Фандом: Гарри Поттер. Гермиона Грейнджер встречает тролля, а Рон спасает ее. Много, очень много раз.
Добавить в моё избранное
12 мин, 35 сек 10120
31 октября 1991 года, школа Чародейства и Волшебства Хогвартс
Дубинка взмыла над головой тролля, и Гермиона Грейнджер поняла, что сейчас умрет.
— Не-е-е-е-е-ет! — закричала она.
Стыд охватил ее, заставил покраснеть до самых пяток. Ее собирались спасти, и кто?! Рон Уизли! Тот самый Рон Уизли, который довел ее до слез и оказался первопричиной того, что она сбежала в этот туалет на третьем этаже, чтобы поплакать. И как будто этого было мало, он собирался ее спасти при помощи того самого заклинания, за исполнение которого еще сегодня днем Гермиона делала ему замечания! Стыд! Срам! Позор!
Сила чувства, охватившего Гермиону, была запредельной. Она умела концентрироваться на чтении и учебе, теперь она с такой же силой сконцентрировалась на стыде и желании того, чтобы этого ничего не было. Ни тролля, ни спасения от рук Рона, НИ-ЧЕ-ГО. Стихийный выброс магии из Гермионы накрыл Хогвартс, и внезапно все переменилось.
— Неудивительно, что ее никто на дух не переносит, — сказал Рон Гарри.
Гермиона, шедшая следом, вспыхнула и собиралась разреветься и убежать, когда ее пронзило неожиданной мыслью. Все это уже было. Тихо убедившись, что да, сегодня 31 октября 1991 года, она повеселела и, улыбаясь, пошла прочь. Никакого туалета! Никакого тролля! Сегодня она насладится праздничным ужином в честь Хэллоуина, а потом подумает и посидит в библиотеке, пытаясь понять, что это было. Но сегодня — праздник, в честь избавления от стыда!
— Тролль… в подземелье… — договорить Квиррелл не успел.
В зал ворвался тот самый тролль и ударом дубинки сделал из профессора ЗОТИ лепешку.
— Р-РЫ-Ы! — взревел тролль, оглядываясь.
Ученики разбегались в панике, топча учителей. Редкие заклинания просто вязли в шкуре тролля без всякого видимого эффекта. Распространяя вонь, тролль направился к столу Гриффиндора… прямо к сжавшейся в комок Гермионе.
— Вингардиум Левиоса! — крикнул Рон.
Тыквенный пирог слетел со стола и ударился о тролля, который остановился в недоумении. Затем тролль сделал шаг… поскользнулся на пироге и упал, разбив себе голову всмятку. Гермиона закричала, заходясь в ужасе и истерике, и все опять переменилось.
— Не обращай внимания на безродных дурочек с Гриффиндора, — тон Рона был вальяжно-покровительственным.
Он и Гарри в цветах Слизерина шли впереди.
— Какого черта?! — не выдержав, заорала Грейнджер.
— Фу, как некультурно, — Рон повернулся, и видно было, что он слегка морщит нос. — Понабрали всяких крестьян без манер.
— И одеваться не умеет, да-да, — подхватил Гарри.
Смерив Гермиону надменными взглядами, они удалились.
— Ну все! — заявила Гермиона и отправилась в библиотеку.
— Деточка, так мы опоздаем на праздничный ужин, — сообщила ей мадам Пинс.
— Но я… — Гермиона оглянулась.
Ужин? К черту! Она ни йоту не приблизилась к разгадке! Но попросить остаться в библиотеке на ночь Гермиона не успела. В библиотеку ворвался воняющий и рычащий тролль и начал крушить и ломать все подряд, неумолимо приближаясь к Гермионе. Мадам Пинс он прибил небрежным ударом дубинки, и Гермиона думала, что уже все кончено, когда сзади раздался ненавистный надменный голос:
— Долг аристократов оберегать всяких там глупых крестьян.
— И крестьянок, — кивнул Гарри. — Особенно их.
— Почему? — спросил Рон, слегка приподымая брови.
— Так папа говорит, — пожал плечами Гарри.
— Вы! — заорала Гермиона, задыхаясь от ярости.
Ее сейчас убьют, а эти два дурака, решившие поиграться в Драко Малфоя, стоят и беседуют, словно ничего не происходит!
— Вингардиум Левиоса! — небрежно взмахнул рукой Рон.
Двести томов «Самого Полного Собрания Описаний Гоблинских Войн от Древнейших Времен и До Наших Дней» слетели с полок и похоронили под собой тролля. Томик с восстанием Жырмауха Кровавого поставил окончательную точку, своей железной окантовкой размозжив троллю голову.
Тролличья кровь плеснула в лицо Гермионе, и она невольно зажмурилась.
— О нет, — простонала Гермиона, открыв глаза.
Впереди шли Рон и Гарри, и Гермиона испытала приступ злобы. Она вскинула палочку… и ее руку перехватили.
— Так-так-так, — язвительно сказал Филч надтреснутым голосом. — Что это тут у нас? Нарушительница.
— Я не колдовала в коридоре! — фыркнула Гермиона.
— А палочку вскинули, чтобы почесать спину, — сарказм в голосе Филча можно было резать ножом. — За мной, если не хотите получить плетей и провести три дня в карцере в кандалах.
— Что?
Филч, уже сделавший шаг прочь, обернулся. На лице его появилось плотоядно-предвкушающее выражение, словно он ждал, что Гермиона будет сопротивляться. Гермиона не совсем поняла, с чем это связано, но все же уловила, что лучше подчиниться.
— О, моя спина, — простонала она, разгибаясь.
Дубинка взмыла над головой тролля, и Гермиона Грейнджер поняла, что сейчас умрет.
— Не-е-е-е-е-ет! — закричала она.
Стыд охватил ее, заставил покраснеть до самых пяток. Ее собирались спасти, и кто?! Рон Уизли! Тот самый Рон Уизли, который довел ее до слез и оказался первопричиной того, что она сбежала в этот туалет на третьем этаже, чтобы поплакать. И как будто этого было мало, он собирался ее спасти при помощи того самого заклинания, за исполнение которого еще сегодня днем Гермиона делала ему замечания! Стыд! Срам! Позор!
Сила чувства, охватившего Гермиону, была запредельной. Она умела концентрироваться на чтении и учебе, теперь она с такой же силой сконцентрировалась на стыде и желании того, чтобы этого ничего не было. Ни тролля, ни спасения от рук Рона, НИ-ЧЕ-ГО. Стихийный выброс магии из Гермионы накрыл Хогвартс, и внезапно все переменилось.
— Неудивительно, что ее никто на дух не переносит, — сказал Рон Гарри.
Гермиона, шедшая следом, вспыхнула и собиралась разреветься и убежать, когда ее пронзило неожиданной мыслью. Все это уже было. Тихо убедившись, что да, сегодня 31 октября 1991 года, она повеселела и, улыбаясь, пошла прочь. Никакого туалета! Никакого тролля! Сегодня она насладится праздничным ужином в честь Хэллоуина, а потом подумает и посидит в библиотеке, пытаясь понять, что это было. Но сегодня — праздник, в честь избавления от стыда!
— Тролль… в подземелье… — договорить Квиррелл не успел.
В зал ворвался тот самый тролль и ударом дубинки сделал из профессора ЗОТИ лепешку.
— Р-РЫ-Ы! — взревел тролль, оглядываясь.
Ученики разбегались в панике, топча учителей. Редкие заклинания просто вязли в шкуре тролля без всякого видимого эффекта. Распространяя вонь, тролль направился к столу Гриффиндора… прямо к сжавшейся в комок Гермионе.
— Вингардиум Левиоса! — крикнул Рон.
Тыквенный пирог слетел со стола и ударился о тролля, который остановился в недоумении. Затем тролль сделал шаг… поскользнулся на пироге и упал, разбив себе голову всмятку. Гермиона закричала, заходясь в ужасе и истерике, и все опять переменилось.
— Не обращай внимания на безродных дурочек с Гриффиндора, — тон Рона был вальяжно-покровительственным.
Он и Гарри в цветах Слизерина шли впереди.
— Какого черта?! — не выдержав, заорала Грейнджер.
— Фу, как некультурно, — Рон повернулся, и видно было, что он слегка морщит нос. — Понабрали всяких крестьян без манер.
— И одеваться не умеет, да-да, — подхватил Гарри.
Смерив Гермиону надменными взглядами, они удалились.
— Ну все! — заявила Гермиона и отправилась в библиотеку.
— Деточка, так мы опоздаем на праздничный ужин, — сообщила ей мадам Пинс.
— Но я… — Гермиона оглянулась.
Ужин? К черту! Она ни йоту не приблизилась к разгадке! Но попросить остаться в библиотеке на ночь Гермиона не успела. В библиотеку ворвался воняющий и рычащий тролль и начал крушить и ломать все подряд, неумолимо приближаясь к Гермионе. Мадам Пинс он прибил небрежным ударом дубинки, и Гермиона думала, что уже все кончено, когда сзади раздался ненавистный надменный голос:
— Долг аристократов оберегать всяких там глупых крестьян.
— И крестьянок, — кивнул Гарри. — Особенно их.
— Почему? — спросил Рон, слегка приподымая брови.
— Так папа говорит, — пожал плечами Гарри.
— Вы! — заорала Гермиона, задыхаясь от ярости.
Ее сейчас убьют, а эти два дурака, решившие поиграться в Драко Малфоя, стоят и беседуют, словно ничего не происходит!
— Вингардиум Левиоса! — небрежно взмахнул рукой Рон.
Двести томов «Самого Полного Собрания Описаний Гоблинских Войн от Древнейших Времен и До Наших Дней» слетели с полок и похоронили под собой тролля. Томик с восстанием Жырмауха Кровавого поставил окончательную точку, своей железной окантовкой размозжив троллю голову.
Тролличья кровь плеснула в лицо Гермионе, и она невольно зажмурилась.
— О нет, — простонала Гермиона, открыв глаза.
Впереди шли Рон и Гарри, и Гермиона испытала приступ злобы. Она вскинула палочку… и ее руку перехватили.
— Так-так-так, — язвительно сказал Филч надтреснутым голосом. — Что это тут у нас? Нарушительница.
— Я не колдовала в коридоре! — фыркнула Гермиона.
— А палочку вскинули, чтобы почесать спину, — сарказм в голосе Филча можно было резать ножом. — За мной, если не хотите получить плетей и провести три дня в карцере в кандалах.
— Что?
Филч, уже сделавший шаг прочь, обернулся. На лице его появилось плотоядно-предвкушающее выражение, словно он ждал, что Гермиона будет сопротивляться. Гермиона не совсем поняла, с чем это связано, но все же уловила, что лучше подчиниться.
— О, моя спина, — простонала она, разгибаясь.
Страница 1 из 4
