Фандом: Гарри Поттер. Волдеморт возжелал Гермиону, а Гермиона рискнула всем, чтобы его победить. Что будет с ней и её миром? «Aut vincere aut mori. Победа или смерть.»
Добавить в моё избранное
15 мин, 24 сек 13283
Ich lass dich los, mein teurer Freund
Я отпускаю тебя, мой дорогой друг«…»
Она не слышала, как Волдеморт вступил беззвучно и властно:
«Dort unten in der Kälte»
Там, внизу, в холоде,
Dir Jahre teilen wir
Разделить с тобой годы…
Denn du bist bei mir
Ибо ты со мной
Und ich bei dir
И я с тобой,
Und das ist alles, was uns bleibt
И это все, что нам остается«.»
Это произошло одновременно. Гермиона вскинула палочку в финальном жесте, Волдеморт метнулся к ней, сбрасывая капюшон. Два горящих взгляда, алый и бронзовый, схлестнулись и полыхнули яростью. Бурлящий водоворот нестерпимого жара забурлил вокруг. Затрещали стены, пол заходил ходуном. Гермиона не отводила глаз, палочка в побелевших пальцах словно заледенела. Миг — и на них обрушилась лавина обжигающей магии. Смяла, задавила грохотом рассыпающихся камней.
— Нет! — пронзительно закричала Гермиона, начиная осознавать, что происходит.
— Да, — ласково и жутко улыбнулся Волдеморт. — Этот мир погибнет за нас. Чувствуешь крики душ, чью силу ты забираешь?
Воздух ревел вокруг, от воя и грома закладывало уши. Но они застыли в эпицентре торнадо, вне времени и пространства.
— Нет, — бессильно прошептала Гермиона.
— Мы связаны навсегда, — с наслаждением проговорил Лорд. — Это заклинание должны читать двое. Без меня ты погибла бы вместе с миром.
— Вы лжёте! — вспышка её гнева хлестнула по нервам, сладко и больно.
— Ты же видишь, что нет, — мягко ответил Волдеморт. — А знаешь, почему?
Её взгляд прожигал насквозь. В каштановых волосах путались золотые всполохи.
«Мерлин! Она прекрасна».
— Ты замахнулась на Лорда, милая. Я связан с тысячами, с миллионами магов. Вассальная клятва — цепная реакция. Ты захотела уничтожить магический мир этой реальности! И преуспела. Мы уходим. Вдвоём, как и гласит полное заклинание.
— Это ошибка, — в ужасе выдохнула Гермиона.
— Ты так захотела, любовь моя, — во вкрадчивом тоне наконец-то прорезалось давно сдерживаемое торжество. — Я лишь подыграл твоему желанию. Делай то, что хочешь, но отвечай за свои поступки.
Гермиона вскинула подбородок. Ураган вокруг взревел с новой силой, слился в сплошную ало-золотую карусель.
— Я отвечу! И ты ответишь тоже, где бы мы ни оказались, в любом времени, в любом пространстве! Клянусь!
— Да будет так! — выкрикнул Волдеморт, и магия ослепительной вспышкой скрепила клятву.
«Я останусь Лордом в любой реальности, мисс очаровательная Наивность, — успел подумать он, — потому что имя мне — Легион. Legio nomen mihi est».
И мир взорвался.
Игнатий Лойола был прав. Цель оправдывает средства, когда цель — спасение души.
Иезуит не стал бы уточнять, о чьей душе идёт речь, верно?
Я отпускаю тебя, мой дорогой друг«…»
Она не слышала, как Волдеморт вступил беззвучно и властно:
«Dort unten in der Kälte»
Там, внизу, в холоде,
Dir Jahre teilen wir
Разделить с тобой годы…
Denn du bist bei mir
Ибо ты со мной
Und ich bei dir
И я с тобой,
Und das ist alles, was uns bleibt
И это все, что нам остается«.»
Это произошло одновременно. Гермиона вскинула палочку в финальном жесте, Волдеморт метнулся к ней, сбрасывая капюшон. Два горящих взгляда, алый и бронзовый, схлестнулись и полыхнули яростью. Бурлящий водоворот нестерпимого жара забурлил вокруг. Затрещали стены, пол заходил ходуном. Гермиона не отводила глаз, палочка в побелевших пальцах словно заледенела. Миг — и на них обрушилась лавина обжигающей магии. Смяла, задавила грохотом рассыпающихся камней.
— Нет! — пронзительно закричала Гермиона, начиная осознавать, что происходит.
— Да, — ласково и жутко улыбнулся Волдеморт. — Этот мир погибнет за нас. Чувствуешь крики душ, чью силу ты забираешь?
Воздух ревел вокруг, от воя и грома закладывало уши. Но они застыли в эпицентре торнадо, вне времени и пространства.
— Нет, — бессильно прошептала Гермиона.
— Мы связаны навсегда, — с наслаждением проговорил Лорд. — Это заклинание должны читать двое. Без меня ты погибла бы вместе с миром.
— Вы лжёте! — вспышка её гнева хлестнула по нервам, сладко и больно.
— Ты же видишь, что нет, — мягко ответил Волдеморт. — А знаешь, почему?
Её взгляд прожигал насквозь. В каштановых волосах путались золотые всполохи.
«Мерлин! Она прекрасна».
— Ты замахнулась на Лорда, милая. Я связан с тысячами, с миллионами магов. Вассальная клятва — цепная реакция. Ты захотела уничтожить магический мир этой реальности! И преуспела. Мы уходим. Вдвоём, как и гласит полное заклинание.
— Это ошибка, — в ужасе выдохнула Гермиона.
— Ты так захотела, любовь моя, — во вкрадчивом тоне наконец-то прорезалось давно сдерживаемое торжество. — Я лишь подыграл твоему желанию. Делай то, что хочешь, но отвечай за свои поступки.
Гермиона вскинула подбородок. Ураган вокруг взревел с новой силой, слился в сплошную ало-золотую карусель.
— Я отвечу! И ты ответишь тоже, где бы мы ни оказались, в любом времени, в любом пространстве! Клянусь!
— Да будет так! — выкрикнул Волдеморт, и магия ослепительной вспышкой скрепила клятву.
«Я останусь Лордом в любой реальности, мисс очаровательная Наивность, — успел подумать он, — потому что имя мне — Легион. Legio nomen mihi est».
И мир взорвался.
Игнатий Лойола был прав. Цель оправдывает средства, когда цель — спасение души.
Иезуит не стал бы уточнять, о чьей душе идёт речь, верно?
Страница 5 из 5
