Тем осенним вечером мне наконец удалось освободиться с работы пораньше. Наскоро перекусив и переодевшись дома, я сел в старенькую «десятку», что досталась мне от отца год назад и являлась отличным подарком тогда ещё только что выпустившемуся безработному студенту, и поехал к одному из городских кладбищ. Я давно уже обещал родителям навестить могилу бабушки и навести порядок, да и самого начинала тихо грызть совесть за пренебрежение памятью весьма любимой старушки…
Добавить в моё избранное
4 мин, 58 сек 11662
Помню, что пока пытался поднять отпавшую челюсть, я лихорадочно вспоминал, что у нас на полигоне в нескольких километрах от кладбища как раз проходит фестиваль исторической реконструкции, и это два припозднившихся любителя решили срезать путь через кладбище, а потом услышали крики и пришли на помощь. А когда из сумерек соткалась фигура худого старика с зачёсанными волосами и в странной, как я тогда почему-то решил — старомодной одежде, мозг решил представить мне его как кладбищенского сторожа, тоже вышедшего на шум.
Мужик в кожанке, тем временем, подошёл ко мне и тихо и вполне дружелюбно попросил взять девочку и уходить, и что-то было в его взгляде или голосе — что-то, что я помню до сих пор — что заставило меня без колебаний и вопросов так и сделать.
В машине я посадил девчонку на переднее сиденье рядом с собой, завёл двигатель и тут услышал страшный, едва ли человеческий вопль с кладбища. Знаете, бывает пишут — «леденящий кровь», так я до тех пор не мог представить, как это чувствуется, а тогда понял, что определение донельзя точное. Я включил фары, развернулся, чтобы выехать с парковки, и то, что я увидел в их свете, заставило меня выжимать из ворчащего двигателя всё что можно до самой городской черты, игнорируя писк «антирадара» и испуганные взгляды моей невольной пассажирки.
Свет фар выхватил из темноты пять фигур — четверо плотно обступали пятую, свернувшуюся на земле калачиком.
Тень отбрасывала лишь она.
Мужик в кожанке, тем временем, подошёл ко мне и тихо и вполне дружелюбно попросил взять девочку и уходить, и что-то было в его взгляде или голосе — что-то, что я помню до сих пор — что заставило меня без колебаний и вопросов так и сделать.
В машине я посадил девчонку на переднее сиденье рядом с собой, завёл двигатель и тут услышал страшный, едва ли человеческий вопль с кладбища. Знаете, бывает пишут — «леденящий кровь», так я до тех пор не мог представить, как это чувствуется, а тогда понял, что определение донельзя точное. Я включил фары, развернулся, чтобы выехать с парковки, и то, что я увидел в их свете, заставило меня выжимать из ворчащего двигателя всё что можно до самой городской черты, игнорируя писк «антирадара» и испуганные взгляды моей невольной пассажирки.
Свет фар выхватил из темноты пять фигур — четверо плотно обступали пятую, свернувшуюся на земле калачиком.
Тень отбрасывала лишь она.
Страница 2 из 2
