Когда-нибудь мы все осознаем, как жить, как умереть. Как ненавидеть, и любить. Как спасать, и убивать. Когда-нибудь, мы поймем, как это. Все мы через это пройдем. Кто-то раньше, кто-то позже. Но абсолютно все. До единого.
Добавить в моё избранное
125 мин, 44 сек 12996
Мне было больно смотреть на них. Я приподнялся на локтях. Моя маска… она упала. Я поднял ее и надел на себя. Кейт посмотрела на меня.
— Ну что, нарик? Выспался? — усмехнулась та.
Я ничего не ответил. У меня жутко болит голова. Каждое ее слово очень сильно било по мозгам. Я встал с дивана, но это было моей худшей ошибкой. Голова закружилась, в глазах потемнело. Я быстро сел обратно на диван, подперев голову руками. Кейт встала и пошла куда-то. Спустя какое-то время она принесла мне таблетку и воду. Я кивнул, в знак благодарности и выпил таблетку от головной боли. Я встал и пошел на улицу. Стал, закурил… задумался о жизни. Сколько она стоит? Нисколько. Разве если бы она была так дорога, то ее бы давали бесплатно? Рассеивали бы так щедро по всей земле? Там, где должен был родится один — родились семеро. И смысл тогда вообще жить? Родится, прожить немного, и умереть. Потом вновь родиться. Вновь прожить. И вновь умереть. Я уже много раз был одной ногой на том свете. Там так хорошо. Ты ничего не чувствуешь, не знаешь себя и своего прошлого. Даже не помнишь своего имени. И ты летишь, летишь куда-то. И тебе так легко. Но тут тебя вытаскивают в этот мир. И тебе становится очень больно, ты задыхаешься. Вспоминаешь все свое прошлое. И тебе так хочется вернуться туда. Но уже нельзя. Никак нельзя. Тебе остается лишь страдать в этом мире, пока не сдохнешь от этой же боли.
POV Слендермен.
Что за чертовщина? Вновь они приезжают… нет, против матери я ничего не имею. Но отец… мы всегда ссоримся с ним, стоит только лишь ему перешагнуть порог нашего дома. Что с ним постоянно? Неужели он увидел во мне соперника? Поверить не могу… с самого детства он докапывался до меня. Поэтому я так ненавижу, когда они приезжают. Я бы с радостью виделся лишь с матерью, но она не хочет быть без Кабадатха. Любит она его, больше чем что-либо. Но все-таки, больше чем отца, она любит меня и моих братьев. Мать очень добрая, даже для безликой. За это мы ее и уважаем. А весь цирк этот я развел из-за того, что очень не хочу вновь ссориться с отцом. Да и не только я переживаю, когда это происходит. Родители не посещали мой дом уже как 45 лет. И не хочется, чтобы наши жители как-то опозорили меня и нашу семью. Да и очень худо будет, если припрется еще и Слендервумен. Снова начнется этот разговор о том, что Слендер идеально подходит мне в качестве… жены. И, мол, мне уже не 600 лет, и пора бы задуматься о семье. Нет, ну с какой-то стороны они и правы. Но я — это не они. Я не хочу жениться. Пусть, вон, Оффендер жениться! Хотя не, бред какой-то… ну, подождут, пока Сплендор подрастет и найдет себе невесту.
Внезапно, раздался звонок в дверь. Я удивился: неужели, кто-то пожаловал? Спустившись на первый этаж, я был крайне поражен: на пороге стояли Кабадатх и Августина, а их принимал Бен! Очень хорошо, план уже провален. Да чтоб я сдох, зачем вообще устроил это общежитие?!
— Ну привет, — недовольно сказал отец, завидев меня. Я нервно сглотнул.
— Приветствую вас, — обратился я к родителям.
На меня смотрели две очень важные персоны. Граф и графиня. Мать была в шикарном платье 18-х веков, а отец в мрачном костюме, с плащом и салфеткой на шее. У матери была прекрасная прическа: все было очень сложно закручено, заколото и завязано. В ее волосах блестела белая заколка в виде двух роз. Волосы ее были светлые, что сильно отличало ее от всех безликих женщин. Ее считали и до сих пор считают первой красавицей Ада и 14 измерения, где живут мои родители. Кабадатх же, славился своей строгостью, гордыней и твердостью. Также жестокостью и четким соблюдением всех правил и законов КА (Кодекса Ада). Его все боялись, и до сих пор бояться. Просто лишь от одной мысли о моем отце, они вздрагивали. А люди так вообще. Даже объяснить невозможно. Они даже говорят, что Кабадатх — новый Сатана, или что-то типа этого. Король Ада. Но нет же, он Темный граф. Но это тоже высокая должность. Многие завидуют ему, но это его никак не колеблет.
POV Автор
— Здравствуй, сынок, — мягким и сладким голосом промолвила Августина, улыбаясь.
— Что это за гном? — грубо спросил Кабадатх, чуть прокашлявшись. Он смотрел на Бена, который в свою очередь закатил глаза.
— Это не гном, отец. Это Бен Питерс, он же Бен Утопленник. Временно обитает у меня в особняке, — вежливо сказал Слендермен, стараясь быть спокойным. Он дал Бену знак валить куда по-дальше, — Присядем?
Безликие присели на просторный диван. На ощупь был довольно приятный, бархатный такой. Мрачного бордового цвета. Семья сидела, то и дело косясь друг на друга, и гадая, кто же первым прервет это неловкое молчание. Все же, Августина решилась на столь серьезный поступок:
— Сыночек, как у вас там обстоят дела со Слендервумен?
— Я с ней не общаюсь на данный момент, — кратко ответил Тощий человек, вздохнув.
— Слендер, я хочу тебе напомнить, что… — начала Августина, приняв важную позу.
— Ну что, нарик? Выспался? — усмехнулась та.
Я ничего не ответил. У меня жутко болит голова. Каждое ее слово очень сильно било по мозгам. Я встал с дивана, но это было моей худшей ошибкой. Голова закружилась, в глазах потемнело. Я быстро сел обратно на диван, подперев голову руками. Кейт встала и пошла куда-то. Спустя какое-то время она принесла мне таблетку и воду. Я кивнул, в знак благодарности и выпил таблетку от головной боли. Я встал и пошел на улицу. Стал, закурил… задумался о жизни. Сколько она стоит? Нисколько. Разве если бы она была так дорога, то ее бы давали бесплатно? Рассеивали бы так щедро по всей земле? Там, где должен был родится один — родились семеро. И смысл тогда вообще жить? Родится, прожить немного, и умереть. Потом вновь родиться. Вновь прожить. И вновь умереть. Я уже много раз был одной ногой на том свете. Там так хорошо. Ты ничего не чувствуешь, не знаешь себя и своего прошлого. Даже не помнишь своего имени. И ты летишь, летишь куда-то. И тебе так легко. Но тут тебя вытаскивают в этот мир. И тебе становится очень больно, ты задыхаешься. Вспоминаешь все свое прошлое. И тебе так хочется вернуться туда. Но уже нельзя. Никак нельзя. Тебе остается лишь страдать в этом мире, пока не сдохнешь от этой же боли.
POV Слендермен.
Что за чертовщина? Вновь они приезжают… нет, против матери я ничего не имею. Но отец… мы всегда ссоримся с ним, стоит только лишь ему перешагнуть порог нашего дома. Что с ним постоянно? Неужели он увидел во мне соперника? Поверить не могу… с самого детства он докапывался до меня. Поэтому я так ненавижу, когда они приезжают. Я бы с радостью виделся лишь с матерью, но она не хочет быть без Кабадатха. Любит она его, больше чем что-либо. Но все-таки, больше чем отца, она любит меня и моих братьев. Мать очень добрая, даже для безликой. За это мы ее и уважаем. А весь цирк этот я развел из-за того, что очень не хочу вновь ссориться с отцом. Да и не только я переживаю, когда это происходит. Родители не посещали мой дом уже как 45 лет. И не хочется, чтобы наши жители как-то опозорили меня и нашу семью. Да и очень худо будет, если припрется еще и Слендервумен. Снова начнется этот разговор о том, что Слендер идеально подходит мне в качестве… жены. И, мол, мне уже не 600 лет, и пора бы задуматься о семье. Нет, ну с какой-то стороны они и правы. Но я — это не они. Я не хочу жениться. Пусть, вон, Оффендер жениться! Хотя не, бред какой-то… ну, подождут, пока Сплендор подрастет и найдет себе невесту.
Внезапно, раздался звонок в дверь. Я удивился: неужели, кто-то пожаловал? Спустившись на первый этаж, я был крайне поражен: на пороге стояли Кабадатх и Августина, а их принимал Бен! Очень хорошо, план уже провален. Да чтоб я сдох, зачем вообще устроил это общежитие?!
— Ну привет, — недовольно сказал отец, завидев меня. Я нервно сглотнул.
— Приветствую вас, — обратился я к родителям.
На меня смотрели две очень важные персоны. Граф и графиня. Мать была в шикарном платье 18-х веков, а отец в мрачном костюме, с плащом и салфеткой на шее. У матери была прекрасная прическа: все было очень сложно закручено, заколото и завязано. В ее волосах блестела белая заколка в виде двух роз. Волосы ее были светлые, что сильно отличало ее от всех безликих женщин. Ее считали и до сих пор считают первой красавицей Ада и 14 измерения, где живут мои родители. Кабадатх же, славился своей строгостью, гордыней и твердостью. Также жестокостью и четким соблюдением всех правил и законов КА (Кодекса Ада). Его все боялись, и до сих пор бояться. Просто лишь от одной мысли о моем отце, они вздрагивали. А люди так вообще. Даже объяснить невозможно. Они даже говорят, что Кабадатх — новый Сатана, или что-то типа этого. Король Ада. Но нет же, он Темный граф. Но это тоже высокая должность. Многие завидуют ему, но это его никак не колеблет.
POV Автор
— Здравствуй, сынок, — мягким и сладким голосом промолвила Августина, улыбаясь.
— Что это за гном? — грубо спросил Кабадатх, чуть прокашлявшись. Он смотрел на Бена, который в свою очередь закатил глаза.
— Это не гном, отец. Это Бен Питерс, он же Бен Утопленник. Временно обитает у меня в особняке, — вежливо сказал Слендермен, стараясь быть спокойным. Он дал Бену знак валить куда по-дальше, — Присядем?
Безликие присели на просторный диван. На ощупь был довольно приятный, бархатный такой. Мрачного бордового цвета. Семья сидела, то и дело косясь друг на друга, и гадая, кто же первым прервет это неловкое молчание. Все же, Августина решилась на столь серьезный поступок:
— Сыночек, как у вас там обстоят дела со Слендервумен?
— Я с ней не общаюсь на данный момент, — кратко ответил Тощий человек, вздохнув.
— Слендер, я хочу тебе напомнить, что… — начала Августина, приняв важную позу.
Страница 3 из 33
