Фандом: Гарри Поттер. Гриффиндорцы заорали, отбивая ладони овацией, и Рей перевёл взгляд на сцену — Дамблдор пожимал руку Джеймсу Поттеру.
Добавить в моё избранное
20 мин, 0 сек 13594
Пробуждение было мучительным. Болело всё и ничего. Он застонал, и тут же услышал голос отца:
— Всё хорошо, Реймонд. У тебя всё получилось. А теперь отдыхай.
Кейден ещё что-то говорил, что Рей уже снова отключился — на этот раз уснул.
Он ещё несколько раз просыпался, но лишь на четвёртый был в достаточно адекватном состоянии, чтобы узнать, как всё прошло. И с облегчением услышал, что никаких проблем не возникло.
— Значит, теперь я могу…
— Совать голову в пасть мантикоре? — усмехнулся Кейден. — Можешь. Хотя я бы предпочёл, чтобы ты делал это пореже. Да и от внука не отказался бы.
Рей пропустил вторую часть и обрадованно встрепенулся:
— Я себя нормально чувствую, мне же можно вставать?
— Да, вполне, — Кейден встал и улыбнулся, — продолжим разговор в столовой.
После ухода отца Реймонд поспешил одеться… Слабость накатила внезапно. Осев на кровать, он испуганно прислушался к себе, но всё снова было в полном порядке. Утратив большую часть уверенность в благополучном исходе дела, Рей осторожно пошёл в столовую.
— Сын? — завидев его, отец привстал со своего места, но Рей успокоительно махнул рукой, и он понимающе хмыкнул. — Слабость, да? Это нормально, за неделю-две пройдёт.
Облегчение было почти физическим.
Реймонд с аппетитом наворачивал наваристый суп, когда медленный и неспешный свободный ход мыслей был нарушен догадкой:
— Откуда ты знаешь? — выпалил он вопрос, от волнения уронив ложку.
— Что знаю?
— Когда слабость пройдёт?!
— Сын… — снисходительно протянул Кейден и рассмеялся. — Сам-то как думаешь?
— Но если у тебя есть крестраж… — Рей смутился и растерялся.
— Был крестраж, — исправил Кейден. — Ты что же, думаешь, я стал бы заставлять тебя делать что-то подобное, если бы мог всё устроить сам? Но больше одного крестража не зря не рекомендуют изготавливать, и рисковать дураков нет.
— А что случилось?
— Убили меня, Реймонд, — вдруг разозлился Кейден. — Так что не забывай, что крестраж — страховочная сеть, а не панацея от смерти. И с женитьбой не тяни, а то наследие Мальсиберов достанется сквибу или сорок второй кузине.
Как и предсказывал отец, слабость прошла к концу недели, а других неприятных последствий у ритуала вроде как не было.
Рей много думал за дни вынужденного заточения, от скуки пытался вычислить волшебников, что тоже обзавелись крестражами, а заодно и тех, кто свой крестраж уже использовал, но получалось не очень хорошо. Всё же вопрос был очень личным, даже интимным, маги скрывали подобное.
Свой собственный крестраж Реймонд никак не мог отнести в Гринготтс. За время подготовки ритуала он настолько привык к перманентному присутствию красивого амулета, который выбрал в качестве вместилища части своей души, что даже не замечал, что непроизвольно ищет его. Было что-то невероятно притягательное в том, чтобы сжать амулет в пальцах, очертить драгоценные камни, погладить тёплый металл оправы. Казалось противоестественным расстаться со столь родной вещью.
Он наконец-то смог на общих основаниях участвовать в рейдах. Помня, что крестраж — не панацея от смерти, Рей старался не рисковать слишком сильно, но время шло, отцовские слова стирались из памяти, а чувство неуязвимости опьяняло.
Несколько раз его легко ранили, но вместо того, чтобы одуматься и стать осторожнее, Реймонд с юношеской бесшабашностью продолжил лезть в пекло. Отрезвление наступило неожиданно и было настолько неприятным, что даже не сразу осозналось.
С выпуска из Хогвартса уже прошёл целый год, о чём Рей вспомнил только после того, как Розье предложил устроить шумную встречу новоявленным выпускникам — Регулусу и Барти. Идею поддержали, и тем же вечером устроили сначала мирные посиделки в поместье Эвана, а потом переместились в Лондон. Где в чью-то хмельную голову и пришла гениальная идея подразнить авроров.
Адрес одного из магглорождённых гриффиндорцев откуда-то знал Эйвери; по-настоящему вредить они не собирались, так, слегка припугнуть, чтобы даже мысли вступать в проклятый дамблдоровский Орден не возникло. Но что-то пошло не так.
О ловушке они не думали до тех самых пор, пока она не сомкнулась. Давление антиаппарационного купола почувствовали одновременно все и, переглянувшись, единодушно решили принять бой. Будь они трезвыми, это вряд ли бы произошло, в конце концов установка купола требовала серьёзных усилий, а значит, не была импровизацией — их ждали, но здравые мысли не успели пробиться сквозь хмель.
Бой завязался нешуточный. Рей почти сразу потерял из виду друзей, сосредоточившись на противнике. Лицо было смутно знакомым, но кто его атакует, вспомнить не удавалось. Он не был сильнее магически, Реймонд с лёгкость принимал на щит все его заклинания, но победить не мог — противник был опытнее.
— Всё хорошо, Реймонд. У тебя всё получилось. А теперь отдыхай.
Кейден ещё что-то говорил, что Рей уже снова отключился — на этот раз уснул.
Он ещё несколько раз просыпался, но лишь на четвёртый был в достаточно адекватном состоянии, чтобы узнать, как всё прошло. И с облегчением услышал, что никаких проблем не возникло.
— Значит, теперь я могу…
— Совать голову в пасть мантикоре? — усмехнулся Кейден. — Можешь. Хотя я бы предпочёл, чтобы ты делал это пореже. Да и от внука не отказался бы.
Рей пропустил вторую часть и обрадованно встрепенулся:
— Я себя нормально чувствую, мне же можно вставать?
— Да, вполне, — Кейден встал и улыбнулся, — продолжим разговор в столовой.
После ухода отца Реймонд поспешил одеться… Слабость накатила внезапно. Осев на кровать, он испуганно прислушался к себе, но всё снова было в полном порядке. Утратив большую часть уверенность в благополучном исходе дела, Рей осторожно пошёл в столовую.
— Сын? — завидев его, отец привстал со своего места, но Рей успокоительно махнул рукой, и он понимающе хмыкнул. — Слабость, да? Это нормально, за неделю-две пройдёт.
Облегчение было почти физическим.
Реймонд с аппетитом наворачивал наваристый суп, когда медленный и неспешный свободный ход мыслей был нарушен догадкой:
— Откуда ты знаешь? — выпалил он вопрос, от волнения уронив ложку.
— Что знаю?
— Когда слабость пройдёт?!
— Сын… — снисходительно протянул Кейден и рассмеялся. — Сам-то как думаешь?
— Но если у тебя есть крестраж… — Рей смутился и растерялся.
— Был крестраж, — исправил Кейден. — Ты что же, думаешь, я стал бы заставлять тебя делать что-то подобное, если бы мог всё устроить сам? Но больше одного крестража не зря не рекомендуют изготавливать, и рисковать дураков нет.
— А что случилось?
— Убили меня, Реймонд, — вдруг разозлился Кейден. — Так что не забывай, что крестраж — страховочная сеть, а не панацея от смерти. И с женитьбой не тяни, а то наследие Мальсиберов достанется сквибу или сорок второй кузине.
Как и предсказывал отец, слабость прошла к концу недели, а других неприятных последствий у ритуала вроде как не было.
Рей много думал за дни вынужденного заточения, от скуки пытался вычислить волшебников, что тоже обзавелись крестражами, а заодно и тех, кто свой крестраж уже использовал, но получалось не очень хорошо. Всё же вопрос был очень личным, даже интимным, маги скрывали подобное.
Свой собственный крестраж Реймонд никак не мог отнести в Гринготтс. За время подготовки ритуала он настолько привык к перманентному присутствию красивого амулета, который выбрал в качестве вместилища части своей души, что даже не замечал, что непроизвольно ищет его. Было что-то невероятно притягательное в том, чтобы сжать амулет в пальцах, очертить драгоценные камни, погладить тёплый металл оправы. Казалось противоестественным расстаться со столь родной вещью.
Он наконец-то смог на общих основаниях участвовать в рейдах. Помня, что крестраж — не панацея от смерти, Рей старался не рисковать слишком сильно, но время шло, отцовские слова стирались из памяти, а чувство неуязвимости опьяняло.
Несколько раз его легко ранили, но вместо того, чтобы одуматься и стать осторожнее, Реймонд с юношеской бесшабашностью продолжил лезть в пекло. Отрезвление наступило неожиданно и было настолько неприятным, что даже не сразу осозналось.
С выпуска из Хогвартса уже прошёл целый год, о чём Рей вспомнил только после того, как Розье предложил устроить шумную встречу новоявленным выпускникам — Регулусу и Барти. Идею поддержали, и тем же вечером устроили сначала мирные посиделки в поместье Эвана, а потом переместились в Лондон. Где в чью-то хмельную голову и пришла гениальная идея подразнить авроров.
Адрес одного из магглорождённых гриффиндорцев откуда-то знал Эйвери; по-настоящему вредить они не собирались, так, слегка припугнуть, чтобы даже мысли вступать в проклятый дамблдоровский Орден не возникло. Но что-то пошло не так.
О ловушке они не думали до тех самых пор, пока она не сомкнулась. Давление антиаппарационного купола почувствовали одновременно все и, переглянувшись, единодушно решили принять бой. Будь они трезвыми, это вряд ли бы произошло, в конце концов установка купола требовала серьёзных усилий, а значит, не была импровизацией — их ждали, но здравые мысли не успели пробиться сквозь хмель.
Бой завязался нешуточный. Рей почти сразу потерял из виду друзей, сосредоточившись на противнике. Лицо было смутно знакомым, но кто его атакует, вспомнить не удавалось. Он не был сильнее магически, Реймонд с лёгкость принимал на щит все его заклинания, но победить не мог — противник был опытнее.
Страница 4 из 6
