Граница между ангелом и…

У него даже были мысли уйти, сбежать от всего этого, но в конце концов верность общему делу пересилила, и он остался.

Он оспаривал многое из того, что стало насаждаться как прописная истина, и до хрипоты спорил с ангельской верхушкой, надеясь сделать политику небес более гибкой. Не только для людей, которых ставил на первое место, оставаясь верным идеям отца, но и для ангелов. Гейб думал, что поступает правильно, думал, что влияет на ситуацию, и очнулся от своих наивных надежд только тогда, когда стал проводить на Земле больше времени, чем на небесах, став в итоге из добровольного беглеца изгнанником поневоле. Он не мог ослушаться прямых приказов Майкла, а тот постоянно отсылал его от остальных.

Габриэль попробовал действовать окольными путями — стал нарушать двусмысленно звучащие приказы, стараясь показать тем самым на собственном примере, как будет правильней и лучше. Но вместо того, чтобы прислушаться, старшие братья раз за разом тыкали Габриэля в его проступки, как котенка в лужу мочи, опуская его авторитет среди ангелов все ниже и ниже, и Гейбу и здесь пришлось сдаться.

Он почти смирился со сложившейся ситуацией, живя в свое удовольствие среди людей, но подготовка к апокалипсису выбила его из колеи. Он жгуче надеялся, что план провалится, когда дети Винчестера умерли, а их тела были найдены сожженными. Раз нет весселей для Михаила и Люцифера, значит, нет битвы. Первую печать все-таки кто-то сломал, но больше демоны ничего не предпринимали, и Габриэль успокоился.

Спустя десяток лет ангелы отбили тело Адама, младшего Винчестера. Несмотря на то, что сам мальчик был мертв, его тело ангелы поддерживали в хорошем состоянии, забрав на небеса и оберегая, как чертову реликвию. Габриэль напрягся, но все еще надеялся, что пронесет, и что такая мера не понадобится. Ведь шли года, и печати никто не трогал.

До недавнего времени.

Демоны как с цепи сорвались. Их атака была настолько неожиданной, что первые пять печатей были сломаны в первый же день, несмотря на то, что ангелы вроде как следили за ними. Дальше процесс получилось затормозить. Правда, Гейб не понимал, почему Майкл отдал такой приказ, если сам с нетерпением ожидал конца света, успешно лелея своего Адама для битвы.

Вся эта театральная постановка была насквозь пропитана двуличием и идиотизмом. Но Габриэль никак не мог повлиять на происходящее.

Вырвавшись из обрывков воспоминаний, Гейб выпятил подбородок вперед, скрещивая руки на груди.

— Так и будете смотреть на меня? Вессель есть вессель, он слаб мощами. Я изгонял демонов в стриптиз-клубе. Прошу прощения, братья, не вовремя получилось, — он говорил это обычным тоном, старательно делая вид, что это не было очередной ложью и просто откровенным издевательством. Эта комната провоняла враньем, в конце концов, ему не должно быть за это стыдно.

— Габриэль. Сядь, — процедил Майкл. Габриэль поспешно сел. Сейчас он был в шаге от того, чтобы его заперли в небесной тюрьме. Майкл давно не вспоминал о том, что они были ближе, чем обычные ангелы, а Рафаэль следовал за старшим как привязанный, и у них рука бы не дрогнула. Но, видимо, у небес были дела поважнее, и в этот раз Гейба пронесло.

— Теперь, когда к нам присоединился… Габриэль, я начну. Другие ангелы больше не могут самостоятельно удерживать тело Адама от разложения. Нужно минимум двое сильных ангелов, которые могли бы постоянно быть рядом с ним, начиная с этого момента. Я предлагаю вам чередоваться, составляя мне компанию. Остальные четверо будут продолжать вести войну с демонами.

Так вот зачем они его вызвали, дошло до Гейба. Можно сколько угодно делать вид, что он никто и звать его никак, а его способности, столь похожие на умения Люцифера, не нужны небесам, но, когда приспичило, Майкл не смог проигнорировать тот факт, что он все-таки архангел.

После того, как все кивнули — кроме Габриэля, но его мнения никто и не спрашивал — Майкл продолжил:

— Апокалипсис должен наступить не более чем через шесть месяцев. Иначе у меня не будет преимущества в виде Адама. Кого бы не нашли для Люцифера демоны, он не будет настолько хорош, как мой вессель.

— Так может, прямо сейчас закончим это все? Зачем тянуть? — не выдержал Габриэль. Вкус крови все еще лежал у него на языке, и он не смог вовремя остановиться.

— Ты отлично знаешь, почему, Габриэль, — фыркнул Рафаэль. — Это было предсказано отцом.

— Винчестеры умерли не просто так. Вы знаете, что предсказание уже не выполняется, — Гейб чувствовал себя попугаем. За последние годы он повторял это не первый раз. — Да что угодно может пойти не так, Люцифер, в конце концов, может вообще победить. Почему бы не оставить все как есть?

Рафаэль уже открыл рот, чтобы вслед за Гейбом снова завести привычную пластинку, но его прервали.

— Нет, — отрезал Майкл, хлопнув по столу, на корню пресекая спор между ними. Гейб прикрыл глаза.