Взрослый

Ему недавно исполнилось тридцать, и он, усмехаясь, надевает на утренние пробежки футболку с надписью «Я — взрослый» спереди и«Fuck you» и изображением соответствующего жеста сзади. Когда он смотрит в зеркало и читает надпись, он снова и снова вспоминает деда с его вечным«вот доживи до тридцати, а там посмотрим».

Теперь возрастной порог преодолен, и он вполне может собой гордиться — потому что он у него есть диплом, он не спился, не женился, не обзавелся лишними шрамами и еще более лишним жиром, ничем не заразился, но зато нашел престижную работу, оставляющую, впрочем, достаточно времени на досуг, купил машину и обзавелся несколькими хобби разной степени увлекательности — в общем, он мог сказать: я более чем доволен жизнью.

Его действительно устраивает абсолютно все: съемная квартира, непростая порой работа, бессистемные элементы роскоши и одиночество, лишь изредка нарушаемое двух-или трехдневными визитами к родителям, после которых он приезжает выжатым как лимон, не спит добрую половину ночи, на следующий день игнорирует спорт и работает лишь на чистом упрямстве, больше критикуя других, чем предлагая собственное.

В гостях — эти визиты домой давным-давно превратились в визиты вежливости — он раз за разом прикусывает язык, сдерживая рвущиеся циничные замечания и жесткие ответы. Раз за разом напоминает себе, что родители — давно уже пожилые люди, у которых иное воспитание, иная жизнь и, как следствие, иные взгляды. Сдержанность стала для него привычной, но это не отменяет того, что на каждое слово родителей у него находится не менее десяти в ответ, и он прокручивает их, мысленно собирая в предложения.

Они спрашивают, что он будет пить за столом в праздник?

Ничего.

Он лучше напьется потом, когда останется в одиночестве. Не просто выпьет, а именно напьется — хотя бы в память о деде.

Они спрашивают, как он себя чувствует?

Неплохо.

Потому что несколько пакетиков Колдрекса хорошо снимают симптомы простуды, заодно снижая степень ощущения собственного тела. Да, он знает, что это отрава, но завтра на работу, а отлежаться дома нет никакой возможности.

Они спрашивают, почему он ездит на работу на машине, хотя общественным транспортом проще?

Люди.

Его бесят люди. Громко разговаривающие, вонючие и вечно что-то жрущие люди.

Они спрашивают, когда он женится?

Никогда. Наверное.

Хотя нет, не так. Он женится, когда найдет ту, которая не будет ревновать его к работе, пробежкам, машине и неизвестно чему еще. Которая не будет слишком много требовать. Которая не будет целыми вечерами трепаться по телефону с подругами. Которая не будет слушать всякую попсу вместо рока. Которая… Список можно продолжать бесконечно.

Они спрашивают, разве он никогда не влюблялся и никого не хотел?

Ну почему же.

Влюблялся. Только на проверку отношения оказывались сущим адом, поэтому чувства проще убить в зародыше, пока не успели распуститься их ядовитые бутоны. Что касается желаний, то для их удовлетворения подойдет любая девочка из борделя. Каждый раз другая, чтобы ненароком не запомнить черт лица, тело, манеру двигаться и стонать.

Они спрашивают…

Они ничего не спрашивают, когда видят фотографии полета на дельтаплане, но взгляд их красноречивее любых слов.

Да, он знает, что выполняет потенциально смертельные трюки. Но пока ему везло.

Он же взрослый человек, а значит, сам несет ответственность за свою жизнь и сам решает, какой она будет.

Не так ли?