Натали была нежеланным ребенком для отца. Он часто орал на нее за невинные шалости. Малышка любила вкусняшки и рисовать картинки. В 9 лет Клокворк стала жертвой изнасилования родного брата.
Добавить в моё избранное
28 мин, 56 сек 8831
Она поднялась и взяла ножи в руки.
«Как говорят — чем выше поднимаешься, тем больнее падать». Пока он был в ауте, она схватила подушку и положила на его лицо, начав бить коленом по его лицу через подушку. Все сильнее и сильнее. Через некоторое время раздался громкий треск. Когда она убрала подушку, на месте лица было отвратительное месиво, а он издавал тихие звуки и плакал от боли.
«В чем дело, папочка? Слишком много боли для тебя?» Она вставила оба ножа ему в живот, оставив их там, она сорвала с кровати одну из тяжелых деревянных опор. Она перетащила его под кровать и вытащила ножи.
«Еще пригодится» Она зловеще хихикнула, взобралась на кровать и стала медленно ходить по ней. Вес ее тела и кровати постепенно давил на отца, его органы начали сжиматься внутри тела. Кровь хлынула у него изо рта, он начал захлебываться кровью. Его дыхание стало утихать.«хххрхрррр, давай!» Она начала издавать рык, и пытаться передать как можно больше веса кровати. Внезапно из его рта хлынули его внутренние органы. Мерзкий сгусток вывалился на пол по бокам от его лица. Она пнула его тело и пошла на выход.
«Твое время вышло, папочка.»
Наконец наступила ее любимая часть. Она тихо начала красться вниз к комнате брата. Она молча открыла дверь, кровь стекала по ее ножам, издавая глухой раскатистый звук, капая на деревянный пол. Ее брата не было в постели. Было очевидно что он где-то спрятался. Она усмехнулась.
«О, дорогой брат, выходи»… Она начала входить внутрь комнаты.
«Все что я хочу — немного повеселиться. Ахаххахахахахах!» Как только она полностью вошла в комнату, она стала вслушиваться в любые звуки. Любое дыхание, любое движение, она даже внюхалась в воздух, чтобы учуять его гнилой запах. И чем внимательней она вслушивалась, тем больше она начала замечать слабый звук… Звук от дыхания.
— ХРЯК-
Дрожа она упала на землю. Ее брат стоял сзади нее, с окровавленной бейсбольной битой. Он был взбешен от гнева, и задыхался от ярости. Она попыталась медленно встать, но он ударил ее снова, и снова, и снова.
«ТЫ ВСЕГДА НРАВИЛАСЬ МАМЕ БОЛЬШЕ ЧЕМ Я, СУКА!» Он сильно ударил ее в последний раз, прежде чем взял передышку.
У нее было сильное кровотечение, ее зеленые глаза прищурились и стали очень тусклыми в темноте. Она почувствовала слабость, и посмотрела в потолок. Она вспомнила сколько дней она провела здесь, вспомнила все пытки что она испытывала в течении 4 лет. Смотрела на тот же проклятый потолок… Вдруг она почувствовала сильный прилив энергии в тело, и она начала вставать, безумно смеясь.
«ХАХАХАХАХХАХХАХХАХАХАХХХАХАХХАХАХ!!»
Ее брат попытался ударить ее вновь, но она использовала ножи чтобы заблокировать удар.
«Ты ОтПраВлЯеШся в Ад, братик!!!» С огромного размаха она пнула его, и он полетел на кровать. Он ударился головой об стену и сердито зарычал, он собрался сделать выпад на нее, но она воткнула ножи в его руки приковав его к стене. Он кричал и бился изо всех сил.
«Давай посмотрим, что тут у нас»… Она начала ходить по комнате. Ухмыльнувшись она увидела перочинный ножик лежащий у него на тумбочке. Она взяла нож, и подошел к нему.
«Говорят, что глаза — это самый мягкий орган в теле»… Она медленно облизнула нож.
«Мягкий, как масло.» Его пронзал ужас. Он попытался вырваться, когда она начала вонзать нож в его глаза. Он громко вскрикнул, но она быстро вставила кусок ткани ему в рот.«Сейчас, сейчас, мы не можем разбудить соседей!» Он не мог ничего видеть. Боль была невыносимой. Кровь яростно сочилась из его глазниц. Он хотел заплакать, но уже был не способен это сделать.
«Хм»… Она осмотрелась вокруг, чтобы найти еще что-нибудь, и нашла ножницы. Она подошла к нему клоцая ими. «Я думаю, что тебя надо разделать, братик»… она нанесла ему удар ножницами в живот. Он издал крик от боли, но кляп заглушил его. Она стала резать его кожу как цветную бумагу в детском саду. Она вытащила из его брюха толстую кишку и неистово ухмыльнулась.
«Знаешь что мне нравится? Макаронное искусство.» Она начала резать кишечник на кусочки.«Они слишком большие, чтобы выкладывать их на тарелку». Она слышала как пенится кровь во рту брата, но кляп не давал ей выйти наружу и пена накапливалась у него во рту. «Не правда ли, хороший вкус?» Она облизнула кровь с пальцев.«Я уверена, мне это понравится.» Он издал еще один сдавленный крик. Она опустилась к его ногам и начала отрывать пальцы, один за одним. Через некоторое время его глухой крик звучал все тщетнее и тщетнее. Его горло было влажным от крови. Бульканье становилось все громче, он начал извиваться, начиная захлебываться от собственной крови. Она резко вынула кляп из его рта, и тугая струя крови вырвалась изо рта.«Вот так, брат.» Приговаривала она, похлопывая его по голове.«Ешь это, чтобы стало лучше» Она воткнула один из его пальцев ему в рот, от чего его горло превратилось в месиво. Он задохнулся, и медленно умер.
«Как говорят — чем выше поднимаешься, тем больнее падать». Пока он был в ауте, она схватила подушку и положила на его лицо, начав бить коленом по его лицу через подушку. Все сильнее и сильнее. Через некоторое время раздался громкий треск. Когда она убрала подушку, на месте лица было отвратительное месиво, а он издавал тихие звуки и плакал от боли.
«В чем дело, папочка? Слишком много боли для тебя?» Она вставила оба ножа ему в живот, оставив их там, она сорвала с кровати одну из тяжелых деревянных опор. Она перетащила его под кровать и вытащила ножи.
«Еще пригодится» Она зловеще хихикнула, взобралась на кровать и стала медленно ходить по ней. Вес ее тела и кровати постепенно давил на отца, его органы начали сжиматься внутри тела. Кровь хлынула у него изо рта, он начал захлебываться кровью. Его дыхание стало утихать.«хххрхрррр, давай!» Она начала издавать рык, и пытаться передать как можно больше веса кровати. Внезапно из его рта хлынули его внутренние органы. Мерзкий сгусток вывалился на пол по бокам от его лица. Она пнула его тело и пошла на выход.
«Твое время вышло, папочка.»
Наконец наступила ее любимая часть. Она тихо начала красться вниз к комнате брата. Она молча открыла дверь, кровь стекала по ее ножам, издавая глухой раскатистый звук, капая на деревянный пол. Ее брата не было в постели. Было очевидно что он где-то спрятался. Она усмехнулась.
«О, дорогой брат, выходи»… Она начала входить внутрь комнаты.
«Все что я хочу — немного повеселиться. Ахаххахахахахах!» Как только она полностью вошла в комнату, она стала вслушиваться в любые звуки. Любое дыхание, любое движение, она даже внюхалась в воздух, чтобы учуять его гнилой запах. И чем внимательней она вслушивалась, тем больше она начала замечать слабый звук… Звук от дыхания.
— ХРЯК-
Дрожа она упала на землю. Ее брат стоял сзади нее, с окровавленной бейсбольной битой. Он был взбешен от гнева, и задыхался от ярости. Она попыталась медленно встать, но он ударил ее снова, и снова, и снова.
«ТЫ ВСЕГДА НРАВИЛАСЬ МАМЕ БОЛЬШЕ ЧЕМ Я, СУКА!» Он сильно ударил ее в последний раз, прежде чем взял передышку.
У нее было сильное кровотечение, ее зеленые глаза прищурились и стали очень тусклыми в темноте. Она почувствовала слабость, и посмотрела в потолок. Она вспомнила сколько дней она провела здесь, вспомнила все пытки что она испытывала в течении 4 лет. Смотрела на тот же проклятый потолок… Вдруг она почувствовала сильный прилив энергии в тело, и она начала вставать, безумно смеясь.
«ХАХАХАХАХХАХХАХХАХАХАХХХАХАХХАХАХ!!»
Ее брат попытался ударить ее вновь, но она использовала ножи чтобы заблокировать удар.
«Ты ОтПраВлЯеШся в Ад, братик!!!» С огромного размаха она пнула его, и он полетел на кровать. Он ударился головой об стену и сердито зарычал, он собрался сделать выпад на нее, но она воткнула ножи в его руки приковав его к стене. Он кричал и бился изо всех сил.
«Давай посмотрим, что тут у нас»… Она начала ходить по комнате. Ухмыльнувшись она увидела перочинный ножик лежащий у него на тумбочке. Она взяла нож, и подошел к нему.
«Говорят, что глаза — это самый мягкий орган в теле»… Она медленно облизнула нож.
«Мягкий, как масло.» Его пронзал ужас. Он попытался вырваться, когда она начала вонзать нож в его глаза. Он громко вскрикнул, но она быстро вставила кусок ткани ему в рот.«Сейчас, сейчас, мы не можем разбудить соседей!» Он не мог ничего видеть. Боль была невыносимой. Кровь яростно сочилась из его глазниц. Он хотел заплакать, но уже был не способен это сделать.
«Хм»… Она осмотрелась вокруг, чтобы найти еще что-нибудь, и нашла ножницы. Она подошла к нему клоцая ими. «Я думаю, что тебя надо разделать, братик»… она нанесла ему удар ножницами в живот. Он издал крик от боли, но кляп заглушил его. Она стала резать его кожу как цветную бумагу в детском саду. Она вытащила из его брюха толстую кишку и неистово ухмыльнулась.
«Знаешь что мне нравится? Макаронное искусство.» Она начала резать кишечник на кусочки.«Они слишком большие, чтобы выкладывать их на тарелку». Она слышала как пенится кровь во рту брата, но кляп не давал ей выйти наружу и пена накапливалась у него во рту. «Не правда ли, хороший вкус?» Она облизнула кровь с пальцев.«Я уверена, мне это понравится.» Он издал еще один сдавленный крик. Она опустилась к его ногам и начала отрывать пальцы, один за одним. Через некоторое время его глухой крик звучал все тщетнее и тщетнее. Его горло было влажным от крови. Бульканье становилось все громче, он начал извиваться, начиная захлебываться от собственной крови. Она резко вынула кляп из его рта, и тугая струя крови вырвалась изо рта.«Вот так, брат.» Приговаривала она, похлопывая его по голове.«Ешь это, чтобы стало лучше» Она воткнула один из его пальцев ему в рот, от чего его горло превратилось в месиво. Он задохнулся, и медленно умер.
Страница 6 из 8
