Зеркальное отражение

Энни шла и шла, но никаких признаков жилья ей не попадалось. Наоборот, окружающее становилось всё менее приветливым, моросящий дождик не прекращался, по обочинам дороги торчала жёсткая трава, кое-где земля была развезена, иногда доносился запах гнили. Наконец она увидела вдалеке дым и ускорила шаг. Дорога повернула, обогнула холм и снова вывела на поле, и Энни увидела, что то, что она приняла за дым от костра, на самом деле дым от пожарища. Горел какой-то дом, и она поспешила вперёд, надеясь, что сможет помочь, но остановилась, сама не своя от неожиданности.

На краю дороги, у границы пшеничного поля на уцелевших жёлтых кирпичах кто-то сидел. Бежать? Заговорить? Спустя секунду Энни узнала Мон-Со. Тот тоже её узнал, но, судя по лицу, не верил, что перед ним именно она.

― Энни? ― неуверенно спросил он, вскочив и намереваясь то ли бежать, то ли защищаться.

― Только не убегайте от меня! ― взмолилась Энни, бросаясь к нему и для верности хватая за рукав. ― Ильсор от меня уже убежал! Вы знаете, где мы?

Мон-Со посмотрел на неё уже теплее.

― Ты действительно не плод моего воображения и не чудовище из подсознания? ― спросил он.

― Я Энни, а не чудовище! ― возмутилась та. ― Я пошла с Ильсором и оказалась здесь. Какая это часть страны?

― Ты пошла с Ильсором и оказалась в неизвестном месте, которое выглядит странно и не похоже на ту страну, которую мы знали? ― педантично уточнил Мон-Со. ― Я тоже. И мне это совпадение не нравится.

― Пойдёмте в Изумрудный город? ― предложила Энни. ― А что это там горит?

― Лучше туда не ходить, ― предостерёг Мон-Со.

― Почему? ― удивилась Энни.

― Потому что я ― безмозглый идиот, ― сказал Мон-Со, увлекая её дальше по дороге. ― Идём. Куда-нибудь мы точно придём. А пока расскажи мне, что с тобой случилось?

Ригану просто необходимо было найти укромное место, причём желательно подальше от Лон-Гора, который жаждал схватить его и заставить лечь спать. Самое укромное было в лазарете у Ар-Лоя, но Риган даже в полусонном состоянии догадался, что там его будут искать в первую очередь. Словно пьяный от происходящего, особенно от того, что изредка даже позволял себе покрикивать на менвитов, Риган добрёл до ангара. Стабилизатор работал как надо, и тонкая трубка соединяла его с топливной бочкой, прозрачная, как кристалл.

― Слава тому, кто изобрёл молекулярный синтез, ― вздохнул Риган, оценив качество топлива на глаз. ― Можно я тут посижу, пока не понадоблюсь?

Нур-Кай посмотрел на него через защитные очки и кивнул. Риган устроился в углу на свёрнутой плёнке, которую сняли со стабилизатора, и стал смотреть, как Нур-Кай работает, как следит за данными на экране и изредка берёт на себя управление процессом.

Так, на плёнке, он и уснул, измученный волнением, и только Нур-Кай разбудил его. Сам он, судя по тёмным кругам под глазами, так и не прилёг, и Риган пожалел, что Темера и Ирне здесь нет, они могли бы помочь…

― Что случилось? ― спросил он, подскакивая на плёнке и глядя на часы: было уже три, хотелось есть, во рту пересохло.

― Есть две проблемы, ― сказал Нур-Кай, помогая ему подняться. За стенами ангара затихал вертолётный винт; Риган выскочил, прищурился. Дул сильный ветер, небо закрывала туча, а недалеко от ангара стояла «двойка».

― Дозаправка, ― кивнул Риган и вытащил из кармана рабочие перчатки. ― Это мы мигом. Вон там сколько помощников собралось уже.

― Да, и ещё… ― начал Нур-Кай, но Риган только махнул ему и побежал работать.

― Пропустите единственного техника! ― велел он, и менвиты послушно расступились. Слова «А вы трое прикатите бочку» так и замерли у Ригана на губах.

Прямо перед ним, прижимая к груди набитый какими-то листьями и венчиками цветов пакет, стоял Юми, бледный до синевы. «Живым не дамся» так и было написано у него на лице. Тейнерд, уронив рюкзак, прижимался к борту вертолёта и обнимал Аларта. Теперь было понятно, почему Нур-Кай говорил про две проблемы.

Риган оглянулся в поисках штурмана, но того уже куда-то унесло. Бросил ботаников и понёсся куда-то, забыв, что менвиты тоже любопытны… а арзаки напуганы!

― Привет? ― попробовал он.

― А ты теперь с ними? ― спросил Юми дрожащим голосом.

― Я со всеми, ― успокоил его Риган и обернулся: ― Слушайте, вы же их пугаете!

― Я не пугаю! ―за всех возмутился Аль-Рос.

― А я? ― спросил То-Нор, подбегая. Он словно пытался найти взгляды троих своих подчинённых, но никто из них предусмотрительно не поднимал на него глаза.

― При встрече говорят «здравствуйте», ― веско напомнил Риган. ― Для начала.

― Я могу сказать и «привет»! ― возразил То-Нор. ― А вы что можете сказать?

― Что в этой местности преобладают однодольные сорняковые растения, а двудольные по большей части культивируются, ― выдал Аларт, наверное, на нервах.