Глаза

Другие утверждают, что до мальчишки добрались УПСы, которые теперь держат его в заложниках. А третьи вообще ничего не говорят, только лишь многозначительно поглядывают на собеседников, ясно давая понять, что уж они-то точно знают, где пропадает надежда магического мира.

Всё это ему рассказывали Рон и Гермиона, которые теперь приходили каждый вечер и подолгу засиживались у постели приятеля. Мисс Всезнайка с завидным упорством читала ему учебники, а мистер Ещё-один-рыжий рассказывал потешные истории о школьной жизни.

Оказалось, что Рон довольно неплохой пародист и прекрасно имитирует голоса учителей. Слушая его, Гарри хохотал до колик в животе и снова чувствовал себя живым и, в сущности, счастливым.

Воспоминания о таинственном незнакомце сами собой выветрились из его головы. Грусть и безнадежность тоже постепенно уходили в небытие. Юноша, смирившись со слепотой, как с паршивым, но, увы, фактом, снова начал строить планы на будущее.

Поздней ноябрьской ночью Гарри не спалось, странное напряжение, плавно перетекающее в ожидание того, что что-то случиться, мучило его бессонницей. И, как оказалось, не напрасно. Когда говорящие часы в коридоре пропели: «Два часа ночи», дверь палаты приоткрылась, и кто-то тихо вошел в палату. Шаги показались юноше знакомыми, через несколько секунд он понял, что вернулся его ночной гость.

Гарри поспешно сел в постели, повернув голову в ту сторону, где предположительно находился незнакомец:

— Привет!

Посетитель не ответил.

— Почему ты не приходил?

— Ты знал, что я прихожу к тебе?! — Визитёр был ошеломлён.

— Ну, да… Так почему ты не приходил?

— Хм… скажем так, у меня были особые причины.

— Особые причины… — Гарри хмыкнул.

— Сарказм тебе не к лицу, Поттер.

— Кто ты? — проигнорировал выпад посетителя юноша.

— О… так ты не узнаешь меня? Забавно… — Мальчик-который-выжил услышал в голосе незнакомца облегчение.

— Мы знакомы?

— В некотором роде… — уклончиво отозвался визитёр.

— Так кто ты?

— Не важно.

— И всё же?

— Я не скажу.

— Почему?

— Не могу объяснить. Просто, так будет лучше и для меня… и для тебя.

Около минуты в палате царила тишина. Незнакомец приблизился к кровати Поттера и опустился на стул.

— Почему ты приходишь ночью? — робко поинтересовался Гарри

— Очевидно, чтобы меня никто не увидел, — насмешливо предположил посетитель.

— А… Зачем ты приходишь?

— Тебе правду сказать?

— Да.

— Не знаю.

— Странно, — задумчиво пробормотал Гарри, — А знаешь, мне было плохо без тебя, — Мальчик-который-выжил затаил дыхание. Фраза вышла глупой и какой-то излишне сопливо-романтичной, но он ждал ответа.

— В самом деле? — Незнакомец хмыкнул.

— Врача спроси, — раздраженно бросил разочарованный Поттер, — некоторое время я себя чувствовал отвратительно одиноким. К сожалению, я просто не успел поговорить с тобой до твоего исчезновения.

В палате повисло неловкое молчание. Гарри злился, сам не понимая, почему издёвки визитёра вызывают в нём столь бурные эмоции.

— Не обижайся. Я просто… не умею общаться по-другому. — Наконец сконфужено произнёс незнакомец.

— Плевать. Не важно… Я тоже не прав, — с досадой пробормотал Мальчик-который-выжил.

— Ну… я пойду тогда. Уже рассвет скоро… — незнакомец торопливо поднялся со стула.

— Стой! — Поттер схватил его за рукав, — Подожди…

— Да? — голос визитёра был напряжен.

— Ты… вернёшься?

— А ты хочешь этого?

Гарри смутился.

— Это было бы неплохо.

Незнакомец тихо рассмеялся.

— Окей, Поттер, я как-нибудь зайду… на неделе. — И осторожно высвободившись из стальной хватки Мальчика-который-выжил, вышел из палаты.

Уже через несколько минут Гарри спал крепким здоровым сном.

Глава 5

Несколько дней спустя Гарри вновь мучался бессонницей. Очень мешал спать, заставляя беспокойно ворочаться в кровати, простой вопрос: «Где же Он?». Вопрос чисто риторический и от того, ещё более неприятный. Наконец юноша прервал бесплодные попытки уснуть и уселся в постели. Уверенным движением он открыл тумбочку и вытащил несколько листов пергамента.

За последние недели у Мальчика-который-выжил появилось новое увлечение — делать из бумаги фигурки животных. Весь подоконник в его палате был заставлен ими. Это хобби было в некотором роде даже полезным, ведь Гарри учился работать руками вслепую, а дополнительные тренировки никому ещё не мешали.

Сейчас он снова мастерил из бумаги разнообразное зверьё, пытаясь таким образом вызвать у себя естественное утомление и желание уснуть. Получалось плохо, пальцы стали каким-то неуклюжими и скорее мяли пергамент, чем сгибали.