Голова гудела нещадно. Казалось, что пульсация в голове дойдет до точки и разорвет её, подобно воздушному шарику. Где-то далеко, неразборчиво, были слышны слова и чей-то кашель.
Добавить в моё избранное
10 мин, 26 сек 5790
— после этих слов Павлик залился гомерическим смехом.
Мне надо было оттянуть время и заговорить урода.
— Да, обыграл ты меня, Пашек, ничего не скажешь! И кого же это ты в кореши взял? Еще одного психанутого каптера?
Паша перестал ржать и, бросив в лес обеспокоенный взгляд, произнес:
— Он скоро придет!
— Кто, твой кореш?
Павел засветил мне ногой по ребрам и прошипел: «Не смей его так называть!». Становилось очевидным, что у Павлика проблемы с головой нарастающими темпами прогрессировали, но ведь кто-то меня и в самом деле ударил. Мои попытки разговорить Пашу по поводу его помощника успехом не увенчались. Он отошел к костру и, вытащив кусок сырого мяса из снега, начал его жадно жевать. Попытки освободить руки ни к чему не привели. Меня связали со знанием дела. Прожевав кусок, Павел поднялся и молча подошел ко мне.
— Ты думаешь, что я убил твоих корешей? Вовсе нет. Это сделал Жнец. Он кормит меня. Он обещал мне такие возможности, которые вам и не снились. Но для того, чтобы я был готов к переходу, я должен есть людей. И ты, Череп, будешь еще одним, — он перешел на истерику и голосил, — разделает тебя как тушку, а я буду жрать, паскуда! Буду жрать!
Псих схватил меня за обе ноги и потащил к костру. Вопить было бесполезно и, стиснув зубы, я готовился к самому худшему. Не успев ничего понять, ощутил адскую боль.
Сорвав голос от крика, я на какое-то время впал в беспамятство. Очнулся от очередного приступа невыносимой боли и запаха паленой плоти — этот ублюдок положил мою культю в раскаленные угли. Боль была невыносимой. Сорвав глотку, я мог лишь хрипеть и смотреть на раскачивающиеся кроны деревьев. Затем рывком Павел оттащил меня от костра. На какое-то время я почувствовал облегчение, когда покалеченная конечность оказалась в снегу.
— Я только начал! Но скоро и до головы доберусь, — бурчал мой палач, — ненавижу тебя, всех вас ненавижу!
Внезапно Павел перевел взгляд в сторону ближайших кустов. Я увидел серый силуэт на фоне темных зарослей. Он стоял в длинном балахоне и будто светился. Капюшон был надвинут на глаза и я не мог разглядеть лица. Ветра не было, но полы его одеяния слегка колыхались, хотя фигура не двигалась. Сквозь боль, застилающую мне глаза, я пытался получше рассмотреть странный силуэт. Внезапно непонятно откуда взявшийся порыв ветра подхватил фигуру и понес к нам. Именно понес, так как незнакомец висел в воздухе, не касаясь земли. Через долю секунды я ощутил, как невидимые пальцы обхватили мне горло. Тут же ветер смахнул капюшон с головы существа, и передо мной возникла чудовищного вида голова: глаза светились адским огнем, седые патлы зловеще развевались, а беззубый рот был распахнут на половину лица. Неестественно удлиненное, искаженное ненавистью и яростью, оно было мертвенно-белым. Из-под полы серого одеяния показались длинные черные щупальца, они тянулись ко мне, как клубок ядовитых змей.
«Жнец! — завопил умалишенный. — Он твой, бери его!»
Тут чудовище резко развернулось и подхватило Павла. Извиваясь и вопя, он кувыркался в воздухе, пока один из щупалец не забрался бедолаге в рот. Уже через мгновение, сопровождаемый фонтаном крови, он вылез изо рта несчастного, вырвав тому язык. Чудовище издало протяжный демонический вопль, после чего резким движением разорвало бывшего заключенного на множество кровоточащих кусков плоти.
— ПОСЛЕДНИЙ! — услышал я скорее у себя в голове, чем наяву. — Я СЫТ!
Снова появился ветер, он окружил чудовище в балахоне и будто поглотил его. Фигуру охватило пламя и она вся превратилась в огромный огненный столб, после чего существо растворилось в пламени и все исчезло.
Я потерял сознание, а когда очнулся, рядом никого не было — абсолютная мертвая тишина и темнота.
До утра я полз, терял сознание, приходил в себя и снова полз. На рассвете меня полуживого, с отрубленной стопой, нашел поисковый отряд, отправленный нам вдогонку.
Мне надо было оттянуть время и заговорить урода.
— Да, обыграл ты меня, Пашек, ничего не скажешь! И кого же это ты в кореши взял? Еще одного психанутого каптера?
Паша перестал ржать и, бросив в лес обеспокоенный взгляд, произнес:
— Он скоро придет!
— Кто, твой кореш?
Павел засветил мне ногой по ребрам и прошипел: «Не смей его так называть!». Становилось очевидным, что у Павлика проблемы с головой нарастающими темпами прогрессировали, но ведь кто-то меня и в самом деле ударил. Мои попытки разговорить Пашу по поводу его помощника успехом не увенчались. Он отошел к костру и, вытащив кусок сырого мяса из снега, начал его жадно жевать. Попытки освободить руки ни к чему не привели. Меня связали со знанием дела. Прожевав кусок, Павел поднялся и молча подошел ко мне.
— Ты думаешь, что я убил твоих корешей? Вовсе нет. Это сделал Жнец. Он кормит меня. Он обещал мне такие возможности, которые вам и не снились. Но для того, чтобы я был готов к переходу, я должен есть людей. И ты, Череп, будешь еще одним, — он перешел на истерику и голосил, — разделает тебя как тушку, а я буду жрать, паскуда! Буду жрать!
Псих схватил меня за обе ноги и потащил к костру. Вопить было бесполезно и, стиснув зубы, я готовился к самому худшему. Не успев ничего понять, ощутил адскую боль.
Сорвав голос от крика, я на какое-то время впал в беспамятство. Очнулся от очередного приступа невыносимой боли и запаха паленой плоти — этот ублюдок положил мою культю в раскаленные угли. Боль была невыносимой. Сорвав глотку, я мог лишь хрипеть и смотреть на раскачивающиеся кроны деревьев. Затем рывком Павел оттащил меня от костра. На какое-то время я почувствовал облегчение, когда покалеченная конечность оказалась в снегу.
— Я только начал! Но скоро и до головы доберусь, — бурчал мой палач, — ненавижу тебя, всех вас ненавижу!
Внезапно Павел перевел взгляд в сторону ближайших кустов. Я увидел серый силуэт на фоне темных зарослей. Он стоял в длинном балахоне и будто светился. Капюшон был надвинут на глаза и я не мог разглядеть лица. Ветра не было, но полы его одеяния слегка колыхались, хотя фигура не двигалась. Сквозь боль, застилающую мне глаза, я пытался получше рассмотреть странный силуэт. Внезапно непонятно откуда взявшийся порыв ветра подхватил фигуру и понес к нам. Именно понес, так как незнакомец висел в воздухе, не касаясь земли. Через долю секунды я ощутил, как невидимые пальцы обхватили мне горло. Тут же ветер смахнул капюшон с головы существа, и передо мной возникла чудовищного вида голова: глаза светились адским огнем, седые патлы зловеще развевались, а беззубый рот был распахнут на половину лица. Неестественно удлиненное, искаженное ненавистью и яростью, оно было мертвенно-белым. Из-под полы серого одеяния показались длинные черные щупальца, они тянулись ко мне, как клубок ядовитых змей.
«Жнец! — завопил умалишенный. — Он твой, бери его!»
Тут чудовище резко развернулось и подхватило Павла. Извиваясь и вопя, он кувыркался в воздухе, пока один из щупалец не забрался бедолаге в рот. Уже через мгновение, сопровождаемый фонтаном крови, он вылез изо рта несчастного, вырвав тому язык. Чудовище издало протяжный демонический вопль, после чего резким движением разорвало бывшего заключенного на множество кровоточащих кусков плоти.
— ПОСЛЕДНИЙ! — услышал я скорее у себя в голове, чем наяву. — Я СЫТ!
Снова появился ветер, он окружил чудовище в балахоне и будто поглотил его. Фигуру охватило пламя и она вся превратилась в огромный огненный столб, после чего существо растворилось в пламени и все исчезло.
Я потерял сознание, а когда очнулся, рядом никого не было — абсолютная мертвая тишина и темнота.
До утра я полз, терял сознание, приходил в себя и снова полз. На рассвете меня полуживого, с отрубленной стопой, нашел поисковый отряд, отправленный нам вдогонку.
Страница 3 из 3
