По статистике большую часть маньяков и извращенцев составляют мужчины. Однако есть женщины, которые могут дать фору любому маньяку, которых язык не повернется назвать слабым или прекрасным полом. Одна из них Ильзе Кох, или «Фрау Абажур», которая, вместе с другой эсэсовкой, возглавляет список самых ужасных женщин за всю мировую историю.
Добавить в моё избранное
5 мин, 59 сек 9074
Капсулу с сердцем она поставила на свой ночной столик. Ночами в её спальне частенько горел свет — Ильзе при свете «татуированного» абажура, глядя на мёртвое богатырское сердце, сочиняла романтические стихи…
Вскоре власти обратили внимание на «людоедское ремесло» госпожи Кох. В конце 1941 года супруги Кох предстали перед судом СС в Касселе по обвинению в«чрезмерной жестокости и моральном разложении». Однако в тот раз садистам удалось избежать наказания. И только в 1944 году состоялся суд, на котором им не удалось уйти от ответственности.
В холодное апрельское утро 1945 года, буквально за несколько дней до освобождения лагеря союзными войсками, Карл Кох был расстрелян во дворе того самого лагеря, где он совсем недавно распоряжался тысячами человеческих судеб.
Овдовевшая Ильзе была виновна в не меньшей степени, чем ее муж. Многие заключенные считали, что Кох совершал преступления под дьявольским влиянием своей жены. Однако в глазах СС вина ее была незначительна. Садистку освободили из под стражи. Тем не менее в Бухенвальд она не вернулась.
После крушения «третьего рейха» Ильзе Кох пряталась, надеясь, что пока ловят«крупную рыбу» в СС и гестапо, про нее все забудут. Она находилась на свободе до 1947 года, когда правосудие наконец настигло ее.
Попав в тюрьму, Ильзе сделала заявление, в котором уверяла, что была только «слугой» режима. Она отрицала изготовление вещей из человеческой кожи и утверждала, что была окружена тайными врагами рейха, которые оговорили ее, пытаясь отомстить за служебное усердие.
В 1951 году в жизни Ильзе Кох наступил перелом. Генерал Лусиус Клей, верховный комиссар американской оккупационной зоны в Германии, своим решением поверг в шок мир по обе стороны Атлантики — как население своей страны, так и Федеративной Республики Германии, возникшей на обломках поверженного «третьего рейха». Он подарил Ильзе Кох свободу, заявив, что имеются лишь «несущественные свидетельства того, что она приказывала кого-нибудь казнить, а ее причастности к изготовлению поделок из татуированной кожи нет доказательств».
Когда преступница была освобождена, мир отказался поверить в обоснованность этого решения. Вашингтонский адвокат Уильям Денсон, который был обвинителем на суде, приговорившим Ильзе Кох к пожизненному заключению, сказал: «Это чудовищная ошибка правосудия. Ильзе Кох была одной из самых отъявленных садисток среди нацистских преступников. Невозможно подсчитать количество людей, желающих свидетельствовать против нее не только потому, что она была женой коменданта лагеря, но и потому, что это проклятое Богом существо».
Однако фрау Кох не суждено было насладиться свободой, как только она вышла из американской военной тюрьмы в Мюнхене, она была арестована немецкими властями и снова посажена за решетку. Фемида новой Германии, стремясь как-то загладить вину за массовые преступления нацистов, незамедлительно посадила Ильзе Кох на скамью подсудимых.
Баварское министерство юстиции занялось поиском бывших узников Бухенвальда, добывая новые доказательства, которые позволили бы запереть военную преступницу в камере до конца ее дней. 240 свидетелей давали показания в суде. Они рассказывали о злодеяниях садистки в нацистском лагере смерти.
На этот раз Ильзе Кох судили немцы, во имя которых нацистка, по ее убеждению, верно служила «фатерланду». Она вновь была приговорена к пожизненному заключению. Ей было твердо заявлено, что на этот раз она не сможет рассчитывать на какое-либо снисхождение.
В тот год 1 сентября в камере баварской тюрьмы она съела свой последний шницель с салатом, связала простыни и повесилась. «Сука Бухенвальда» собственноручно свела счеты с жизнью.
Вскоре власти обратили внимание на «людоедское ремесло» госпожи Кох. В конце 1941 года супруги Кох предстали перед судом СС в Касселе по обвинению в«чрезмерной жестокости и моральном разложении». Однако в тот раз садистам удалось избежать наказания. И только в 1944 году состоялся суд, на котором им не удалось уйти от ответственности.
В холодное апрельское утро 1945 года, буквально за несколько дней до освобождения лагеря союзными войсками, Карл Кох был расстрелян во дворе того самого лагеря, где он совсем недавно распоряжался тысячами человеческих судеб.
Овдовевшая Ильзе была виновна в не меньшей степени, чем ее муж. Многие заключенные считали, что Кох совершал преступления под дьявольским влиянием своей жены. Однако в глазах СС вина ее была незначительна. Садистку освободили из под стражи. Тем не менее в Бухенвальд она не вернулась.
После крушения «третьего рейха» Ильзе Кох пряталась, надеясь, что пока ловят«крупную рыбу» в СС и гестапо, про нее все забудут. Она находилась на свободе до 1947 года, когда правосудие наконец настигло ее.
Попав в тюрьму, Ильзе сделала заявление, в котором уверяла, что была только «слугой» режима. Она отрицала изготовление вещей из человеческой кожи и утверждала, что была окружена тайными врагами рейха, которые оговорили ее, пытаясь отомстить за служебное усердие.
В 1951 году в жизни Ильзе Кох наступил перелом. Генерал Лусиус Клей, верховный комиссар американской оккупационной зоны в Германии, своим решением поверг в шок мир по обе стороны Атлантики — как население своей страны, так и Федеративной Республики Германии, возникшей на обломках поверженного «третьего рейха». Он подарил Ильзе Кох свободу, заявив, что имеются лишь «несущественные свидетельства того, что она приказывала кого-нибудь казнить, а ее причастности к изготовлению поделок из татуированной кожи нет доказательств».
Когда преступница была освобождена, мир отказался поверить в обоснованность этого решения. Вашингтонский адвокат Уильям Денсон, который был обвинителем на суде, приговорившим Ильзе Кох к пожизненному заключению, сказал: «Это чудовищная ошибка правосудия. Ильзе Кох была одной из самых отъявленных садисток среди нацистских преступников. Невозможно подсчитать количество людей, желающих свидетельствовать против нее не только потому, что она была женой коменданта лагеря, но и потому, что это проклятое Богом существо».
Однако фрау Кох не суждено было насладиться свободой, как только она вышла из американской военной тюрьмы в Мюнхене, она была арестована немецкими властями и снова посажена за решетку. Фемида новой Германии, стремясь как-то загладить вину за массовые преступления нацистов, незамедлительно посадила Ильзе Кох на скамью подсудимых.
Баварское министерство юстиции занялось поиском бывших узников Бухенвальда, добывая новые доказательства, которые позволили бы запереть военную преступницу в камере до конца ее дней. 240 свидетелей давали показания в суде. Они рассказывали о злодеяниях садистки в нацистском лагере смерти.
На этот раз Ильзе Кох судили немцы, во имя которых нацистка, по ее убеждению, верно служила «фатерланду». Она вновь была приговорена к пожизненному заключению. Ей было твердо заявлено, что на этот раз она не сможет рассчитывать на какое-либо снисхождение.
В тот год 1 сентября в камере баварской тюрьмы она съела свой последний шницель с салатом, связала простыни и повесилась. «Сука Бухенвальда» собственноручно свела счеты с жизнью.
Страница 2 из 2
