Фандом: Might and Magic. Итак, Стоунхелм, тот самый день после штурма, те самые улицы, те самые зомби и упыри… Погружаемся!
Добавить в моё избранное
6 мин, 43 сек 6570
В Стоунхелме сегодня было как-то непривычно: повсюду то и дело вспыхивали пожары, откуда-то взявшиеся полуголые чужаки, агрессивные и дурно пахнущие, с рычанием носились по дорогам и крышам, а лысые иностранцы в юбках и с крюками в руках позировали живописцу на фоне городских стен — должно быть, на память. Местные, вместо того чтобы попытаться им что-нибудь продать, вяло бродили по улицам, словно еще с утра перебрали хмельного, и почему-то упорно стремились добраться до мозгов Сарета, хоть и без особого успеха — мускулистому черепу Темного Мессии все было нипочем. В суровом небе светило суровое асханское полуденное солнце, проплывали суровые, нездешние облака. Даже индюки, до вчерашнего дня вполне обычные, и те сегодня выглядели подозрительно — молчали и смотрели на Сарета в упор странно позеленевшими глазами.
Но сейчас в голову ему ничего не шло, и уж тем более он не думал об индюках. Он просто бежал по некрополю, размахивая мечом. Судя по топоту сзади и редким крикам «подожди, я больше не могу!», Линна следовала за ним.
Неудержимый порыв Сарета оборвал пинок под зад. Он обернулся — за его спиной действительно обнаружилась Линна, согнувшаяся в три погибели:
— Вот он, Сарет! Череп Теней… Ох, все, устала, иди один. Не дай ему завладеть своей душой, Сарет! Борись… ффух… борись… с искушением… — и Линна в изнеможении опустилась на ближайшую кучу костей, предательски треснувших под ее весом. Пиры у дядюшки Менелага не прошли даром.
— Ты еще услышишь, как Арантир молит о пощаде! Ну, если спустишься на пару пролетов, то точно услышишь. Арантир, я иду к тебе! Отведай-ка силушки богатырской! — с этими словами Сарет ринулся вниз по лестнице.
Он ворвался в главный зал некрополя и увидел знакомую фигуру. Его злейший враг сидел на ступенях у алтаря, печально подперев одной рукой щеку, а другой прижимая к себе Череп Теней. Зрелище было душераздирающее.
— Арантир, все кончено! — закричал Сарет как можно громче — во-первых, чтобы звучало внушительнее, а во-вторых, чтобы услышала Линна. — Отдай мне Череп! Или возьму силой!
— Кого? — меланхолично спросил некромант и тяжело вздохнул.
— Череп Теней! Ты забрал его у меня!
— Ну да, — Арантир пожал плечами, — нужен он мне. Для дела. А тебе он зачем? Как будешь использовать, алгоритм какой? Есть инструкция?
— Не знаю, — растерялся Сарет, в голову которому по-прежнему ничего не шло.
— Во-от, — наставительно протянул Арантир. — Не знаешь, а лезешь, куда не просят. Жертвы приносить умеешь?
— А вот сейчас и научусь! — и Сарет запальчиво махнул мечом.
— Ой, ну не надо, — поморщился некромант. — Хоть ты помолчи, мальчишка, а то и так все кругом мечами машут, доспехами гремят, жгут чего-то, вопят, вот и отец твой уже целый час рта не закрывает… Покою хочется.
Он порылся в складках одеяния, достал откуда-то пенсне и водрузил его на нос:
— Ни пса не вижу последние лет сто. Говорила мне мамочка: «Не читай так много, сынок, или глаза испортишь, или умом тронешься!» Вот и дочитался.
Некромант внимательно рассмотрел обескураженного Сарета сквозь пыльные стекла.
— М-да, — удовлетворенно заметил он, — хорошо, что дырку в брюхе заживил, она тебе как-то не к лицу была. Каюсь, погорячился я.
— Бывает, — заметил Сарет, но тут же, вспомнив, зачем пришел, снова поднял меч и голос. — Отдай мне Череп, или я возьму его силой!
— Закольцевались, — заметил Арантир, убирая пенсне, и потер висок. — Придется повторить: зачем он тебе? Ты знаешь, что с ним делать?
Сарет молчал, силясь придумать ответ, а некромант поднес череп Сар-Илама к лицу и посмотрел в пустые глазницы:
— Бедный Йорик. Быть или не быть, вот в чем вопрос…
— Это откуда? Из эльфийской народной поэзии?
Арантир махнул рукой:
— Пусть так. Для тебя все равно разницы нет. Ты же собрался мир разрушить.
В это время откуда-то из-за алтаря раздался оглушительный рев:
— Принеси мне Череп!
Сарет вздрогнул, а Арантир снова тяжело вздохнул:
— И при луне мне нет покоя.
— Это еще что за…? — не очень вежливо спросил Сарет.
— Твой папаша, познакомься, — тоскливо ответил Арантир. — Надоел — жуть, только и может, что голосить да огненные шоу устраивать. Надо было хоть жену с собой взять, пусть бы поглядела, а то она меня съела до костей: мол, все бы тебе по чужим городам шляться, неизвестно чем занимаешься, сидел бы дома… А чего мне там сидеть, она только броней лязгает, все уши прозвенела, да с вампирами пьет по-черному. В паучьей яме спасаюсь от нее. Посижу там, бывает, с намтару поболтаю, яду внутрь приму — вроде и легче. Понимаешь, как живу? Эх ты, мальчишка, жизни не нюхал, а туда же, Череп Теней ему подавай…
— Жену?! — до Сарета наконец дошел смысл сказанного. — А откуда…
— Оттуда, — отрезал Арантир.
Но сейчас в голову ему ничего не шло, и уж тем более он не думал об индюках. Он просто бежал по некрополю, размахивая мечом. Судя по топоту сзади и редким крикам «подожди, я больше не могу!», Линна следовала за ним.
Неудержимый порыв Сарета оборвал пинок под зад. Он обернулся — за его спиной действительно обнаружилась Линна, согнувшаяся в три погибели:
— Вот он, Сарет! Череп Теней… Ох, все, устала, иди один. Не дай ему завладеть своей душой, Сарет! Борись… ффух… борись… с искушением… — и Линна в изнеможении опустилась на ближайшую кучу костей, предательски треснувших под ее весом. Пиры у дядюшки Менелага не прошли даром.
— Ты еще услышишь, как Арантир молит о пощаде! Ну, если спустишься на пару пролетов, то точно услышишь. Арантир, я иду к тебе! Отведай-ка силушки богатырской! — с этими словами Сарет ринулся вниз по лестнице.
Он ворвался в главный зал некрополя и увидел знакомую фигуру. Его злейший враг сидел на ступенях у алтаря, печально подперев одной рукой щеку, а другой прижимая к себе Череп Теней. Зрелище было душераздирающее.
— Арантир, все кончено! — закричал Сарет как можно громче — во-первых, чтобы звучало внушительнее, а во-вторых, чтобы услышала Линна. — Отдай мне Череп! Или возьму силой!
— Кого? — меланхолично спросил некромант и тяжело вздохнул.
— Череп Теней! Ты забрал его у меня!
— Ну да, — Арантир пожал плечами, — нужен он мне. Для дела. А тебе он зачем? Как будешь использовать, алгоритм какой? Есть инструкция?
— Не знаю, — растерялся Сарет, в голову которому по-прежнему ничего не шло.
— Во-от, — наставительно протянул Арантир. — Не знаешь, а лезешь, куда не просят. Жертвы приносить умеешь?
— А вот сейчас и научусь! — и Сарет запальчиво махнул мечом.
— Ой, ну не надо, — поморщился некромант. — Хоть ты помолчи, мальчишка, а то и так все кругом мечами машут, доспехами гремят, жгут чего-то, вопят, вот и отец твой уже целый час рта не закрывает… Покою хочется.
Он порылся в складках одеяния, достал откуда-то пенсне и водрузил его на нос:
— Ни пса не вижу последние лет сто. Говорила мне мамочка: «Не читай так много, сынок, или глаза испортишь, или умом тронешься!» Вот и дочитался.
Некромант внимательно рассмотрел обескураженного Сарета сквозь пыльные стекла.
— М-да, — удовлетворенно заметил он, — хорошо, что дырку в брюхе заживил, она тебе как-то не к лицу была. Каюсь, погорячился я.
— Бывает, — заметил Сарет, но тут же, вспомнив, зачем пришел, снова поднял меч и голос. — Отдай мне Череп, или я возьму его силой!
— Закольцевались, — заметил Арантир, убирая пенсне, и потер висок. — Придется повторить: зачем он тебе? Ты знаешь, что с ним делать?
Сарет молчал, силясь придумать ответ, а некромант поднес череп Сар-Илама к лицу и посмотрел в пустые глазницы:
— Бедный Йорик. Быть или не быть, вот в чем вопрос…
— Это откуда? Из эльфийской народной поэзии?
Арантир махнул рукой:
— Пусть так. Для тебя все равно разницы нет. Ты же собрался мир разрушить.
В это время откуда-то из-за алтаря раздался оглушительный рев:
— Принеси мне Череп!
Сарет вздрогнул, а Арантир снова тяжело вздохнул:
— И при луне мне нет покоя.
— Это еще что за…? — не очень вежливо спросил Сарет.
— Твой папаша, познакомься, — тоскливо ответил Арантир. — Надоел — жуть, только и может, что голосить да огненные шоу устраивать. Надо было хоть жену с собой взять, пусть бы поглядела, а то она меня съела до костей: мол, все бы тебе по чужим городам шляться, неизвестно чем занимаешься, сидел бы дома… А чего мне там сидеть, она только броней лязгает, все уши прозвенела, да с вампирами пьет по-черному. В паучьей яме спасаюсь от нее. Посижу там, бывает, с намтару поболтаю, яду внутрь приму — вроде и легче. Понимаешь, как живу? Эх ты, мальчишка, жизни не нюхал, а туда же, Череп Теней ему подавай…
— Жену?! — до Сарета наконец дошел смысл сказанного. — А откуда…
— Оттуда, — отрезал Арантир.
Страница 1 из 2
