Фандом: Ориджиналы. Обратная сторона мечты — реальность.
Добавить в моё избранное
1 мин, 54 сек 661
Типичный португальский домик высоко на горе. С террасы открывается чудесный вид на город, днём утопающий в зелени и радующий глаз всплесками оранжевых крыш, а ночью расцветающий тысячей золотистых огоньков. И, конечно же, полоса нестерпимо-синего океана на горизонте. Настоящая мечта. Обратная сторона мечты — реальность.
В реальности, стоило отвести взгляд от безупречного пейзажа, он тут же натыкался на огромного, в палец длиной, таракана. Или двух. Иногда с потомством. По состоянию таракана куда быстрее, чем по виду пейзажа, можно было определить время суток. Если таракан чуть живой, едва-едва шевелит лапами и усами, парализован на одну сторону — то сейчас раннее утро. Таракана не стоит трогать, потому что вторая сторона у него не парализована, и он вполне способен в предсмертной агонии бегать по кругу, завалившись на бок. В таком состоянии он пребывает до послеполуденного времени. Если таракан полностью мёртв — то дело идёт к вечеру. Вечером из-под двери, из щели над вытяжкой, из-за угла кухонного стола, из раскрытого окна, за которым зажигается тысяча золотистых огней, ползут новые тараканы. Два или три — едва ли больше, но больше и не нужно. А если всё-таки нужно, то вот она ночь — тараканье время. С чердака раздаётся шуршание, словно над потолком разливается плотным слоем безбрежное тёмно-коричневое усатое тараканье море, и тонкие доски потолка — всё, что отделяет вас друг от друга.
И один таракан — капля в море! — обязательно упадёт сверху, чтобы съесть запретный плод у двери и утром едва-едва шевелить лапками.
Типичный португальский домик высоко на горе — в прошлом, городская квартира радушно распахивает свои двери перед теми, кто не оценил возможность использовать тараканов вместо часов. Здесь, вдалеке от сельскохозяйственных угодий, в стерильности, в чистоте, время тянется медленнее. Время растягивается, временной цикл увеличивается в размерах, а стартует с того момента, когда один-единственный таракан приползает через балкон и откладывает яйцо. Моментально, без парализующих ядов убитый уборщицей, он больше не грозит ничьему спокойствию, и жизнь мирно идёт своим чередом. Тараканята растут, крепнут день ото дня, приближая второй момент цикла — выползание. Они ползут один за другим из какой-нибудь неприметной щели, пока не выползут все. Здесь сложно повлиять на процесс, сложно предугадать момент, но рано или поздно все тараканята выползут. И тогда вновь появляется большой живой таракан — искать новое место для яйца. Последний раздавленный тараканий труп уборщица выметала из-под кровати. И словно тараканы, приползают мысли о том, что внизу, в порту, многие из пришвартованных яхт — жилые…
В реальности, стоило отвести взгляд от безупречного пейзажа, он тут же натыкался на огромного, в палец длиной, таракана. Или двух. Иногда с потомством. По состоянию таракана куда быстрее, чем по виду пейзажа, можно было определить время суток. Если таракан чуть живой, едва-едва шевелит лапами и усами, парализован на одну сторону — то сейчас раннее утро. Таракана не стоит трогать, потому что вторая сторона у него не парализована, и он вполне способен в предсмертной агонии бегать по кругу, завалившись на бок. В таком состоянии он пребывает до послеполуденного времени. Если таракан полностью мёртв — то дело идёт к вечеру. Вечером из-под двери, из щели над вытяжкой, из-за угла кухонного стола, из раскрытого окна, за которым зажигается тысяча золотистых огней, ползут новые тараканы. Два или три — едва ли больше, но больше и не нужно. А если всё-таки нужно, то вот она ночь — тараканье время. С чердака раздаётся шуршание, словно над потолком разливается плотным слоем безбрежное тёмно-коричневое усатое тараканье море, и тонкие доски потолка — всё, что отделяет вас друг от друга.
И один таракан — капля в море! — обязательно упадёт сверху, чтобы съесть запретный плод у двери и утром едва-едва шевелить лапками.
Типичный португальский домик высоко на горе — в прошлом, городская квартира радушно распахивает свои двери перед теми, кто не оценил возможность использовать тараканов вместо часов. Здесь, вдалеке от сельскохозяйственных угодий, в стерильности, в чистоте, время тянется медленнее. Время растягивается, временной цикл увеличивается в размерах, а стартует с того момента, когда один-единственный таракан приползает через балкон и откладывает яйцо. Моментально, без парализующих ядов убитый уборщицей, он больше не грозит ничьему спокойствию, и жизнь мирно идёт своим чередом. Тараканята растут, крепнут день ото дня, приближая второй момент цикла — выползание. Они ползут один за другим из какой-нибудь неприметной щели, пока не выползут все. Здесь сложно повлиять на процесс, сложно предугадать момент, но рано или поздно все тараканята выползут. И тогда вновь появляется большой живой таракан — искать новое место для яйца. Последний раздавленный тараканий труп уборщица выметала из-под кровати. И словно тараканы, приползают мысли о том, что внизу, в порту, многие из пришвартованных яхт — жилые…
