Плыть по течению 2: видеть — значит верить

Грязнокровка и та была бы более благоразумна! — рявкнул Драко, рассерженный ее черной неблагодарностью.

В ответ раздались новые всхлипы, и Гарри прошел вперед, мимо Драко, добрался до девушки, и со второй попытки успокаивающе положил руку ей на плечо. И немедленно почувствовал, как та напряглась.

Блейз же сначала едва не отпрянула от осторожного касания. Не потому, что к ней притронулся мальчик, вовсе нет — подобные прикосновения были для нее не в новинку и не все они были приятными. Нет, прикосновение Гарри Поттера оказалось совсем… другим. Легким, воздушным, таким осторожным, что едва-едва ощущалось, но в то же время ободряющим и сильным, как будто он тоже чувствовал ту боль, которую испытывала Блейз, и понимал ее… и больше того, будто он знал, как не поддаться этой боли.

— Что говорилось в письме? — тихонько спросил Гарри. Его негромкий голос ласкал слух, в то время как голос Драко раздражал. Блейз хотелось усмехнуться и нагрубить в ответ, но тон гриффиндорца, вместе с его ласковым прикосновением совершенно обезоружили ее.

— Моя мать мертва. Волдеморт поймал ее вчера утром. Она знала, что Пожиратели придут за ней.

Гарри нахмурился. Именно этому он стал свидетелем накануне. Женщина в его видении кричала и кричала… ее душа изнывала от страданий… Значит, та женщина была матерью Блейз. Возмездие Волдеморта пало на нее. Гарри вздрогнул и глубоко вздохнул.

— Мне так жаль, — шепнул он и почувствовал, как на тыльную сторону его ладони упала горячая слеза. Ему тоже захотелось заплакать.

— Волдеморт убил ее мать, потому что та отказалась приютить у себя Пожирателей, раненых при нападении на Хогвартс. Отца Блейз убили во время той схватки, — безжизненно объяснил Драко. Он так надеялся, что его мать, как и мать Блейз, даст ему хоть какой-нибудь знак принятия и расположения; покажет, что он по-прежнему может доверять ей и рассчитывать на нее. Но так ничего и не дождался. Но лучше так, чем знать, что твою мать до смерти запытал безумный ублюдок.

Блейз нахмурилась и выпалила:

— Если бы я захотела рассказать ему, Малфой, то справилась бы сама!

— Забини, у тебя сил не хватало, чтоб два слова связать! Мне пришлось самому прочитать то долбаное письмо, чтобы разобраться, о чем ты хнычешь, — рявкнул он, и девушка взвизгнула, рванувшись к нему, изливая гнев и боль на новую цель. Драко подался назад, но Гарри перехватил ее прежде, чем она успела вонзить когти слизеринцу в лицо.

— Тише! Драко всего лишь пытается помочь. Просто он еще не привык это делать.

Блейз снова почувствовала, что слова гриффиндорца словно обезоружили ее, а Драко сложил руки на груди и вызывающе вздернул бровь. Глубоко вздохнув и взяв себя в руки, девушка уселась на подоконник. Некоторое время они сидели молча, неподвижно, но тишина словно была наполнена безмолвными спорами и решениями, самыми важными в жизни Блейз. Драко не отрываясь смотрел на одноклассницу, рука Гарри так и лежала у нее на плече, и в душе слизеринки словно вспыхнул огонь, обжигающий и ледяной одновременно.

Теперь Блейз знала, кто она. Ее больше не сдерживали сомнения и неуверенность. Девушка медленно поднялась, и Гарри слегка отступил назад. Внимательно посмотрев на мальчишек, Блейз вдруг разгадала всю таинственность недавних событий: странную угрюмость Драко, овладевшую им в последнее время, спокойное поведение Гарри на Зельях и, более всего, полное отсутствие враждебности между двумя вечными противниками.

Блейз приняла решение.

— Мне нужно увидеться с Дамблдором. И со Снейпом.

Рем, Сириус и Северус сгрудились вокруг зачарованной стеклянной колбы с остатками серебристого конверта, который Фудж так неосторожно открыл голыми руками. Колба защищала серебристые ошметки от любых внешних повреждений. Кое-где к забрызганной кровью бумаге пристали кусочки кожи. С рваного края письма половина змеиной головы следила за движениями мужчин с ненавистью в бумажных глазах.

— Ты видел прежде что-нибудь подобное? — спросил Сириус Снейпа. Тому не понравился намек.

— Я никогда не служил у Волдеморта посыльным, дворняга.

— Ах, да, ты же специализировался на средствах для чистки унитазов.

— Хватит! — оборвал их Рем и вопросительно уставился на Северуса, пока тот не перестал играть с Блэком в гляделки, и не взглянул на конверт снова.

— Может быть, мне удастся выяснить, что за зелье он содержит и, если особенно повезет, кто его приготовил.

— Каким образом можно узнать, кто приготовил зелье?

— Только Мастер может приготовить зелье такой силы и качества; зелье, которое активируется прикосновением, убивает, да еще и проецирует Знак Мрака. А Мастера достаточно тщеславны, чтобы оставлять в своих зельях подпись. Обычно это совершенно специфический, инертный, немагический компонент, нужный только для того, чтобы идентифицировать Мастера.

— Ох, а у тебя тоже есть подпись, Севви?