А может ли ненависть стать любовью?
Добавить в моё избранное
10 мин, 37 сек 16104
— Хей, а ты случайно не это ищешь, нет? Так кто же я? «дурак», идиот«,» типа-такой-весь-из-себя-веселый«, Да, Тим? Ты так обо мне думаешь? — его голос дрожал все больше и больше. Маски понял, что что-то будет, и явно совсем не очень хорошее.»
—А ты… И… И ты даже представить себе не можешь, что это значит — казаться веселым, когда тебе грустно настолько, что хочется забиться в угол и рыдать, рыдать, рыдать. Я просто пытаюсь показать своими поступками, что вовсе не думаю о прошлом, хотя я постоянно делаю это… — он громко всхлипнул, бросился к Тиму, крепко обнял его, и уткнувшись в его куртку горько зарыдал. Наркоман впал в ступор. Он не знал что надо делать в таких ситуациях, и хотел было уже оттолкнуть плачущего Тоби, но что-то внутри него прошептало: «Обними его… Голос был настолько нежным, что Тим поступил так, как он сказал, и легонько приобнял рыдающего, и стал осторожно, словно маленького котенка, гладить того по спине. Но тот все не успокаивался, и продолжал лить слезы.»
«Интересно, а если я его легонько поцелую, то он перестанет плакать?» — пронеслось у наркомана в голове, и он аккуратно чмокнул мальчишку в лоб.
Когда-то давно, Тим читал где — то, что для того, чтобы влюбиться человеку достаточна лишь доля секунды, но тогда он подумал, что это полный бред. А сегодня он понял, что это, хоть более-менее, но правда. Его удивляло лишь то, что человек бесивший его еще недавно, понравился ему больше, чем кто-либо другой.
Как только Тим коснулся лба Тоби своими губами, тот замолчал и сделал то, чего Маски никак не мог ожидать: Роджерс впился в губы наркомана страстным поцелуем, отчего у того похолодели пальцы на руках и ногах, а колени предательски задрожали. Но все же Тим принялся осторожно, будто боясь напугать парня своими действиями, расстегивать пуговицы на его толстовке, а тот уже расстегнув молнию на куртке мужчины, уверенно снимал ее.
Освободившись наконец от всей верхней одежды, Тим легонько подтолкнул Тоби к кровати, и мальчишка послушно лег на нее. Наркоман остановился, разглядывая тело, уже теперь его лучшего друга, или правильнее сказать любимого: бледная кожа на которой хорошо видны белые полоски шрамов, небольшие царапины, и едва заметные синяки.
«Да он о себе совсем не заботится, если конечно судить по этим отметинам!» — подумал Маски, навис над Тоби, и проведя рукой по его ребрам, будто пересчитывая их, шепотом спросил парня:
— Ты точно этого хочешь?
Ответом стал еще один долгий поцелуй…
28 декабря
Мой дорогой дневник! Я конечно очень давно не делал записи, но я собираюсь возобновить эту привычку. Да, можно, конечно сказать, что я очень-очень сильно обленился, и конечно это будет правдой, но не совсем. Просто я был слишком занят, для того чтобы писать.
За окном идет снег, а весь дом украшен всевозможными фонариками, лентами, веточками омелы и гирляндами. И пусть до Нового года еще три дня, но настроение у всех праздничное.
У меня все хорошо, я сижу в своей комнате и пишу весь этот бред… Мой милый Тикки-Тоби сейчас спит на моей кровати. Он уснул там несколько часов назад. И я не буду его будить, мало ли, вдруг ему снится что — то очень хорошее?)
28 декабря 02: 15
P. S.
А вот брать чужие вещи или читать личные записи ой как не хорошо. Да, про тебя я все знаю.
Тим повернулся, и улыбаясь стал смотреть на мирно спящего Тоби. И что же ему снится?
А парню снился завтрашний день. Во сне он видел, как все обитатели дома играют в снежки на улице, и даже вечно серьезный Слендер принимает в этом участие; и как Джефф, сильно ругаясь, пытается догнать Смайла, который унес у него шапку; и как Клокворк и Джейн строят снежный замок, что-то весело обсуждая… Ему снилась его настоящая семья.
—А ты… И… И ты даже представить себе не можешь, что это значит — казаться веселым, когда тебе грустно настолько, что хочется забиться в угол и рыдать, рыдать, рыдать. Я просто пытаюсь показать своими поступками, что вовсе не думаю о прошлом, хотя я постоянно делаю это… — он громко всхлипнул, бросился к Тиму, крепко обнял его, и уткнувшись в его куртку горько зарыдал. Наркоман впал в ступор. Он не знал что надо делать в таких ситуациях, и хотел было уже оттолкнуть плачущего Тоби, но что-то внутри него прошептало: «Обними его… Голос был настолько нежным, что Тим поступил так, как он сказал, и легонько приобнял рыдающего, и стал осторожно, словно маленького котенка, гладить того по спине. Но тот все не успокаивался, и продолжал лить слезы.»
«Интересно, а если я его легонько поцелую, то он перестанет плакать?» — пронеслось у наркомана в голове, и он аккуратно чмокнул мальчишку в лоб.
Когда-то давно, Тим читал где — то, что для того, чтобы влюбиться человеку достаточна лишь доля секунды, но тогда он подумал, что это полный бред. А сегодня он понял, что это, хоть более-менее, но правда. Его удивляло лишь то, что человек бесивший его еще недавно, понравился ему больше, чем кто-либо другой.
Как только Тим коснулся лба Тоби своими губами, тот замолчал и сделал то, чего Маски никак не мог ожидать: Роджерс впился в губы наркомана страстным поцелуем, отчего у того похолодели пальцы на руках и ногах, а колени предательски задрожали. Но все же Тим принялся осторожно, будто боясь напугать парня своими действиями, расстегивать пуговицы на его толстовке, а тот уже расстегнув молнию на куртке мужчины, уверенно снимал ее.
Освободившись наконец от всей верхней одежды, Тим легонько подтолкнул Тоби к кровати, и мальчишка послушно лег на нее. Наркоман остановился, разглядывая тело, уже теперь его лучшего друга, или правильнее сказать любимого: бледная кожа на которой хорошо видны белые полоски шрамов, небольшие царапины, и едва заметные синяки.
«Да он о себе совсем не заботится, если конечно судить по этим отметинам!» — подумал Маски, навис над Тоби, и проведя рукой по его ребрам, будто пересчитывая их, шепотом спросил парня:
— Ты точно этого хочешь?
Ответом стал еще один долгий поцелуй…
28 декабря
Мой дорогой дневник! Я конечно очень давно не делал записи, но я собираюсь возобновить эту привычку. Да, можно, конечно сказать, что я очень-очень сильно обленился, и конечно это будет правдой, но не совсем. Просто я был слишком занят, для того чтобы писать.
За окном идет снег, а весь дом украшен всевозможными фонариками, лентами, веточками омелы и гирляндами. И пусть до Нового года еще три дня, но настроение у всех праздничное.
У меня все хорошо, я сижу в своей комнате и пишу весь этот бред… Мой милый Тикки-Тоби сейчас спит на моей кровати. Он уснул там несколько часов назад. И я не буду его будить, мало ли, вдруг ему снится что — то очень хорошее?)
28 декабря 02: 15
P. S.
А вот брать чужие вещи или читать личные записи ой как не хорошо. Да, про тебя я все знаю.
Тим повернулся, и улыбаясь стал смотреть на мирно спящего Тоби. И что же ему снится?
А парню снился завтрашний день. Во сне он видел, как все обитатели дома играют в снежки на улице, и даже вечно серьезный Слендер принимает в этом участие; и как Джефф, сильно ругаясь, пытается догнать Смайла, который унес у него шапку; и как Клокворк и Джейн строят снежный замок, что-то весело обсуждая… Ему снилась его настоящая семья.
Страница 3 из 3
