Плыть по течению 2: видеть — значит верить

Не важно, что ты не можешь видеть — ты уже множество раз подтвердил свою компетентность. Ты даже сражался с Волдемортом во время нападения на Хогвартс! То, что случилось под Рождество, случится снова, но следующий раз будет много хуже — нам всем это известно. Я думаю, что в грядущей битве придется участвовать и студентам, и я хочу быть готовой. Я помогу тебе. Ты будешь учить Блейз, меня и, может быть, Рона. Нам это нужно, Гарри, и что еще более важно — Волдеморт не ожидает ничего подобного. Теперь, когда ты слеп, ты можешь еще больше помочь нам, неужели ты не видишь?

— Нет, в последнее время у меня небольшие проблемы со зрением, — ядовито парировал тот. — Гермиона, с меня хватит забот! Не делай мое положение еще тяжелее! — впервые с летних событий Гарри позволил себе так рассердиться.

— По крайней мере, подумай об этом, Гарри Поттер, — обронила Блейз. — Можешь прислать ответ с совой, но только рано утром. Если ты ничего не ответишь к следующим выходным, я пойму, что ты мне отказал. Но, по крайней мере, подумай об этом. Пожалуйста.

Гарри безмолвствовал, кусая щеку изнутри. Он не мог принять решение прямо сейчас, но отказать Блейз тоже не мог, особенно после того, на какой риск она пошла, заменив профессора Снейпа.

— Хорошо, я подумаю, — неохотно буркнул он.

Слизеринка прошествовала к выходу, но уже в дверях обернулась.

— Хогвартс больше не безопасен, Поттер. Главная цель — ты, но кроме тебя есть и другие. Я не смогу предупредить всех, как профессора Снейпа. Так что подумай хорошенько, — мрачно заявила она и ушла.

Глава 5

После разговора с Блейз прошла почти неделя, а Гарри так и не принял решение. Когда он рассказал Сириусу о том, чего просит слизеринка, тот радостно похлопал его по плечу, воодушевленно заявил: «Так вперед!» и умчался по своим таинственным делам.

Но прежде он намекнул крестнику, что все профессора, входящие в Орден, ничуть не против идеи Блейз — так велико было его желание, чтобы Гарри занялся обучением студентов.

Но мальчик все равно сомневался.

«Что я знаю такого, чего не знает Рем? — удрученно размышлял он. — Он чертов профессор по Защите, вот пусть и отрабатывает зарплату!» Но говорить об этом с Люпином Гарри не решался, боясь не найти подходящих слов, в которые можно было облечь подобную просьбу.

Легко постукивая тростью, он возвращался с занятий, во время которых вовсе не готовился к СОВам, а снова и снова обдумывал последние события. «Что если Блейз погибнет, не зная о Волдеморте чего-то, что знаю я? — спорил Гарри сам с собой. — Получится хуже, чем с Седриком. В тот раз я, по крайней мере, не знал, что это ловушка». И снова его останавливали сомнения — точно так же, как когда Гарри едва-едва начал учиться обходиться без зрения, когда ему предстояло выйти из безопасности собственной комнаты в огромный, полный неизвестности замок.

«Наверное, в этом-то все дело, в страхе перед неизвестностью, — размышлял юноша. — Стоит сделать первый шаг и страх исчезнет… но что будет, если эти игры с огнем начну я, а пострадает кто-то другой?».

Надо поговорить с Дамблдором или со Снейпом. В этой ситуации они лучшие советчики, чем Гаррин взбалмошный крестный. И мальчик решил спросить первого же из них, кто ему попадется.

— Сюда, Гарри! — окликнула его Гермиона, помогая определиться, где сидят они с Роном. Гарри сложил трость и уселся рядом. Уже почти настало время обеда и студенческий гул становился все громче и громче.

— Привет, Гермиона. Рон здесь?

— Я рядом с тобой, — хихикнул тот и положил руку Гарри на плечо.

— Да уж, я должен был догадаться по запаху квиддичной тренировки, — удрученно усмехнулся тот.

— Ты прекрасно знаешь, что должен тренироваться вместе с нами, — укорил его Рон, все еще опечаленный решением друга больше не тратить время на квиддич.

— Рон, мы уже говорили об этом. Я сыграл тогда только чтобы доказать, что даже слепой, я все равно способен поймать снитч, а вовсе не для того, чтобы покрасоваться. И потом, из Джинни выйдет отличный Ловец, — терпеливо, в сотый раз объяснил Гарри.

— Но следующая игра со Слизерином!

— Рон! Умолкни уже наконец! — раздраженно одернула его Гермиона. Раздался звон, объявляющий, что обед подан, и профессора начали занимать свои места.

Блейз сидела между Пэнси и Гойлом, терпеливо снося их болтовню. Точнее, болтовню Пэнси и невнятное мычание Гойла. С неестественно прямой спиной, с угрюмым лицом и пылающей в глазах яростью, которая изо дня в день побуждала ее продолжать жить, Блейз мало говорила и еще меньше ела, ожидая нужного момента. От предвкушения того, что должно было вскоре произойти, всех слизеринцев переполняло возбуждение. Блейз встретилась глазами с Драко и они ухмыльнулись друг другу — позже подобный знак расположения обязательно породит массу слухов об их обоюдной неприязни или откровенной симпатии.