Провинциальный промышленно-торговый городок никогда не знал никаких беспокойств, грабежи были мелкими и редкими, а маньяков было максимум двое за год. Но не теперь, когда чудовища выбрали этот энный городок «колизеем» для Игры. Игры, куда они зовут самых сумасшедших, кровавых и ужасных убийц и маньяков, которые убивают лишь потому, что им это нравится, а зовут для того, чтобы они просто убивали друг друга, забавляя чудовищ, а в конце победителя ждёт невозможный приз.
Добавить в моё избранное
194 мин, 19 сек 4490
Хороми напала сзади, но противница была быстрее, она быстро ушла на безопасное расстояние. Грен первой подпрыгнула, занеся над собой косу, Ткачиха быстро увернулась и сделала выпад острыми краями ножниц. Она уже сделала порез на платье Грен, но до её плоти так и не дотянулась.
Кинжал из тёмной стали до половины был в её голове. Хороми приняла быстрое и рискованное решение, но это сработало. Чёрная Королева убила мозг Ткачихи прежде, чем та успела навредить Грен.
Дыхание выровнялось. Хороми убрала за спину второй кинжал и подошла к телу, чтобы вытащить первый. Грен опередила её. С ужасной улыбкой на лице она взяла кинжал в руку и, судя по всему, хотела помешать им содержимое головы мёртвой Ткачихи, но оружие вдруг ударило её током, причём не самым слабым.
— Ай! — вскрикнула она, отряхивая руку.
— Ты что, не знала, что оружие, выданное нам, подчиняется только своему хозяину? Как только начинается Игра, оно ещё и отбиваться от чужих рук может, — сказала Хороми, аккуратно вынимая кинжал и вытирая его об и так уже искровавленную одежду Ткачихи.
После этого Грен всё-таки своей косой сделала то, что не сделала кинжалом Хороми.
— Что ты делаешь? — возмутилась та.
— А разве тебе не нравится? Такая красная кровь… так много… Ты что, крови боишься?
— Ну, вообще-то нет, но и любви особой не питаю, если это не кровь моих врагов, конечно. Ладно, пора прекращать, кто-то идёт! — потащила она подругу.
Спрятавшись в кустах, они затихли. То, что вышло на место убийства, не было человеком. Нечто человекоподобное — да, но не человек. Оно выглядело так, словно кто-то попытался создать костюм человека — вместо глаз были чёрные прорези, вместо носа — две дыры, вместо рта — огромная пасть с тремя рядами зубов, и телосложение, отдалённо походящее на человеческое. Оно подошло к трупу Ткачихи и сожрало его за несколько минут, вылизав мостовую от крови. Там, где было тело недавнего Игрока, осталось только непонятное темноватое пятно на асфальте, будто бы туда недавно что-то пролили.
Обеих Алис, несмотря на их наклонности, сие зрелище откровенно не обрадовало, и даже Грен немного испугалась.
Чавкая и переваривая пищу, нечто неспешно удалилось. Неужели такая судьба ждёт и их в случае проигрыша? Но они быстро опомнились и подбежали к ближайшему фонтану, чтобы отмыть кровь, которой пока что было немного. Затем они вернулись к лежащему отрубленным Хикаро. Он был сильным парнем, но он ничего не мог противопоставить бесшумности Грен и тяжести тупой стороны её косы. Весил он однако немало, несмотря на внешнюю худобу. Ближе была квартира Хороми, куда они его и дотащили, положив на диван. Пока Хороми занималась компрессом, Грен осматривала её жилое помещение.
Квартира выглядела довольно обыденно, Грен и подумать не могла, что всего каких-то пару лет назад здесь случилась страшная трагедия с семьёй Хороми. Две спальни, гостиная, раздельный санузел и прихожая, в которую выходят все комнаты, кроме кухни, на которую можно пройти через гостиную. Хороми жила в маленькой спальне — где-то четыре метра на три с половиной. Вторая спальня была большой и пыльной, видимо Хороми не трогала её потому, что это была спальня родителей. На зашторенном окне стояло много горшков с увядшими цветами.
— Мама любила разводить цветы, — отозвался голос хозяйки из дверного проёма. — Но из меня садовник никудышный.
Грен обернулась:
— Странно, что ты так спокойно об этом говоришь.
— Я уже привыкла, — пожала она плечами. — Можешь и дальше изучать моё обиталище, только не трогай много, — сказала она, отворачиваясь, чтобы уйти.
Грен не стала больше ничего трогать, сев на диване и наблюдая за хлопочущей Хороми.
— Почему ты так о нём заботишься? Ты же могла просто избавиться от него.
— Он мой друг всё-таки.
— Чушь! — хмыкнула Грен. — Все предают, и ты это знаешь лучше меня.
— Может и предают, только хорошо, что не сразу, — сказала она, сев рядом.
Грен ничего не ответила. Хороми заснула в своей комнате на не разложенном диване первой, а Грен по привычке просидела до утра. Где-то в семь очнулся, держась за голову Хикаро, и Грен быстро разбудила Хороми.
— Где я? — спросил он, опасаясь, что его всё же поймал маньяк, но по мягкому дивану и компрессу понял, что всё не так плохо.
— У меня дома, — отозвалась из дверного проёма Хороми, скрестив руки на груди.
Из-за спины её выглядывала любопытная Грен.
— И, — потрогал на голове шишку юный сыщик, — как вы мне это объясните?
Грен хотела что-то соврать, но Хороми заткнула её заранее придуманной историей о том, что маньяк оглушил Хикаро и попытался напасть на неё и Грен, но они смогли отбиться и унесли Хикаро до утра в квартиру Хороми. Ложь, к слову, была достаточно правдоподобна, чтобы Хикаро молча с ней согласился.
Кинжал из тёмной стали до половины был в её голове. Хороми приняла быстрое и рискованное решение, но это сработало. Чёрная Королева убила мозг Ткачихи прежде, чем та успела навредить Грен.
Дыхание выровнялось. Хороми убрала за спину второй кинжал и подошла к телу, чтобы вытащить первый. Грен опередила её. С ужасной улыбкой на лице она взяла кинжал в руку и, судя по всему, хотела помешать им содержимое головы мёртвой Ткачихи, но оружие вдруг ударило её током, причём не самым слабым.
— Ай! — вскрикнула она, отряхивая руку.
— Ты что, не знала, что оружие, выданное нам, подчиняется только своему хозяину? Как только начинается Игра, оно ещё и отбиваться от чужих рук может, — сказала Хороми, аккуратно вынимая кинжал и вытирая его об и так уже искровавленную одежду Ткачихи.
После этого Грен всё-таки своей косой сделала то, что не сделала кинжалом Хороми.
— Что ты делаешь? — возмутилась та.
— А разве тебе не нравится? Такая красная кровь… так много… Ты что, крови боишься?
— Ну, вообще-то нет, но и любви особой не питаю, если это не кровь моих врагов, конечно. Ладно, пора прекращать, кто-то идёт! — потащила она подругу.
Спрятавшись в кустах, они затихли. То, что вышло на место убийства, не было человеком. Нечто человекоподобное — да, но не человек. Оно выглядело так, словно кто-то попытался создать костюм человека — вместо глаз были чёрные прорези, вместо носа — две дыры, вместо рта — огромная пасть с тремя рядами зубов, и телосложение, отдалённо походящее на человеческое. Оно подошло к трупу Ткачихи и сожрало его за несколько минут, вылизав мостовую от крови. Там, где было тело недавнего Игрока, осталось только непонятное темноватое пятно на асфальте, будто бы туда недавно что-то пролили.
Обеих Алис, несмотря на их наклонности, сие зрелище откровенно не обрадовало, и даже Грен немного испугалась.
Чавкая и переваривая пищу, нечто неспешно удалилось. Неужели такая судьба ждёт и их в случае проигрыша? Но они быстро опомнились и подбежали к ближайшему фонтану, чтобы отмыть кровь, которой пока что было немного. Затем они вернулись к лежащему отрубленным Хикаро. Он был сильным парнем, но он ничего не мог противопоставить бесшумности Грен и тяжести тупой стороны её косы. Весил он однако немало, несмотря на внешнюю худобу. Ближе была квартира Хороми, куда они его и дотащили, положив на диван. Пока Хороми занималась компрессом, Грен осматривала её жилое помещение.
Квартира выглядела довольно обыденно, Грен и подумать не могла, что всего каких-то пару лет назад здесь случилась страшная трагедия с семьёй Хороми. Две спальни, гостиная, раздельный санузел и прихожая, в которую выходят все комнаты, кроме кухни, на которую можно пройти через гостиную. Хороми жила в маленькой спальне — где-то четыре метра на три с половиной. Вторая спальня была большой и пыльной, видимо Хороми не трогала её потому, что это была спальня родителей. На зашторенном окне стояло много горшков с увядшими цветами.
— Мама любила разводить цветы, — отозвался голос хозяйки из дверного проёма. — Но из меня садовник никудышный.
Грен обернулась:
— Странно, что ты так спокойно об этом говоришь.
— Я уже привыкла, — пожала она плечами. — Можешь и дальше изучать моё обиталище, только не трогай много, — сказала она, отворачиваясь, чтобы уйти.
Грен не стала больше ничего трогать, сев на диване и наблюдая за хлопочущей Хороми.
— Почему ты так о нём заботишься? Ты же могла просто избавиться от него.
— Он мой друг всё-таки.
— Чушь! — хмыкнула Грен. — Все предают, и ты это знаешь лучше меня.
— Может и предают, только хорошо, что не сразу, — сказала она, сев рядом.
Грен ничего не ответила. Хороми заснула в своей комнате на не разложенном диване первой, а Грен по привычке просидела до утра. Где-то в семь очнулся, держась за голову Хикаро, и Грен быстро разбудила Хороми.
— Где я? — спросил он, опасаясь, что его всё же поймал маньяк, но по мягкому дивану и компрессу понял, что всё не так плохо.
— У меня дома, — отозвалась из дверного проёма Хороми, скрестив руки на груди.
Из-за спины её выглядывала любопытная Грен.
— И, — потрогал на голове шишку юный сыщик, — как вы мне это объясните?
Грен хотела что-то соврать, но Хороми заткнула её заранее придуманной историей о том, что маньяк оглушил Хикаро и попытался напасть на неё и Грен, но они смогли отбиться и унесли Хикаро до утра в квартиру Хороми. Ложь, к слову, была достаточно правдоподобна, чтобы Хикаро молча с ней согласился.
Страница 11 из 53
