Фандом: Гарри Поттер. Гермионе двадцать пять лет и она задумывается о спутнике жизни. Вспоминая мужчин, которые так или иначе случались на её жизненном пути, она пытается понять, что же с ней не так.
Добавить в моё избранное
30 мин, 9 сек 12177
До того, как Малфой запустил в Гермиону Дантисимус, он с удовольствием обзывал её «лохматой бобрихой»; после того, как псевдо-Грозный Глаз превратил Малфоя в грызуна, Гермиона с удовольствием дразнила его «прилизанным хорьком».
К шестому курсу Малфой прекратил искать повод оскорбить Гермиону. Но если судьба всё же сталкивала их лбами, то в ответ на «убийцу», «чистокровного ублюдка» и«Пожирателя» он парировал обидными«мугодье» и«поттеровская шлюха».
Гермиона не ненавидела Малфоя. Ей было больно и обидно на первых порах, но потом она поняла, что Малфоем движет зависть и желание вывести её друга Гарри Поттера из себя. Она не могла позволить такому ничтожеству, как Драко Малфой, лишний раз расстроить и без того хлебнувшего неприятностей Гарри.
Лишь в плену, когда Сивый притащил их в малфоевскую обитель, она впервые увидела в Драко просто подростка. Напуганного, но ещё не совсем испорченного. Он впервые в жизни не выдал их, не проявил себя чёртовым трусом, хотя, несомненно, узнал Гарри, да и её тоже.
После войны их пути надолго разошлись, и она с удовольствием не вспоминала о белобрысом аристократишке. Несмотря на ограниченное количество мест в Магической части Англии, где можно получить высшее образование, им всё же повезло учиться далеко друг от друга и в разное время.
Гермиона впервые столкнулась с Малфоем в коридоре Министерства в свой первый рабочий день. Немного растерявшись, она лишь кивнула в знак приветствия, а он с гаденькой улыбкой назвал её по фамилии. Позже она узнала, что, как и она сама, Малфой теперь работает в Министерстве и справляется, кстати, неплохо. Долгая эволюция прозвищ остановилась на обращении друг к другу по фамилии и около года оставалась нерушимой.
Когда их кабинеты разместили по соседству, их неприязнь перешла на новый уровень. Вспомнились школьные годы, но Гермиона теперь совсем не понимала его мотивов. Ведь больше не было Гарри, которого можно было бы выводить из себя, задевая её. Соблюдая субординацию и деловой этикет, они не могли открыто оскорблять друг друга. Но находчивый Малфой не растерялся.
Он раз за разом находил повод для «дружеских подколок» в её внешнем виде, прическе и манере одеваться. Дружескими эти подколы были лишь формально. По всей видимости, ему просто нравилось изводить Гермиону, несмотря на её должность и успехи в работе.
Самое обидное, что крыть в ответ Грейнджер могла лишь высмеивая его честолюбие, брезгливость и изнеженность, потому как внешний вид Малфоя был безупречен всегда. Порой она даже задумывалась над его шуточками, которые несомненно несли в себе толику правды для пущего воздействия. Но изменить в себе что-либо означало признать его правоту. Гермиона всегда гордилась своим умом и способностями, а потому никогда и не пыталась добиваться чего-либо при помощи внешних данных. Со временем она привыкла к ежедневной потребности Малфоя унижать её достоинство. Она всячески пыталась не реагировать на его выпады, постепенно всё реже используя привычное «не твоего ума дело, напыщенный сноб». Позже её ответы сократились до короткого «пошел нахер, Малфой», при условии, что рядом не было никого из их коллег и подчинённых.
Именно поэтому, услышав комплимент по поводу новой прически, Гермиона опешила. Она считала, что лелеющий традиции Малфой должен считать приемлемыми исключительно длинные волосы у волшебниц: ведь в древности считалось, что именно волосы несут часть магической силы. Даже Рон, который воспитывался гораздо фривольнее, не упускал возможности показать, насколько ему не нравится её новая стрижка.
Будучи свободной от отношений с Кевином, Гермиона снова стала приходить на работу раньше, а уходить под самый вечер. Её немало удивило, что свет в кабинете Малфоя горел уже до её прихода, а уходили по домам они практически одновременно.
Однажды из-за того, что она пришла на работу пораньше, Гермиона стала свидетелем странного «эпизода с кофе».
После расставания с Кевином Гермиона не могла больше пить свой латте без сахара в его кафе, а потому ей приходилось отстаивать длиннющую очередь в Старбакс.
Из-за этого Малфой и приходил раньше неё. Оказалось, что ему кофе приносил работник службы доставки. Сам факт этого вызывал у неё раздражение: неужели, будучи волшебником, стоило так заморачиваться ради утреннего кофе? В этом был весь Малфой. Впрочем, немного поразмыслив по этому поводу, Гермиона признала, что он делал это скорее ради экономии собственного времени, нежели ради выпендрежа. Кроме нее никого еще не было в отделе, а потому и выпендриватся ему было не перед кем.
Но эпизод с кофе заключался в другом. Она и узнала о кофейной доставке для Малфоя лишь из-за скандала, который разразился с утра пораньше. Из его кабинета вылетел сначала сам сотрудник доставки, а следом за ним и пластиковый стакан. Из громкого и презрительного выговора бедному парнишке Гермиона поняла, что Малфою принесли не тот заказ.
К шестому курсу Малфой прекратил искать повод оскорбить Гермиону. Но если судьба всё же сталкивала их лбами, то в ответ на «убийцу», «чистокровного ублюдка» и«Пожирателя» он парировал обидными«мугодье» и«поттеровская шлюха».
Гермиона не ненавидела Малфоя. Ей было больно и обидно на первых порах, но потом она поняла, что Малфоем движет зависть и желание вывести её друга Гарри Поттера из себя. Она не могла позволить такому ничтожеству, как Драко Малфой, лишний раз расстроить и без того хлебнувшего неприятностей Гарри.
Лишь в плену, когда Сивый притащил их в малфоевскую обитель, она впервые увидела в Драко просто подростка. Напуганного, но ещё не совсем испорченного. Он впервые в жизни не выдал их, не проявил себя чёртовым трусом, хотя, несомненно, узнал Гарри, да и её тоже.
После войны их пути надолго разошлись, и она с удовольствием не вспоминала о белобрысом аристократишке. Несмотря на ограниченное количество мест в Магической части Англии, где можно получить высшее образование, им всё же повезло учиться далеко друг от друга и в разное время.
Гермиона впервые столкнулась с Малфоем в коридоре Министерства в свой первый рабочий день. Немного растерявшись, она лишь кивнула в знак приветствия, а он с гаденькой улыбкой назвал её по фамилии. Позже она узнала, что, как и она сама, Малфой теперь работает в Министерстве и справляется, кстати, неплохо. Долгая эволюция прозвищ остановилась на обращении друг к другу по фамилии и около года оставалась нерушимой.
Когда их кабинеты разместили по соседству, их неприязнь перешла на новый уровень. Вспомнились школьные годы, но Гермиона теперь совсем не понимала его мотивов. Ведь больше не было Гарри, которого можно было бы выводить из себя, задевая её. Соблюдая субординацию и деловой этикет, они не могли открыто оскорблять друг друга. Но находчивый Малфой не растерялся.
Он раз за разом находил повод для «дружеских подколок» в её внешнем виде, прическе и манере одеваться. Дружескими эти подколы были лишь формально. По всей видимости, ему просто нравилось изводить Гермиону, несмотря на её должность и успехи в работе.
Самое обидное, что крыть в ответ Грейнджер могла лишь высмеивая его честолюбие, брезгливость и изнеженность, потому как внешний вид Малфоя был безупречен всегда. Порой она даже задумывалась над его шуточками, которые несомненно несли в себе толику правды для пущего воздействия. Но изменить в себе что-либо означало признать его правоту. Гермиона всегда гордилась своим умом и способностями, а потому никогда и не пыталась добиваться чего-либо при помощи внешних данных. Со временем она привыкла к ежедневной потребности Малфоя унижать её достоинство. Она всячески пыталась не реагировать на его выпады, постепенно всё реже используя привычное «не твоего ума дело, напыщенный сноб». Позже её ответы сократились до короткого «пошел нахер, Малфой», при условии, что рядом не было никого из их коллег и подчинённых.
Именно поэтому, услышав комплимент по поводу новой прически, Гермиона опешила. Она считала, что лелеющий традиции Малфой должен считать приемлемыми исключительно длинные волосы у волшебниц: ведь в древности считалось, что именно волосы несут часть магической силы. Даже Рон, который воспитывался гораздо фривольнее, не упускал возможности показать, насколько ему не нравится её новая стрижка.
Будучи свободной от отношений с Кевином, Гермиона снова стала приходить на работу раньше, а уходить под самый вечер. Её немало удивило, что свет в кабинете Малфоя горел уже до её прихода, а уходили по домам они практически одновременно.
Однажды из-за того, что она пришла на работу пораньше, Гермиона стала свидетелем странного «эпизода с кофе».
После расставания с Кевином Гермиона не могла больше пить свой латте без сахара в его кафе, а потому ей приходилось отстаивать длиннющую очередь в Старбакс.
Из-за этого Малфой и приходил раньше неё. Оказалось, что ему кофе приносил работник службы доставки. Сам факт этого вызывал у неё раздражение: неужели, будучи волшебником, стоило так заморачиваться ради утреннего кофе? В этом был весь Малфой. Впрочем, немного поразмыслив по этому поводу, Гермиона признала, что он делал это скорее ради экономии собственного времени, нежели ради выпендрежа. Кроме нее никого еще не было в отделе, а потому и выпендриватся ему было не перед кем.
Но эпизод с кофе заключался в другом. Она и узнала о кофейной доставке для Малфоя лишь из-за скандала, который разразился с утра пораньше. Из его кабинета вылетел сначала сам сотрудник доставки, а следом за ним и пластиковый стакан. Из громкого и презрительного выговора бедному парнишке Гермиона поняла, что Малфою принесли не тот заказ.
Страница 5 из 9
