Фандом: Гарри Поттер. Щуке пишут письма, а страдает от этого Грегсон.
Добавить в моё избранное
12 мин, 36 сек 3512
Не бывает учителей в отставке, как и сотрудников отдела тайн. Всю жизнь на посту, каждый на своем.
— А это что? — вдруг всполошился он. — Вам угрожают!
И действительно, в следующем пергаменте была выведена одна строчка:
«Берегись! Ненавижу упивающихся смертью, которым удалось остаться чистенькими. Б. К. мл».
— Старая записка, — отмахнулся Щука. — От старины Барти. Многообещающий был юноша, но, увы, он слишком уж серьезно ко всему относился.
— Сын мистера Крауча?
— Он самый. Его Белла с пути сбила.
— С какого пути? — уточнил Грегсон.
— Здравого смысла, очевидно, — пожал плечами Люциус.
Следующая записка, судя по всему, найденная в камере Азкабана, характеризовала респондента как трезвомыслящего колдуна:
«Поздравляю тебя! Ты нашел записку в ножке кровати — значит, не пропадешь. Покидая эти стены, оставляю тебе зачарованный карандаш (у него нескончаемый грифель), пергамент и тайник. Встань спиной к окну, вытяни левую руку, дотронься стены. Крикни:» Мародеры — форева!«. Крикнул? Молодец! Пятый кирпич справа от руки и третий снизу от пола можно вытащить. В тайнике» Пророк«и возможность отправить записку соседу. Убедись, что сосед не сошел с ума. Держись и не вешай нос.»
Сириус Блэк«.»
— Однако. Не знал, что в Азкабане тонкие стены!
— Я и сам не знал, пока не нашел записку.
— А «Мародеры — форева!» обязательно было кричать?
— Увы! — вздохнул Щука. — Без этого кирпич никак не хотел поддаваться.
— Магия? — прищурился Грегсон. — Сириус Блэк мог колдовать в Азкабане?
— Да! — раздраженно отозвался Щука. — Он мог. Он смог и убежать оттуда.
— Только потому, что анимаг.
— Не забывайте, волшебной палочки у него с собой не имелось.
— Действительно. Стихийная магия?
— Она самая. Блэки вообще сильные колдуны. Так всегда было и будет, вспомните внука Нарциссы — метаморфомага. Не помешала ни кровь оборотня, ни кровь магглов.
Но Грегсон не слушал — он только что обнаружил небольшой клочок бумаги, на котором лаконично сообщалось:
«Если Темный Лорд меня убьет, не ищи тела — не найдешь. Я позаботился. И меня не ищи. Северус Снейп».
— Значит, он жив!
— Я бы не был так уверен, — скептично заявил Щука. — Обычно Северус подбирает такие выражения, которые можно трактовать как угодно. И это еще меня называют скользким! Сколько там осталось писем?
— Два. Ох… от НЕГО?
— Да. Боитесь?
— Нет, — ответил Грегсон, не без дрожи разворачивая письмо Темного Лорда.
«Люциус, так как я стал немного сентиментальным, то меня сильно огорчила потеря дневника. Тебе нужно постараться, чтобы я забыл про него. Например, достать пророчество. Не подведи меня, мой скользкий друг».
— Вот видите, ничего страшного, — усмехнулся Щука.
— Это вы так сейчас говорите, а тогда, наверное, испугались сильней меня.
— Не помню.
Грегсон спорить не стал, взялся за письмо Спасителя Магического Мира — и залпом допил оставшийся бренди.
«Мистер Малфой, поздравляю, Вы не поддались ни на одну провокацию. Я ставил на вас достаточно крупную сумму, думаю, могу пригласить на ужин и отблагодарить. В ответ мне бы хотелось получить записку крестного, которую вы нашли в камере.»
Г. Дж. Поттер«.»
— Однако! — вырвалось у Грегсона.
— Мне тоже интересно, — согласился Щука, — откуда он о ней узнал.
— Пойдете на ужин?
— Почему бы и нет? Появиться на людях с героем магического мира — практически то же самое, что купить себе помилование. Не помешает. И для репутации полезно.
— Заодно и узнать, откуда он в курсе ваших азкабанских будней?
— Именно.
— Поделитесь со мной информацией?
— С какой стати?
— С такой, — неописуемый достал постановление об аресте.
— Шантаж?
— Доверие, — Грегсон призвал перо с чернильницей и вывел:
«Отдел Тайн отменяет постановление. Дело Щуки закрыто и может в случае возобновления следствия быть предоставлено соседнему отделу по первому требованию, подписанному министром магии».
— Корреспонденцию сожжете? — поинтересовался неописуемый.
— Зачем? Буду перечитывать в минуты душевных невзгод.
— Чтобы не забыть веру в человечество?
— Чтобы позабавиться.
— Тогда вас позабавит и моя резолюция, — Грегсон положил постановление на бумаги.
— Так уж и быть, — вздохнул Люциус Малфой, ознакомившись с припиской, — закрытие дела следует отметить… После Поттера я всецело в вашем распоряжении.
— А это что? — вдруг всполошился он. — Вам угрожают!
И действительно, в следующем пергаменте была выведена одна строчка:
«Берегись! Ненавижу упивающихся смертью, которым удалось остаться чистенькими. Б. К. мл».
— Старая записка, — отмахнулся Щука. — От старины Барти. Многообещающий был юноша, но, увы, он слишком уж серьезно ко всему относился.
— Сын мистера Крауча?
— Он самый. Его Белла с пути сбила.
— С какого пути? — уточнил Грегсон.
— Здравого смысла, очевидно, — пожал плечами Люциус.
Следующая записка, судя по всему, найденная в камере Азкабана, характеризовала респондента как трезвомыслящего колдуна:
«Поздравляю тебя! Ты нашел записку в ножке кровати — значит, не пропадешь. Покидая эти стены, оставляю тебе зачарованный карандаш (у него нескончаемый грифель), пергамент и тайник. Встань спиной к окну, вытяни левую руку, дотронься стены. Крикни:» Мародеры — форева!«. Крикнул? Молодец! Пятый кирпич справа от руки и третий снизу от пола можно вытащить. В тайнике» Пророк«и возможность отправить записку соседу. Убедись, что сосед не сошел с ума. Держись и не вешай нос.»
Сириус Блэк«.»
— Однако. Не знал, что в Азкабане тонкие стены!
— Я и сам не знал, пока не нашел записку.
— А «Мародеры — форева!» обязательно было кричать?
— Увы! — вздохнул Щука. — Без этого кирпич никак не хотел поддаваться.
— Магия? — прищурился Грегсон. — Сириус Блэк мог колдовать в Азкабане?
— Да! — раздраженно отозвался Щука. — Он мог. Он смог и убежать оттуда.
— Только потому, что анимаг.
— Не забывайте, волшебной палочки у него с собой не имелось.
— Действительно. Стихийная магия?
— Она самая. Блэки вообще сильные колдуны. Так всегда было и будет, вспомните внука Нарциссы — метаморфомага. Не помешала ни кровь оборотня, ни кровь магглов.
Но Грегсон не слушал — он только что обнаружил небольшой клочок бумаги, на котором лаконично сообщалось:
«Если Темный Лорд меня убьет, не ищи тела — не найдешь. Я позаботился. И меня не ищи. Северус Снейп».
— Значит, он жив!
— Я бы не был так уверен, — скептично заявил Щука. — Обычно Северус подбирает такие выражения, которые можно трактовать как угодно. И это еще меня называют скользким! Сколько там осталось писем?
— Два. Ох… от НЕГО?
— Да. Боитесь?
— Нет, — ответил Грегсон, не без дрожи разворачивая письмо Темного Лорда.
«Люциус, так как я стал немного сентиментальным, то меня сильно огорчила потеря дневника. Тебе нужно постараться, чтобы я забыл про него. Например, достать пророчество. Не подведи меня, мой скользкий друг».
— Вот видите, ничего страшного, — усмехнулся Щука.
— Это вы так сейчас говорите, а тогда, наверное, испугались сильней меня.
— Не помню.
Грегсон спорить не стал, взялся за письмо Спасителя Магического Мира — и залпом допил оставшийся бренди.
«Мистер Малфой, поздравляю, Вы не поддались ни на одну провокацию. Я ставил на вас достаточно крупную сумму, думаю, могу пригласить на ужин и отблагодарить. В ответ мне бы хотелось получить записку крестного, которую вы нашли в камере.»
Г. Дж. Поттер«.»
— Однако! — вырвалось у Грегсона.
— Мне тоже интересно, — согласился Щука, — откуда он о ней узнал.
— Пойдете на ужин?
— Почему бы и нет? Появиться на людях с героем магического мира — практически то же самое, что купить себе помилование. Не помешает. И для репутации полезно.
— Заодно и узнать, откуда он в курсе ваших азкабанских будней?
— Именно.
— Поделитесь со мной информацией?
— С какой стати?
— С такой, — неописуемый достал постановление об аресте.
— Шантаж?
— Доверие, — Грегсон призвал перо с чернильницей и вывел:
«Отдел Тайн отменяет постановление. Дело Щуки закрыто и может в случае возобновления следствия быть предоставлено соседнему отделу по первому требованию, подписанному министром магии».
— Корреспонденцию сожжете? — поинтересовался неописуемый.
— Зачем? Буду перечитывать в минуты душевных невзгод.
— Чтобы не забыть веру в человечество?
— Чтобы позабавиться.
— Тогда вас позабавит и моя резолюция, — Грегсон положил постановление на бумаги.
— Так уж и быть, — вздохнул Люциус Малфой, ознакомившись с припиской, — закрытие дела следует отметить… После Поттера я всецело в вашем распоряжении.
Страница 4 из 4
