Кадрить боевого офицера без его согласия не рекомендуется

Еще… чуть-чуть. — Сними ему кольцо с члена, Мэл. Нет, другой рукой. Пусть кончит тебе в металл.

Сат отчаянно застонал и сам подался на кулак, насаживаясь резко, болезненно, будто наказывая себя за что-то, но Бэйс заставил его остановиться и потянул руку из тугого, мокрого, очень медленно, чтобы момент выскальзывания кулака совпал с мгновением, когда кольцо разомкнется. Еще чуть-чуть, еще… Мэл так же медленно двигал металлической рукой по жесткому, перенапряженному члену, живой поглаживая под мошонкой.

Вероятно, сейчас Сат ощущал, что его разрывает изнутри чисто физически — нечто громадное. Бэйс подумал, что возможно (только возможно!) когда-нибудь сам попросит сделать с ним такое. Может быть. Не сейчас однозначно.

— Мокрая… похотливая… дырка, — мягко проговорил он и снова толкнул кулак в тело любовника, заставляя того заорать от острого, невыносимого кайфа пополам с болью.

Он любил этот крик: восторженный, приглушенный от счастья, уходящий в стон, в какое-то животное поскуливание, и теперь двигал снова и снова, то выходя, то погружаясь, то раскрывая ладонь.

— Страдай, — проговорил он негромко, еле слышно из-за криков самого Сата; в то же время он знал, что оба любовника его слышат. — Страдай, и получай свое наказание за все… Твоя боль будет тебе уроком, и когда мы оба кончим в тебя, ты будешь прощен. Мэл, тебе не предлагаю пока его вздрючить в той же манере… но, кажется, это действует лучше, чем порка.

— Хочу сам его, — пробормотал Мэл чуть невнятно.

— Ха-а… ты — на спине и никак иначе, имей в виду, — тут же сориентировался Бэйс. — У тебя слишком мало восстановилось крови для каких-то других вариантов, — он провел свободной рукой по запястью искусственной руки Мэла и ухмыльнулся. — Что, подключилась-таки чувствительность? А я говорил, что на этих моделях она не сразу, но обязательно… — он замолчал и снова чуть повращал запястьем второй руки, слушая всхлипы и стоны Сата. — Хочу его с тобой вдвоем, вот ведь. Мне кажется, сейчас яйца взорвутся, если я ему не присуну.

Отверстие уже почти сомкнулось, но все равно было таким скользким, красным, натертым… Мэл решительно лег и затащил Сата на себя, пользуясь больше искусственной рукой.

— Пусть он теперь смотрит на тебя, — предложил он хищно.

Бэйс вытер руку полотенцем, и закончив, расстегнул брюки. Снимать одежду он не стал, предпочитая всего лишь извлечь член. Сат был как пьяный — послушный, обмякший, двигающийся по чужой воле… Бэйс заставил его поднять головуи поцеловал — глубоко. Жестко. Он фактически ощущал вкус Мэла во рту, и, пожалуй, это возбуждало.

Беззащитная поза, не вспрыгнуть, не вывернуться — Сат спиной вперед оседлал бедра Мэла, и откинулся назад, запрокинулся.

— Он все еще ебать какой тесный, — жадно поделился Мэл.

— Именно это и будем делать, дружище, — хищно усмехнулся Бэйс. — Именно это.

Он устроился поудобнее и придержал Сата так, чтобы тот закинул ноги ему на талию — теперь оба брата имели доступ «к телу»… но Бэйс полагал себя в привилегированном положении. Именно с ним Сат теперь обнимался.

Не в силах больше терпеть, Бэйс резко загнал, чувствуя, как подаются эластичные, растянутые мышцы.

— Хорошая сучка, — прошептал он еле слышно.

Сат простонал что-то, и было явно, что ему уже не до каких-то деталей и подробностей — кажется, он уже не очень воспринимал происходящее, размолотый в пасту стрессом, кайфом и новыми ощущениями. Он просто держался за Бэйса, цеплялся за его плечи и тяжело дышал, подрагивая всем телом.

Мэл не двигался, но хватало и ровных, мерных толчков Бэйса. Жестко, неторопливо — он боялся спустить раньше времени и сдерживал себя, скользя в горячем и тесном, чувствуя любовников, шалея от этого — горячо, невероятно горячо.

Бэйс знал, что долго они втроем в этом хрупком равновесии не продержатся — да и собственные мышцы намекали ему, что не стоит так сильно полагаться на них в некоторых позах… но пока что это было восхитительно. Он один из них всех контролировал происходящее, и — боже, ему нравилось это. Он поддерживал Сата, и ощущал каждое движение, свое и партнеров. В какой-то момент он просто зарычал, ощущая подступающий финал, и сжал Сата изо всех сил, крепко-крепко. Укусил за горло, оставляя засос, и поддел бедрами, снова и снова погружаясь в тесную глубину вдоль члена Мэла.

Еще чуть-чуть — он уже чувствовал, как вздрагивает Сат, как он снова сжимается. Чуть-чуть, еще несколько секунд, продлить обоим — всем троим, на самом деле — сладкую пытку кайфом… и выплеснуться, стискивая влажные от пота тела любовников.

Сат аккуратно упал в сторону, чтобы не придавить Мэла, и распластался без движения, только судорожно дыша. Бэйс еще как-то мог оставаться на ногах, так что притащил ему салфеток, реген-геля — под пальцами и регенератором растраханное отверстие постепенно, в несколько судорожных рывков, сократилось, и Сат опять застонал в голос.