Фандом: Ориджиналы. Только ты подумаешь, что жизнь прекрасна, как её что-то да испортит… Закон подлости. А ещё и подруга в очередной раз замуж идти не хочет. И что делать в такой ситуации? Налаживать свою личную жизнь или подруги? А, может быть, взяться за всё сразу? Но, как говорится, за двумя зайцами погонишься, от обоих по морде получишь.
Добавить в моё избранное
182 мин, 3 сек 8746
На мой вопрос Аня ответить не могла. Её так трясло, что я по-настоящему испугался. Подхватив рыдающую девушку на руки, я поспешил в квартиру. Ещё любопытных соседей нам не хватало!
— Кир, кто там? — мама как раз выходила из душа, но увидев меня с подругой на руках, сначала обалдела, а увидев состояние Ани, побледнела и выронила из рук полотенце:
— Господи Боже, что с ней?!
— Если бы я знал. Мам, найди успокоительное и сделай ей чаю горячего с мятой.
Аня прижалась ко мне ещё сильнее, всхлипывая судорожно и кусая губы.
— Прости…
— За что, глупая? — покачал я головой, занося её в комнату и аккуратно укладывая на кровать. Девушка вцепилась в мою руку. В зелёных глазах плескался такой ужас, что мне снова стало не по себе. Да кто же с ней так? Что произошло, чёрт возьми?!
— Анют, что случилось? — мягко спросил её, присаживаясь рядом и сжимая пальцами её тонкую кисть.
— Он… узнал… и… а я… не смогла… и вот…, — всхлипывая попыталась объяснить подруга. — Монстр… ненавижу-у-у-у…
Аня зажмурилась, снова сорвавшись на плачь.
В комнату вошла мама. Поставила передо мной маленький столик, на него — чашка чая, таблетки, стакан воды и пиала с тёплой водой и бинты.
— Надо обработать ранки…, — она присела рядом с кроватью на корточки и погладила Аню по волосам. — Бедная девочка… что с тобой случилось?
— Мам… займись ею, пожалуйста. Мне нужно позвонить, — попросил я, вставая и незаметно вытягивая из кармана Аниной джинсовой юбочки мобильный.
Подруга была в таком состоянии, что ей просто не до этих мелочей. А мне казалось, что сейчас рядом ей нужен совершенно другой человек.
— Кир? — мама вопросительно поглядела на меня.
— Всё хорошо. Я сейчас.
Вышел и закрыл за собой дверь. Осознание происшедшего свалилось на меня только сейчас. На моём пороге ранним утром двадцать второго июня обнаружилась избитая подруга. Девушка, которая себя никогда никому в обиду не давала… Что ж такое творится-то?! У меня совсем не по-мужски задрожали руки… Кто смог поднять руку на хрупкую девушку?! Кто смог вселить неё такой животный и дикий страх, что она, кажется, даже не отбивалась?!
Так, надо взять себя в руки. Надо действовать, а не сопли на кулак наматывать.
Я быстро нашёл во входящих вызовах нужный и набрал номер.
Ждать долго не пришлось. Ответили почти сразу, будто ждали звонка.
— Доброе утро, Аня.
— Утро добрым не бывает, — хмуро сообщил я. — И это не Аня, уж прости.
На том конце провода воцарилась напряжённая тишина.
— Расслабься, Вань. Это Кирилл Алмазов — друг Анны.
— Наслышан, — сдержанно ответил тот. — Здравствуй.
— И тебе не хворать. Слушай, тут экстренная ситуация… Я думаю, ты сейчас очень нужен моей подруге.
— С Аней что-то случилось?!
Я вздохнул. Не по телефону же рассказывать ему обо всех ужасах сегодняшнего утра.
— Давай ты сам всё увидишь? Записывай адрес и приезжай.
— Почему я? — спросил он через несколько секунд молчания.
— А ты не догадываешься, а? — вопросом на вопрос ответил ему.
Он снова помолчал, будто обдумывая ситуацию.
— Диктуй. Записываю, — наконец, произнёс он, и я облегчённо выдохнул.
Оставалось надеяться, что за такую самодеятельность Аня не посадит меня на кол, когда придёт в себя. А, зная её характер, я не был уверен, что она так не поступит.
Аня.
Меня отпустило, и я уже не дрожала, как в лихорадке. Наташа смыла с разбитых губ запёкшуюся кровь и «Спасателем» смазала ранки и скулу.
— Не вздумай губы облизывать, вкус у этой мази не шоколадных конфет, — мягко улыбнулась женщина и погладила меня по щеке. Я ответила ей слабой улыбкой и благодарно прижалась к тёплой ладони щекой, прикрывая глаза.
— Спасибо.
— Девочка моя, что же произошло? — беспокойство в карих глазах вспыхнуло с новой силой. — Ты под машину попала или что?
— Скорее под горячую руку… отца, — выдавила я через силу.
— Что?! — она шокировано уставилась на меня. — Отец?! Он тебя избил?! За что?!
Я поморщилась от неприятных воспоминаний.
— И мне бы хотелось знать, — прозвучал за спиной голос Кира. — Рассказывай, Ань…
Друг сел на кровать у меня в ногах и внимательно посмотрел в глаза.
Я вздохнула и рассказала…
Мой отец ненавидел всё, что отличалось от его понятия «нормальное здоровое общество». Потому мою дружбу с Линой он не приветствовал, откуда-то разнюхав, что подруга влюблена в Викторию. Впрочем, у меня всегда было подозрение, что этот клинический идиот собирает на моих друзей досье. Если знать моего отца, то это выглядит весьма правдоподобно.
Впрочем, «не приветствовал», говоря о Лине — слишком мягко. Скандалов из-за этого было столько, что я сбилась со счёта.
— Кир, кто там? — мама как раз выходила из душа, но увидев меня с подругой на руках, сначала обалдела, а увидев состояние Ани, побледнела и выронила из рук полотенце:
— Господи Боже, что с ней?!
— Если бы я знал. Мам, найди успокоительное и сделай ей чаю горячего с мятой.
Аня прижалась ко мне ещё сильнее, всхлипывая судорожно и кусая губы.
— Прости…
— За что, глупая? — покачал я головой, занося её в комнату и аккуратно укладывая на кровать. Девушка вцепилась в мою руку. В зелёных глазах плескался такой ужас, что мне снова стало не по себе. Да кто же с ней так? Что произошло, чёрт возьми?!
— Анют, что случилось? — мягко спросил её, присаживаясь рядом и сжимая пальцами её тонкую кисть.
— Он… узнал… и… а я… не смогла… и вот…, — всхлипывая попыталась объяснить подруга. — Монстр… ненавижу-у-у-у…
Аня зажмурилась, снова сорвавшись на плачь.
В комнату вошла мама. Поставила передо мной маленький столик, на него — чашка чая, таблетки, стакан воды и пиала с тёплой водой и бинты.
— Надо обработать ранки…, — она присела рядом с кроватью на корточки и погладила Аню по волосам. — Бедная девочка… что с тобой случилось?
— Мам… займись ею, пожалуйста. Мне нужно позвонить, — попросил я, вставая и незаметно вытягивая из кармана Аниной джинсовой юбочки мобильный.
Подруга была в таком состоянии, что ей просто не до этих мелочей. А мне казалось, что сейчас рядом ей нужен совершенно другой человек.
— Кир? — мама вопросительно поглядела на меня.
— Всё хорошо. Я сейчас.
Вышел и закрыл за собой дверь. Осознание происшедшего свалилось на меня только сейчас. На моём пороге ранним утром двадцать второго июня обнаружилась избитая подруга. Девушка, которая себя никогда никому в обиду не давала… Что ж такое творится-то?! У меня совсем не по-мужски задрожали руки… Кто смог поднять руку на хрупкую девушку?! Кто смог вселить неё такой животный и дикий страх, что она, кажется, даже не отбивалась?!
Так, надо взять себя в руки. Надо действовать, а не сопли на кулак наматывать.
Я быстро нашёл во входящих вызовах нужный и набрал номер.
Ждать долго не пришлось. Ответили почти сразу, будто ждали звонка.
— Доброе утро, Аня.
— Утро добрым не бывает, — хмуро сообщил я. — И это не Аня, уж прости.
На том конце провода воцарилась напряжённая тишина.
— Расслабься, Вань. Это Кирилл Алмазов — друг Анны.
— Наслышан, — сдержанно ответил тот. — Здравствуй.
— И тебе не хворать. Слушай, тут экстренная ситуация… Я думаю, ты сейчас очень нужен моей подруге.
— С Аней что-то случилось?!
Я вздохнул. Не по телефону же рассказывать ему обо всех ужасах сегодняшнего утра.
— Давай ты сам всё увидишь? Записывай адрес и приезжай.
— Почему я? — спросил он через несколько секунд молчания.
— А ты не догадываешься, а? — вопросом на вопрос ответил ему.
Он снова помолчал, будто обдумывая ситуацию.
— Диктуй. Записываю, — наконец, произнёс он, и я облегчённо выдохнул.
Оставалось надеяться, что за такую самодеятельность Аня не посадит меня на кол, когда придёт в себя. А, зная её характер, я не был уверен, что она так не поступит.
Аня.
Меня отпустило, и я уже не дрожала, как в лихорадке. Наташа смыла с разбитых губ запёкшуюся кровь и «Спасателем» смазала ранки и скулу.
— Не вздумай губы облизывать, вкус у этой мази не шоколадных конфет, — мягко улыбнулась женщина и погладила меня по щеке. Я ответила ей слабой улыбкой и благодарно прижалась к тёплой ладони щекой, прикрывая глаза.
— Спасибо.
— Девочка моя, что же произошло? — беспокойство в карих глазах вспыхнуло с новой силой. — Ты под машину попала или что?
— Скорее под горячую руку… отца, — выдавила я через силу.
— Что?! — она шокировано уставилась на меня. — Отец?! Он тебя избил?! За что?!
Я поморщилась от неприятных воспоминаний.
— И мне бы хотелось знать, — прозвучал за спиной голос Кира. — Рассказывай, Ань…
Друг сел на кровать у меня в ногах и внимательно посмотрел в глаза.
Я вздохнула и рассказала…
Мой отец ненавидел всё, что отличалось от его понятия «нормальное здоровое общество». Потому мою дружбу с Линой он не приветствовал, откуда-то разнюхав, что подруга влюблена в Викторию. Впрочем, у меня всегда было подозрение, что этот клинический идиот собирает на моих друзей досье. Если знать моего отца, то это выглядит весьма правдоподобно.
Впрочем, «не приветствовал», говоря о Лине — слишком мягко. Скандалов из-за этого было столько, что я сбилась со счёта.
Страница 19 из 50
