Фандом: Ориджиналы. Нимойя — тихая, мирная курортная планета. Общепризнанный курорт. И парочка местных как-то решила закадрить боевого офицера… Ну, а в общем, и не зря.
Добавить в моё избранное
119 мин, 30 сек 13977
Потом дошло, что Мэл ему еще как минимум раз остановит оргазм, это была его любимая шуточка, то есть соображать надо быстро.
— В тебя кончать можно? Мы чистые по сотне параметров, и я жажду посмотреть, как из твоей блядской жопы потечет. Отвечай, — попробовал он добавить стали в голос и сжал сильнее пальцы на горле.
— Нет, — и вот такое, как бы ни хотелось притвориться, что это игра, они игнорировать не стали бы. Нет, значит, нет, хотя тихий разочарованный вой вырвался у обоих. — Потом, сучки!
Сата колотило крупной дрожью, как от хорошей наркоты, но глаза — Бэйс проверил, глаза у него были чистые. Просто давно не трахался как следует, заключил он с долей уверенности. И перло его от такого обращения тоже очень серьезно, это точно. Интересно, как этот бешеный отреагирует на хлыстик? Вероятно, отберет и излупцует… но Бэйса это устраивало в принципе.
Он сунул руку под кровать, и к восторгу своему нащупал и ящичек, и привычное для этого курорта наполнение. Кляп? Нет. Вот эти мягкие ремни — пожалуй. Еще пробка приличного диаметра, еще ошейник, из хорошей мягкой кожи…
Бэйс сел поперек груди Сата, так, чтобы кончик снова вставшего хуя как раз коснулся подбородка, и деловито принялся паковать — запястья, шея, затянуть потуже, чтобы чуть-чуть контролировало…
— Ты наша сучка сейчас, — прошептал он, прогнувшись в пояснице, и длинно лизнул вдоль шрама. — Стоп-слова есть? Поиграем? — он стиснул сосок в пальцах.
Сат попытался кивнуть, но затем откинул голову.
— Да. Да, вашу мать, хочу! Стоп-слово… Хорошо, пусть будет Клансбрадхольм, не… не перепутаете… а-а-а черт, еще! — он снова начал подмахивать, и улыбка больше напоминала оскал.
Мэл разошелся и вгонял так, что его аж подкидывало, а Бэйс взялся играть на контрасте. Он нежно тискал соски, восторженно представляя, как бы поставить на них колечки, гладил шею и губы, терся об него, пользуясь тем, что Сат с разведенными и пристегнутыми руками может только бессильно сжимать кулаки. Потом встал прямо перед его лицом на коленях, и коснулся членом губ, потерся немного, примериваясь.
— Хочешь? — он даже сохранял игривый нежный тон. Сат мотнул головой, но при этом облизнул губы, так что Бэйс рассудил — можно. Нужно даже. — Давай, не стесняйся… все равно ведь выебу твой… блядский… рот… — он придержал ладонью макушку Сата, не слишком жестко, но не давая отвернуться. — Бля-а-адь… любишь это? Любишь, сладкий, любишь, горячий… Я же вижу, ты давно мечтаешь, чтоб тебя в два хера… — он плавно надавил членом на сжатые губы, без рывков, не давая закашляться: — … Отодрали во все дырки…
Он теперь чувствовал резкие рывки, и сам старался не расходиться, плавно трахая рот, потом притормаживая — чтобы любовник мог отсосать хорошенько, работая языком и губами, потом опять начинал проталкиваться. Ему в какой-то момент стало интересно, сколько он сможет загнать, и он входил все глубже и глубже, пока не понял, что уже в горле, сжимающим до умопомрачения его головку. Он резко отодвинулся, давая продышаться — и снова надавил, входя по самые яйца. Нацепленный ошейник тоже немного сдавливал Сату горло, и Бэйс буквально ощущал его глотки, прокатывающиеся по всему члену. Осмелев — и поняв, что Сату нравится — он начал трахать рот уже безо всякого сомнения, глубоко загоняя, потом выходя, и снова вбиваясь под корень, и снова водя мокрой головкой по судорожно раскрытым губам.
— Вот это да, — он судорожно вздыхал. — Как ты сосешь, сдохнуть можно!
Сат, ясное дело, не ответил, только стиснул снова губами самый кончик головки, скользя по мокрой резинке. Да… засаживать по самые гланды лучше все же без ошейника, подумалось внезапно. А потом представилось, как этот же самый Сат трахал рот Мэла только что. Фак. Фак, фак, фак… Яйца, казалось, сейчас взорвутся к ебеням. — Сучка… сейчас спущу тебе в глотку, блядь, ммм… — почему-то с этим парнем вся такая лексика вылетала просто на ура.
Мэл хлопнул его по заднице и дернул на себя, целуя взасос.
— Выеби его второй раз, а пока остынь, — он сжал этим своим фирменным жестом и Бэйса под яйцами, заставляя притормозить: — Я почти на пределе.
Он с оттяжкой вгонял, и его член, чуть длиннее, но тоньше, чем у Бэйса, уже как будто пульсировал под тонким слоем латекса. До ужаса хотелось видеть, как бы он спустил в глубине, как текло бы…
Бэйс стиснул приятелю задницу, резко подтолкнул, шлепнул — и тот сорвался, с рычанием кончая в дрожащего от сверхвозбуждения Сата.
И медленно отстранился, вытягивая все до конца — головка вышла из растраханного ануса с влажным, невероятно блядским звуком.
— Хочешь кончить? — Бэйс потерся щекой о внутреннюю сторону бедра Сата. — У тебя небось уже все распирает… — он медленно втолкнул пальцы, развел их, не давая сомкнуться заднице, начал осторожно вдвигать, понемногу, почти нежно, задевая простату, как надо.
— Хочет, конечно.
— В тебя кончать можно? Мы чистые по сотне параметров, и я жажду посмотреть, как из твоей блядской жопы потечет. Отвечай, — попробовал он добавить стали в голос и сжал сильнее пальцы на горле.
— Нет, — и вот такое, как бы ни хотелось притвориться, что это игра, они игнорировать не стали бы. Нет, значит, нет, хотя тихий разочарованный вой вырвался у обоих. — Потом, сучки!
Сата колотило крупной дрожью, как от хорошей наркоты, но глаза — Бэйс проверил, глаза у него были чистые. Просто давно не трахался как следует, заключил он с долей уверенности. И перло его от такого обращения тоже очень серьезно, это точно. Интересно, как этот бешеный отреагирует на хлыстик? Вероятно, отберет и излупцует… но Бэйса это устраивало в принципе.
Он сунул руку под кровать, и к восторгу своему нащупал и ящичек, и привычное для этого курорта наполнение. Кляп? Нет. Вот эти мягкие ремни — пожалуй. Еще пробка приличного диаметра, еще ошейник, из хорошей мягкой кожи…
Бэйс сел поперек груди Сата, так, чтобы кончик снова вставшего хуя как раз коснулся подбородка, и деловито принялся паковать — запястья, шея, затянуть потуже, чтобы чуть-чуть контролировало…
— Ты наша сучка сейчас, — прошептал он, прогнувшись в пояснице, и длинно лизнул вдоль шрама. — Стоп-слова есть? Поиграем? — он стиснул сосок в пальцах.
Сат попытался кивнуть, но затем откинул голову.
— Да. Да, вашу мать, хочу! Стоп-слово… Хорошо, пусть будет Клансбрадхольм, не… не перепутаете… а-а-а черт, еще! — он снова начал подмахивать, и улыбка больше напоминала оскал.
Мэл разошелся и вгонял так, что его аж подкидывало, а Бэйс взялся играть на контрасте. Он нежно тискал соски, восторженно представляя, как бы поставить на них колечки, гладил шею и губы, терся об него, пользуясь тем, что Сат с разведенными и пристегнутыми руками может только бессильно сжимать кулаки. Потом встал прямо перед его лицом на коленях, и коснулся членом губ, потерся немного, примериваясь.
— Хочешь? — он даже сохранял игривый нежный тон. Сат мотнул головой, но при этом облизнул губы, так что Бэйс рассудил — можно. Нужно даже. — Давай, не стесняйся… все равно ведь выебу твой… блядский… рот… — он придержал ладонью макушку Сата, не слишком жестко, но не давая отвернуться. — Бля-а-адь… любишь это? Любишь, сладкий, любишь, горячий… Я же вижу, ты давно мечтаешь, чтоб тебя в два хера… — он плавно надавил членом на сжатые губы, без рывков, не давая закашляться: — … Отодрали во все дырки…
Он теперь чувствовал резкие рывки, и сам старался не расходиться, плавно трахая рот, потом притормаживая — чтобы любовник мог отсосать хорошенько, работая языком и губами, потом опять начинал проталкиваться. Ему в какой-то момент стало интересно, сколько он сможет загнать, и он входил все глубже и глубже, пока не понял, что уже в горле, сжимающим до умопомрачения его головку. Он резко отодвинулся, давая продышаться — и снова надавил, входя по самые яйца. Нацепленный ошейник тоже немного сдавливал Сату горло, и Бэйс буквально ощущал его глотки, прокатывающиеся по всему члену. Осмелев — и поняв, что Сату нравится — он начал трахать рот уже безо всякого сомнения, глубоко загоняя, потом выходя, и снова вбиваясь под корень, и снова водя мокрой головкой по судорожно раскрытым губам.
— Вот это да, — он судорожно вздыхал. — Как ты сосешь, сдохнуть можно!
Сат, ясное дело, не ответил, только стиснул снова губами самый кончик головки, скользя по мокрой резинке. Да… засаживать по самые гланды лучше все же без ошейника, подумалось внезапно. А потом представилось, как этот же самый Сат трахал рот Мэла только что. Фак. Фак, фак, фак… Яйца, казалось, сейчас взорвутся к ебеням. — Сучка… сейчас спущу тебе в глотку, блядь, ммм… — почему-то с этим парнем вся такая лексика вылетала просто на ура.
Мэл хлопнул его по заднице и дернул на себя, целуя взасос.
— Выеби его второй раз, а пока остынь, — он сжал этим своим фирменным жестом и Бэйса под яйцами, заставляя притормозить: — Я почти на пределе.
Он с оттяжкой вгонял, и его член, чуть длиннее, но тоньше, чем у Бэйса, уже как будто пульсировал под тонким слоем латекса. До ужаса хотелось видеть, как бы он спустил в глубине, как текло бы…
Бэйс стиснул приятелю задницу, резко подтолкнул, шлепнул — и тот сорвался, с рычанием кончая в дрожащего от сверхвозбуждения Сата.
И медленно отстранился, вытягивая все до конца — головка вышла из растраханного ануса с влажным, невероятно блядским звуком.
— Хочешь кончить? — Бэйс потерся щекой о внутреннюю сторону бедра Сата. — У тебя небось уже все распирает… — он медленно втолкнул пальцы, развел их, не давая сомкнуться заднице, начал осторожно вдвигать, понемногу, почти нежно, задевая простату, как надо.
— Хочет, конечно.
Страница 4 из 33
