Wild Cat

Я захлопнул ему рот трясущейся рукой. И себе зажал, чтоб не стошнило. Желудок вывернулся, комната тоже, пол подскочил, чуть не треснув меня по лбу, нужно было срочно за что-то ухватиться. И выпить. Жутко захотелось выпить.

— Вы убили меня? — непослушные губы, нездоровое любопытство. Я прочно устроился на полу, стеной зафиксировав спину от падения, хорошенько зажимаю между ног голову Бальтазара, а он лежит, вытянув далеко вперед свои длинные ноги, и моя ладонь в любой момент перекроет ему кислород… если что-то пойдет не так.

— Не сразу. Ты был жив и все чувствовал. Пока сердце не…

— Твою мать! — я ударил его по губам. Потом опомнился. Сердце так стучит, будто его сейчас действительно вынут какие-нибудь ублюдки. Некрофилы из порнограйнд-шоу. Где у Бальтазара алкоголь припрятан, не могу вспомнить. — Бэл, откуда у тебя познания в анатомии? Для таких подробных театров смерти.

— Мой брат работает в земной больнице санитаром. Недолго, но я успел насмотреться.

— А часто тебе снился этот сон?

— Он был последним в череде кошмаров. Наутро я привычно выкинул изорванную на полосы простыню, умылся ледяной водой, съел какой-то хлеб и пошел открывать, в дверь стучали. Не знаешь, кто это был, такой перепуганный и взъерошенный, с тремя чемоданами?

— Заткнись уже, а… — я обнял его лицо, хмурое и утонченное. Сердцебиение выравнивалось.

— Подожди. Самое важное. Ночью, когда мы улеглись спать, с криком от страшного сна проснулся ты. Не я.

Я поднял брови, заинтригованный до крайности. Как интересно получается.

— Цепная реакция? Ты передал какой-то редкий психоз из своего мозга в мой?

— Вряд ли. Если называть это психозом, то он наш общий. Разница в том, что я вышел из активной фазы, а ты вошел. Стюарт?

— Да пошел ты.

— Ты постоянно отказываешься рассказать, что тебе снится.

— И традиции этой изменять не собираюсь.

— Но я признался!

— А я чуть не блеванул от твоего признания. Весело было бы ползать тут, оттирая мой ужин.

— Ты не хочешь понять, что происходит, чтобы избавиться от кошмаров?

— Бэл, ты мне не поможешь.

Я встал, плохо осознавая жесткость финальной фразы. Дошло, когда я, порывшись в кухонных шкафчиках, нашел бутылку медицинского спирта. Разбавил водой на глаз и выпил один стакан. Меня сразу же развезло, сегодняшние события показались в немного другом свете. Я вышел извиниться перед Бэлом за грубость, а его нигде не было. Как хлопнула входная дверь, я не слышал. Черт. Черт, черт, черт!

Выцедил еще стакан самодельной водки и упал, где споткнулся. Свалился в открытый шкаф в комнате Бальтазара. Бережно обнял какой-то его костюм, оседая на полку с носками. Сонно подумалось, что он, наверное, удивится, вернувшись. Однако забористая же штука эта водка…

7. Шкаф

Кухня. Трупы Фамке и Алехандро лежат в морозильнике. Киллер режет на разделочной доске чью-то фиолетовую руку с обломанными ногтями. Бальтазар стоит сзади и обнимает его. Зарывается в темные волосы, целуя и что-то шепча. Киллер режет молча, ловко орудуя огромным ножом. Вынимает кости, а оставшееся мясо режет на кубики. Дает Бэлу попробовать один кусок, чуть поворачиваясь и кладя в рот. Бэл как будто только сейчас видит, что именно готовит на его кухне киллер, и выплевывает человеческое мясо на стол. В его глазах шок и растерянность.

Где нахожусь я, сначала непонятно. Темно и тесно. Что-то капает, лежать мокро. Не могу пошевелиться и проверить. Холодильник открывается, желтая лампочка освещает залитую кровью полку, эта кровь сочится из локтевого обрубка… и киллер, примерившись, отрубает мне вторую руку.

Проснулся, больно стукнувшись головой и ухом об дверцу шкафа. Испугался, не сразу вспомнив, где я. Ведь было темно и тесно… почти как во сне. Спасительный пиджак Бальтазара упал с вешалки, стянутый моими непослушными руками, чем и успокоил. Руки на месте, руки, вот они. И ногти, впившиеся в мягкую ткань, целы. Правда, голова побаливает, и не только от удара. Больше не буду смешивать спирт ни с чем.

В комнате явственно слышны шаги. Значит, Бэл вернулся. Интересно, сколько я проспал. Он заговорил… наверное, по телефону.

— Шеф, его нигде нет. Мне беспокоиться? Он дальше хайер-билдинг никуда не ходил, ни города, ни острова не знает. Оружия при нем нет, разрешение еще не выдано, и в сейфе тоже… Мои пистолеты на месте. Винтовку, полученную для задания, я четыре часа назад вернул на склад. Мне писать докладную и рапорт на себя? Я упустил своего протеже.

Шкаф открылся. Луч света от фонарика ударил прямо в лицо, я спрятал голову в колени и сжался. Ощутил на себе неприятный буравящий взгляд. А где смех и аплодисменты? Я найден черт-те где, полусонный, полупьяный, язык противно прилип к гортани. Но как меня вычислили? Флюиды страха во сне? Или я шумел… и был услышан. Бэл, не молчи.