Фандом: Гарри Поттер. 31-го октября 1981-го года никто из Поттеров не погиб. Джеймс благополучно избежал встречи с Волдемортом, Гарри спасла сила любви, а Лили… тоже? Вот только чьей именно любви?
Добавить в моё избранное
238 мин, 59 сек 18382
— Я тоже, — подтвердил Северус.
— Ну и ладно. — Он мог бы поклясться, что Поттер произнес это с облегчением.
— А еще кое-кто вечно стягивает на себя одеяло! — пожаловался этот придурок, уже засыпая.
— Ну, в этом вы оба хороши! — усмехнулась Лили.
— Вообще-то, я о тебе.
Она засмеялась, и Северус тоже улыбнулся. Вместе с Лили, а вовсе не шутке Поттера, дурацкой, как всегда!
Джеймс застегнул ремень, потянулся — сладко, до хруста в плечах.
— А в этом, определенно, что то есть! — хмыкнул.
Лили улыбнулась:
— В близости? Или в том, чтобы делать это на грязном чердаке?
— В том, чтобы снова почувствовать себя школьниками, которые боятся, что их застукают. И очень радуются, если «успевают». Только никогда бы не подумал, что роль «дежурного старосты» будет играть Снейп. Кстати, мне послышалось, или и правда сработал камин?
— Мне тоже так показалось. Бежим вниз?
Они критически осмотрели одежду друг друга, дружно хмыкнули, и — лавируя между коробок с каким-то хламом и стараясь не задевать свисающие тут и там клочья паутины — стали пробираться к лестнице.
— Ты достал меня, Сохатый, достал! — Блэк орал так, что было слышно в другом конце коридора. Хоть бы заглушающее поставил, идиот, Гарри же спит! — Какого хрена я должен перед тобой отчитываться? Где я был этой ночью?! Дома я был, до-ма! Пил чай. Ел… не помню что, но если тебе принципиально, могу спросить Кричера, он все помнит! Спал. Дрочил на ту маглу с плаката. Не на ту, что в синем, а которая с сиськами — опять же, если тебе интересны подробности! Все? Доволен?
— Сириус…
— А ты уверен, что я именно «Сириус», а не, скажем, моя кузина Беллатрикс или сам Волдеморт? Нет, ты в этом не уверен — я же тебе не ответил, на кой черт ту оранжевую кнопку к своему мотоциклу приделал! А без этого я вроде как не я, да?
— Какая муха тебя?
— Какая, спрашиваешь? Которую зовут «свихнувшийся на этой дурацкой бдительности Сохатый»! Тебя что, Хмури покусал, или оба Лонгботтома?! Да, я понимаю, что мы все тут на осадном положении. Но, может не надо при всем при том строить заботливую мамочку, которая следит за тем, чтобы у всех были чистые руки и носы? Не знаю, кто ты, и что сделал с настоящим Джеймсом Поттером…
— А я, по твоему, какой?
— А хрен тебя знает! Но тот Джим, которого я знал, не шарахался от своей тени, не вылизывал задницу Снейпу и не трахал свою собственную жену тайком на чердаке!
Хлопнула дверь, сверкнула вспышка заглушающего, пряча от него продолжение ссоры…
Снейп прислонился к стене. Вот и еще одна сбывшаяся мечта: славная мародерская четверка распалась. Сначала их послал к черту Петтигрю, потом Люпин нашел себе объект воздыханий. Вон, за все время, что он здесь жил, оборотень появился считанные разы. Чаще всего с подружкой, а если даже и один, то чуть ли не каждую фразу начинал с «Рита сказала», вызывая улыбки у Лили и Поттера и явную злость у Блэка.
А теперь поцапались и эти двое.
Только ему почему-то не радостно, а противно.
Тем более… В жизни бы не подумал, что скажет такое, но Поттер был прав. Конечно, порой его заносило: пару дней назад он напрочь отказался впускать Дамблдора, пока тот на его вопрос не ответил, но если учесть, кто за ними охотится и с какой целью… Интересно, кстати, что за сверток тот ему принес?
— С другой стороны, скандал — это хоть какая-то определенность, — усмехнулся Снейп. Нет, он с детства не любил шумные ссоры, но куда больше он не любил предшествующее им затишье — примерно такое, какое в последнее время наблюдалось в Блэковском доме. Нарочито-спокойная Лили, нарочито-вежливый Поттер… Старающийся как можно меньше бывать здесь Блэк. Почти исчезнувший из жизни друзей Люпин. Кстати, может потому он и исчез? Оборотни — твари чувствительные, не мог он не уловить этой, скрытой за фальшивым спокойствием, напряженности.
Сам Снейп хорошо помнил такие затишья: когда родители вдруг прекращали шпынять друг друга по мелочам, начинали общаться чуть ли не на вы, каждую фразу сопровождая вежливым «ты не могла бы» и«будь так любезен». А потом — тогда ему казалось, что ни с того, ни с сего — тишину прорезали крики, билась посуда, хлопала дверь и из кухни доносились рыдания.
А сейчас Северус многое бы отдал, чтобы неприятности закончились ссорой между Блэком и Поттером. Чтобы не нарушился только установившийся между ними тремя хрупкий мир. Чтобы Лили была счастлива. Он даже был готов не замечать ее припухших губ, засосов на шее и слишком грязных — на чердаке ведь наверняка пыльно — тапок.
— Ну и ладно. — Он мог бы поклясться, что Поттер произнес это с облегчением.
— А еще кое-кто вечно стягивает на себя одеяло! — пожаловался этот придурок, уже засыпая.
— Ну, в этом вы оба хороши! — усмехнулась Лили.
— Вообще-то, я о тебе.
Она засмеялась, и Северус тоже улыбнулся. Вместе с Лили, а вовсе не шутке Поттера, дурацкой, как всегда!
Джеймс застегнул ремень, потянулся — сладко, до хруста в плечах.
— А в этом, определенно, что то есть! — хмыкнул.
Лили улыбнулась:
— В близости? Или в том, чтобы делать это на грязном чердаке?
— В том, чтобы снова почувствовать себя школьниками, которые боятся, что их застукают. И очень радуются, если «успевают». Только никогда бы не подумал, что роль «дежурного старосты» будет играть Снейп. Кстати, мне послышалось, или и правда сработал камин?
— Мне тоже так показалось. Бежим вниз?
Они критически осмотрели одежду друг друга, дружно хмыкнули, и — лавируя между коробок с каким-то хламом и стараясь не задевать свисающие тут и там клочья паутины — стали пробираться к лестнице.
— Ты достал меня, Сохатый, достал! — Блэк орал так, что было слышно в другом конце коридора. Хоть бы заглушающее поставил, идиот, Гарри же спит! — Какого хрена я должен перед тобой отчитываться? Где я был этой ночью?! Дома я был, до-ма! Пил чай. Ел… не помню что, но если тебе принципиально, могу спросить Кричера, он все помнит! Спал. Дрочил на ту маглу с плаката. Не на ту, что в синем, а которая с сиськами — опять же, если тебе интересны подробности! Все? Доволен?
— Сириус…
— А ты уверен, что я именно «Сириус», а не, скажем, моя кузина Беллатрикс или сам Волдеморт? Нет, ты в этом не уверен — я же тебе не ответил, на кой черт ту оранжевую кнопку к своему мотоциклу приделал! А без этого я вроде как не я, да?
— Какая муха тебя?
— Какая, спрашиваешь? Которую зовут «свихнувшийся на этой дурацкой бдительности Сохатый»! Тебя что, Хмури покусал, или оба Лонгботтома?! Да, я понимаю, что мы все тут на осадном положении. Но, может не надо при всем при том строить заботливую мамочку, которая следит за тем, чтобы у всех были чистые руки и носы? Не знаю, кто ты, и что сделал с настоящим Джеймсом Поттером…
— А я, по твоему, какой?
— А хрен тебя знает! Но тот Джим, которого я знал, не шарахался от своей тени, не вылизывал задницу Снейпу и не трахал свою собственную жену тайком на чердаке!
Хлопнула дверь, сверкнула вспышка заглушающего, пряча от него продолжение ссоры…
Снейп прислонился к стене. Вот и еще одна сбывшаяся мечта: славная мародерская четверка распалась. Сначала их послал к черту Петтигрю, потом Люпин нашел себе объект воздыханий. Вон, за все время, что он здесь жил, оборотень появился считанные разы. Чаще всего с подружкой, а если даже и один, то чуть ли не каждую фразу начинал с «Рита сказала», вызывая улыбки у Лили и Поттера и явную злость у Блэка.
А теперь поцапались и эти двое.
Только ему почему-то не радостно, а противно.
Тем более… В жизни бы не подумал, что скажет такое, но Поттер был прав. Конечно, порой его заносило: пару дней назад он напрочь отказался впускать Дамблдора, пока тот на его вопрос не ответил, но если учесть, кто за ними охотится и с какой целью… Интересно, кстати, что за сверток тот ему принес?
— С другой стороны, скандал — это хоть какая-то определенность, — усмехнулся Снейп. Нет, он с детства не любил шумные ссоры, но куда больше он не любил предшествующее им затишье — примерно такое, какое в последнее время наблюдалось в Блэковском доме. Нарочито-спокойная Лили, нарочито-вежливый Поттер… Старающийся как можно меньше бывать здесь Блэк. Почти исчезнувший из жизни друзей Люпин. Кстати, может потому он и исчез? Оборотни — твари чувствительные, не мог он не уловить этой, скрытой за фальшивым спокойствием, напряженности.
Сам Снейп хорошо помнил такие затишья: когда родители вдруг прекращали шпынять друг друга по мелочам, начинали общаться чуть ли не на вы, каждую фразу сопровождая вежливым «ты не могла бы» и«будь так любезен». А потом — тогда ему казалось, что ни с того, ни с сего — тишину прорезали крики, билась посуда, хлопала дверь и из кухни доносились рыдания.
А сейчас Северус многое бы отдал, чтобы неприятности закончились ссорой между Блэком и Поттером. Чтобы не нарушился только установившийся между ними тремя хрупкий мир. Чтобы Лили была счастлива. Он даже был готов не замечать ее припухших губ, засосов на шее и слишком грязных — на чердаке ведь наверняка пыльно — тапок.
Глава 12
Бродяга не приходил домой уже вторые сутки. Где его носило? У матери? У какой-нибудь новой подружки? Джеймс не знал, а разыскивать, после всего, что тот ему наговорил, не хотелось. А еще не хотелось думать о том, что с ним что-то случилось.
Страница 41 из 68
