Плыть по течению 2: видеть — значит верить

Подземелья пустовали — Дамблдор уехал в Министерство, кроме него Зелья вести было некому и свободные от занятий студенты собрались во дворе, с Хагридом, который только-только вернулся с какого-то немыслимого задания.

Только когда девушки и Драко зашли в пустой класс Зелий, раздалось едва слышное «мяу» — сигнал Сомбре.

— Знаешь, Пэнси, тебе и в самом деле не следовало идти на службу к Волдеморту, — протянул Драко. Та резко повернулась, оскалившись.

— Не смей пачкать его имя, поганый предатель! — воскликнула она, забывшись. Блейз деланно рыкнула:

— Ты идиотка, Паркинсон! — но про себя порадовалась, как глупо та попалась.

Драко мгновенно выбросил вперед руку и ему в ладонь скользнула палочка — еще один трюк, которому их научил Гарри — и прежде, чем Пэнси успела опомниться, оглушил обеих девушек.

С тихим хлопком Снейп обернулся человеком, схватил пергамент, перо и быстро что-то написал.

— Читай, быстро! — велел он Драко, сунув записку ему в руки. Слегка ошеломленный юноша прочел: «Штаб-квартира Ордена феникса находится по адресу: Лондон, ул. Мракэнтлен, дом 12». Стоило ему дочитать, бумага тут же обратилась в пепел, а тот просыпался сквозь пальцы.

— Только хранитель секрета может сообщить, где находится место, куда мы направляемся. Держи меня за руку, — приказал Северус и потянул Драко в кабинет, через камин, к своей аппарационной точке, и оттуда аппарировал в Лондон. Только оказавшись там, юноша пришел в себя достаточно, чтобы спросить:

— Вы — хранитель секрета Ордена?!

— Мертвецы не болтают, — сухо заметил Северус и позвонил в дверь, чтобы Сириус впустил их.

Дамблдор вернулся в Хогвартс вместе с Биллом и Чарли Уизли, которые сразу же по приезде позаботились о плененных инквизиторах, на деле оказавшихся беглыми заключенными и еще не пойманными Пожирателями смерти. Студенты так никогда и не узнали, что с ними произошло потом и где они оказались. В Азкабане? Возможно. Многочисленные догадки так и остались догадками. Оставшиеся инквизиторы были немедленно отозваны приказом Министра. Хогвартс освободился ото всех постов, профессора перестали сопровождать студентов с урока на урок, и все облегченно вздохнули.

— Так здорово снова ходить везде, где заблагорассудится, — провозгласил Рон, расплывшись в улыбке. Он все еще получал поздравления ото всех, кто знал, что на самом деле случилось с инквизиторами. Конечно же, знали немногие — только Учебная группа, но все же именно они превосходили всех остальных по боевой подготовке и Рон был страшно доволен. Гермиона тоже счастливо улыбалась.

— Точно! Теперь мне не нужно ждать отбоя, чтобы спокойно пойти в библиотеку. Готовиться к СОВам станет намного проще.

— Да ты уже выучила все вдоль и поперек, Гермиона! — заметил Гарри, краем уха слушая ее щебет.

— Повторение — мать учения, — назидательно провозгласила та и Рон не смог сдержать смешок. Девушка фыркнула.

— Смейтесь-смейтесь. Сами же мне спасибо скажете, когда получите свои СОВы!

— Я в любом случае тебе спасибо скажу, — подлизался Рон и подмигнул.

— Ну, все-таки, здорово, что снова все в порядке, — слегка покраснев, заметила девушка. Рон улыбнулся, а Гарри нахмурился.

— На самом деле, не совсем. Мы так и не знаем, где Драко. Он, конечно, в безопасности, но Волдеморту явно не понравится его исчезновение.

— Блейз сказала, что все обойдется — он не может себе позволить убить кого-то из них, — неуверенно заметила Гермиона.

И тут Гарри вскинул ладони к вспыхнувшему болью шраму и закричал.

Нарциссу Малфой нельзя было назвать счастливой женой. Или хорошей матерью. Она была никем — ну, разве что, красивой куклой, с которой Люциус не стыдился показаться рядом, пока его не посадили в тюрьму. Наблюдая, как муж глотает бренди, Нарцисса подумала, что раньше ее вовсе не интересовало, откуда берутся его деньги, с кем он общается и что делает ради того, чтобы сохранить свое выдающееся положение. Ее даже не волновало, во что превратится ее собственный сын. До нынешнего Рождества.

Краем глаза она поглядела на Люциуса — тот оперся на каминную доску, как само воплощение зла, ожидая, когда хозяин призовет его, чтобы убить единственное, что создала Нарцисса за всю свою жизнь — ее сына.

Теперь она ненавидела мужа, а он кривился от отвращения при виде нее. Что бы ни сделал Драко — пусть даже опозорил имя и честь семьи — никакой проступок не заслуживал смерти. Особенно перед этим… Лордом. «Ужасно. Он же просто пес, натасканный убивать», — подумала Нарцисса, наблюдая за Люциусом, и тихонько отошла в противоположный конец комнаты.

Она не пригласила Драко домой на Пасху, опасаясь за его жизнь, не писала ему писем, боясь, что он может ответить. С начала года они виделись лишь раз — когда она приехала в Св. Мунго, чтобы проведать его после нападения на Хогвартс.