Фандом: Гарри Поттер. Что делать, если у тебя есть тайна, которой ни с кем нельзя поделиться, и очень умная девушка, от которой ничего нельзя скрыть? Написан на фикатон имени Рона Уизли, победитель в номинации «гет». Заявка: Рон прочитал объявление: «Ищу волшебника. Сказочник уже был».
60 мин, 23 сек 4063
Ну, в продажу они так и поступили.
— Правда? — с интересом спросила Гермиона и задала неизбежный вопрос, которого Рон очень надеялся избежать: — А почему это не попало в министерские сводки?
— Э-э-э… Гермиона, — промямлил он, — пусть это останется моим последним маленьким секретом.
— Опять? Знаешь, что, Рон… Нет, — она решительно покачала головой.
— Ну, хорошо… — он замялся, лихорадочно думая, как рассказать про чары неуловимости, не выдавая при этом Джорджа. Рон, конечно, мог бы соврать, что нанёс их сам, да вот только обман мог легко открыться. — Только ты сначала расскажи, как оказалась в можжевеловых кустах на Финдон-роуд, — сказал он.
Расчёт оказался верным: не пожелав откровенничать о своих маленьких секретах, Гермиона спросила:
— А что насчёт Джейн Моррисон?
— Она так и написала, что хочет всё забыть. Её мучили кошмары после аварии, в которой у неё на глазах погибли люди. С Джейн мне пришлось повозиться, потому что нужно было изменить её память выборочно. Уверен, что она меня не вспомнит. И аварию тоже, — сказал Рон, решительным жестом отодвигая от себя газеты и поворачиваясь к Гермионе. — Скажи, пожалуйста, а что у нас сегодня на ужин?
Вопрос поверг Гермиону в ступор.
— Ну, если ты меня не собираешься арестовывать, — продолжил Рон, — может, сходим куда-нибудь? Я ужасно есть хочу.
— «Четыре сезона», — сказала она, внезапно оживляясь. — Я хочу «Четыре сезона».
— Хорошо, — сказал Рон, обнимая её за талию под пиджаком. — Поужинаем у Джузеппе, только давай договоримся: ни слова о работе и неправомерном использовании магии.
— Рон, ты прекрасно знаешь, что это не может продолжаться, — сказала она.
— Большое шоколадное мороженое, — сказал Рон и делано облизнулся.
Она обречённо вздохнула.
— Хорошо. Отправимся в мир магглов и представим на один вечер, что магии не существует. Но этот разговор не окончен. Когда мы вернёмся…
Рон переместил Гермиону в знакомый лондонский тупик, не дожидаясь конца фразы. Он надеялся, что, вернувшись домой, найдёт цивилизованный способ заставить её замолчать. По крайней мере, до утра. А там видно будет.
Эпилог. Три года спустя
— Рон, мне кажется, у тебя палочка торчит из кармана, — нервно прошептала Гермиона, проводя рукой по карману его брюк.
— Ой, приятно, — с ухмылкой сказал Рон. — Но больше так не делай, это отвлекает. И хватит нервничать, Гермиона. Моя палочка в кармане куртки. Но даже если кто-то её здесь увидит, то решит, что я просто играю с прутиком.
— Да, но если нас случайно увидит маг, он поймёт, кто мы.
— А тут прям маги на каждом углу… Гермиона, тебе нужно ходить на дело в маске и перчатках, как в том кино про ограбления.
— На какое дело? Мы не идём на дело, мы не преступники. Мы никого не хотим ни убить, ни ограбить.
— Ну слава богу! А то я уже боялся, что ты решишь кого-нибудь прирезать.
— Тише, Рон, — шикнула она. — Нас могут услышать.
— Где твой кураж, Гермиона? Ты сражалась с Волдемортом! И потом, это не в первый раз.
— Ох, Рон… Меня всё равно не оставляет мысль о том, что мы нарушаем закон.
— А грабить Гринготтс было законно?
Они остановились в конце длинного коридора большого общественного здания, напоминавшего весенний улей.
— Тебе и делать-то ничего не придётся. Просто отвлеки секретаршу, чтобы она не зашла в кабинет, а я сам поговорю с мистером Табботом о вреде взяток для здоровья и достану папку с документами.
— Рон, только обещай, что будешь осторожен. Никакого вреда ничьему здоровью! Попробуй сначала простое Акцио.
— Послушай, Гермиона, — они остановились перед кабинетом, на котором висела табличка: «Мистер Х. Д. Таббот, глава комитета по охране окружающей среды графства Йоркшир». — Мы не нарушаем закон, а восстанавливаем справедливость. Если петицию не обнародовать сегодня, завтра они начнут вырубать лес, а послезавтра — строить на его месте химический завод, причём на незаконных основаниях. Представляешь, сколько бедных животных от этого пострадает?
— Представляю.
— Ты сама выбрала это дело. Я предлагал отправиться к тому наркодилеру.
— Я знаю, — вздохнула она.
— В принципе, я мог бы прийти сюда ночью, когда никого нет, но я ни разу не был у Таббота в кабинете, а аппарировать в коридор опасно — у них могут быть датчики слежения за движением, поднимем лишнюю панику. Ну что, готова?
Гермиона кивнула, Рон ей подмигнул и постучал в дверь кабинета.
— Правда? — с интересом спросила Гермиона и задала неизбежный вопрос, которого Рон очень надеялся избежать: — А почему это не попало в министерские сводки?
— Э-э-э… Гермиона, — промямлил он, — пусть это останется моим последним маленьким секретом.
— Опять? Знаешь, что, Рон… Нет, — она решительно покачала головой.
— Ну, хорошо… — он замялся, лихорадочно думая, как рассказать про чары неуловимости, не выдавая при этом Джорджа. Рон, конечно, мог бы соврать, что нанёс их сам, да вот только обман мог легко открыться. — Только ты сначала расскажи, как оказалась в можжевеловых кустах на Финдон-роуд, — сказал он.
Расчёт оказался верным: не пожелав откровенничать о своих маленьких секретах, Гермиона спросила:
— А что насчёт Джейн Моррисон?
— Она так и написала, что хочет всё забыть. Её мучили кошмары после аварии, в которой у неё на глазах погибли люди. С Джейн мне пришлось повозиться, потому что нужно было изменить её память выборочно. Уверен, что она меня не вспомнит. И аварию тоже, — сказал Рон, решительным жестом отодвигая от себя газеты и поворачиваясь к Гермионе. — Скажи, пожалуйста, а что у нас сегодня на ужин?
Вопрос поверг Гермиону в ступор.
— Ну, если ты меня не собираешься арестовывать, — продолжил Рон, — может, сходим куда-нибудь? Я ужасно есть хочу.
— «Четыре сезона», — сказала она, внезапно оживляясь. — Я хочу «Четыре сезона».
— Хорошо, — сказал Рон, обнимая её за талию под пиджаком. — Поужинаем у Джузеппе, только давай договоримся: ни слова о работе и неправомерном использовании магии.
— Рон, ты прекрасно знаешь, что это не может продолжаться, — сказала она.
— Большое шоколадное мороженое, — сказал Рон и делано облизнулся.
Она обречённо вздохнула.
— Хорошо. Отправимся в мир магглов и представим на один вечер, что магии не существует. Но этот разговор не окончен. Когда мы вернёмся…
Рон переместил Гермиону в знакомый лондонский тупик, не дожидаясь конца фразы. Он надеялся, что, вернувшись домой, найдёт цивилизованный способ заставить её замолчать. По крайней мере, до утра. А там видно будет.
Эпилог. Три года спустя
— Рон, мне кажется, у тебя палочка торчит из кармана, — нервно прошептала Гермиона, проводя рукой по карману его брюк.
— Ой, приятно, — с ухмылкой сказал Рон. — Но больше так не делай, это отвлекает. И хватит нервничать, Гермиона. Моя палочка в кармане куртки. Но даже если кто-то её здесь увидит, то решит, что я просто играю с прутиком.
— Да, но если нас случайно увидит маг, он поймёт, кто мы.
— А тут прям маги на каждом углу… Гермиона, тебе нужно ходить на дело в маске и перчатках, как в том кино про ограбления.
— На какое дело? Мы не идём на дело, мы не преступники. Мы никого не хотим ни убить, ни ограбить.
— Ну слава богу! А то я уже боялся, что ты решишь кого-нибудь прирезать.
— Тише, Рон, — шикнула она. — Нас могут услышать.
— Где твой кураж, Гермиона? Ты сражалась с Волдемортом! И потом, это не в первый раз.
— Ох, Рон… Меня всё равно не оставляет мысль о том, что мы нарушаем закон.
— А грабить Гринготтс было законно?
Они остановились в конце длинного коридора большого общественного здания, напоминавшего весенний улей.
— Тебе и делать-то ничего не придётся. Просто отвлеки секретаршу, чтобы она не зашла в кабинет, а я сам поговорю с мистером Табботом о вреде взяток для здоровья и достану папку с документами.
— Рон, только обещай, что будешь осторожен. Никакого вреда ничьему здоровью! Попробуй сначала простое Акцио.
— Послушай, Гермиона, — они остановились перед кабинетом, на котором висела табличка: «Мистер Х. Д. Таббот, глава комитета по охране окружающей среды графства Йоркшир». — Мы не нарушаем закон, а восстанавливаем справедливость. Если петицию не обнародовать сегодня, завтра они начнут вырубать лес, а послезавтра — строить на его месте химический завод, причём на незаконных основаниях. Представляешь, сколько бедных животных от этого пострадает?
— Представляю.
— Ты сама выбрала это дело. Я предлагал отправиться к тому наркодилеру.
— Я знаю, — вздохнула она.
— В принципе, я мог бы прийти сюда ночью, когда никого нет, но я ни разу не был у Таббота в кабинете, а аппарировать в коридор опасно — у них могут быть датчики слежения за движением, поднимем лишнюю панику. Ну что, готова?
Гермиона кивнула, Рон ей подмигнул и постучал в дверь кабинета.
Страница 17 из 17