был бы противник, он мог дать ему достойный отпор. Соориентировавшись, он мгновенно выжег под ногами демона ловушку, запирая его на небольшом участке пола.
— Ничего себе. Никогда такого приема не видел, — демон наклонился и осторожно провел пальцами по черным линиям. Габриэль не мог не отметить, насколько хорошо демон владел своим телом, как плавно двигалась его рука. — Ты силен. А пол жаль. Красивый был. Ты в курсе, сколько сейчас стоит качественный паркет?
— Не заговаривай мне зубы, что тебе нужно? — почти спокойно произнес Габриэль. Демон в ловушке, а значит, пока что можно не переживать.
— Я уже говорил. Ты мне понравился, — демон поднялся, возвышаясь над весселем ангела на добрую голову. — Меня зовут Сэм, а тебя?
— Ты… — Габриэль нахмурился. — У тебя совсем нет чувства самосохранения? Тебя не смущает, что я могу тебя убить?
Демон — Сэм — вдруг широко улыбнулся, обнажая зубы. Его глаза заволокло черной пеленой, и он в два шага оказался рядом с Габриэлем, прижимаясь к нему всем телом. Гейб с ужасом понял, что просто не в состоянии двинуться в места. Сэм сжал его руки и зафиксировал его своей силой — ненадолго, но этого было достаточно, чтобы успеть почти вкрадчиво пояснить:
— Меня не смущает. Возбуждает. В следующий раз следи за всеми моими частями тела, ангел.
И исчез до того момента, как Габриэль очнулся и попытался перехватить инициативу. Поморщившись, он перевел взгляд на ловушку. Дальняя часть окружности была нарушена. По всей видимости, Сэм смог каким-то образом заставить треснуть здесь дерево, пока отвлекал Гейба своими словами о паркете. Который, между прочим, Габриэлю и вправду больше нравился целым. Не то чтобы ангела это сильно волновало сейчас, когда восставший против здравого смысла член нагло упирался в ткань его брюк. Адреналин?
Он все-таки вернул вид гостиной в исходное состояние. Жаль, пошатнувшееся спокойствие так просто вернуть не получалось.
Сэм всегда думал, что в их с братом паре прерогатива сходить с ума от похоти по праву принадлежала Дину. Вот кто стабильно приносил Аду души наивных дамочек, а иногда и парней, причем получая искреннее удовольствие от процесса. Сэм же был скорее воином, чем искусителем, и Азазель, его босс, спокойно отправлял его сейчас на передовую, зная, что он не подведет. Сэм любил убивать и пытать, жаль, души редко получалось добыть таким примитивным способом.
Но этот ангел его заинтересовал.
Страница 2 из 46
