Граница между демоном и…

Причем к дороге надо будет пробираться через пасеку с чертовыми пчелами. Но мужественно продолжил:

— А если хоть что-то, что ты увидишь, будет достойно звания человека, тогда тебе придется извиняться намного больше, чем ты думаешь, потому что, черт подери, мне это нужно, и я имею на это право после того, что ты сделал, — Дин выдохнул, собираясь с мыслями. Кас молча слушал. — Но в таком случае я постараюсь… постараюсь простить тебя.

Дин закрыл глаза, трусливо не желая наблюдать за тем, как его судят. Может, он и говорил, что простит, но в чужом прощении он нуждался не меньше.

Воспоминания о прошлых, демонских деяниях гнали его на охоту, но ни одна так и не смогла его успокоить, изгнать постоянное чувство вины. Охота только немного притупляла его беспокойство, но не могла убедить, что он заслужил отдых и покой. Бобби ворчал на него, но не мешал. Дин думал, это из-за того, что Бобби и самого мучило прошлое, и он знал, какого это.

Кастиэль отнял голову от его плеча.

Только для того, чтобы поцеловать Дина.

Дин вздрогнул от неожиданности, с некоторым трудом переборов инстинктивное желание оттолкнуть. Он вспомнил, как давно, еще в прошлой жизни, Кастиэль безынициативно лежал под ним, не поддаваясь ласкам. Сейчас Кас просил своим поцелуем о чем-то, мягко, но настойчиво захватывая губы, а вскоре и весь рот Дина. Широко распахнув глаза, Дин увидел напротив его закрытые веки.

Через мучительно-долгие мгновения сомнений Дин отстранил от себя ангела.

— Кас, я так не могу, — Дин мысленно выругал себя за розовосопельную фразу. — Ты даже не взглянул на меня!

— Я и так знаю, что увижу. Твои слова меня в этом убедили. Считай, я так сделал свою ставку, — улыбнулся Кастиэль и открыл глаза. Он замер, оглядывая Дина. Взгляд стал глубоким, Дин готов был поспорить, что он может просканировать его печень. Но остался таким же мягким, когда снова встретился с человеческим.

— Ты прекрасен, Дин. Можно, я помогу тебе светить? — он уткнулся лбом в лоб Дина, мягко улыбаясь.

— О чем ты… — Дин совсем смешался.

— Позволь мне стать твоим ангелом-хранителем. Помогать тебе. Честно, ты больше не пожалеешь, что я буду присутствовать в твоей жизни.

— Я даже до сих пор не знаю толком, что это за хранительство такое, объяснил бы толком, — нервно хмыкнул Дин. Такая близость Кастиэля беспокоила его. Правда, совсем не по тем причинам, по которым он беспокоился бы раньше.

— Связь дается свыше. Она нужна, чтобы человек смог достичь великих вершин, раскрыть все свои способности и возможности. Задача ангела — осветить ему дорогу.

— Думаю, моя жизнь достаточно похерена. Ты же не думаешь, что из этого выйдет что-то путное.

— Даже если и не выйдет, плевать.

— Плевать? — непривычное слово для Кастиэля. — Зачем тогда вообще…?

— Я просто хочу видеть тебя счастливым. Ты ведь чувствуешь сейчас, да? — Кастиэль медленно повел руками по лопаткам Дина.

— Да, — Дин знал, о чем он. О спокойствии и тепле, разливавшемся под кожей. — Я и раньше чувствовал, — в каком-то порыве признался он. — Когда был демоном.

Кастиэль остановился.

— Я не знал.

Дин неопределенно пожал плечами, уставившись вниз, на полы плаща Кастиэля, укрывшие их ноги. Кастиэль, кажется, неправильно его понял, потому что отстранился от Дина, все еще продолжая придерживать за плечи.

— Прости меня, Дин. Я ничего не понимал.

Он сказал это совсем не так, как раньше. Серьезно. Осознанно. Дин понимал, что ответ должен быть таким же. Решающим.

Но нельзя было просто так взять и простить. Нельзя.

— Я услышал тебя. Давай… Давай попробуем. С этой… связью.

О черт, он это сказал. Кастиэль улыбнулся. Одними губами, но совершенно искренне.

— А ангелы-хранители всегда целуют своих подопечных взасос? — выпалил Дин, быстро переводя тему, пытаясь, черт побери, вернуть себе свое душевное равновесие.

— Один раз ты сказал мне, что это самый быстрый и верный способ узнать человека. Ты же правду тогда сказал? — вдруг засомневался Кастиэль.

— Абсолютную правду. Только не пробуй делать это с каждым встречным и тем более встречной. Это делают по обоюдному желанию, — Дин подумал, что бывший Дин-демон точно бы опплевался от такого описания. Но ему пришлось многое осмыслить, чтобы снова научиться находиться рядом с женщинами и не лезть на стенку от удушающего чувства вины перед ними.

— Занятия любовью должны быть только для тех, кого любишь. Это я знаю, — уверенно ответил Кастиэль. У Дина вдруг внутри что-то ухнуло от этих слов. Ну нельзя же такое говорить прямо в лицо без предупреждения!

Он резко вскочил с земли, нервно отряхиваясь. Кастиэль встал за ним, стараясь снова словить его взгляд.

— Кас, мне бы домой, к Бобби. Да и тебе стоит вернуться к своим ангелам.