Зеркальное отражение

― Когда вернёмся ― напомни мне научить тебя обращаться с холодным оружием, ― сказал он. ― Не могу на это смотреть.

― Не смотрите! ― огрызнулась обиженная Энни и решительно высунулась из укрытия. Мон-Со только и успел, что поймать её за ворот собственного мундира.

Трава впереди зашевелилась, густая, тёмно-зелёная, но уже с явными следами пожухлости на венчиках, и они оба замолчали.

― Кто здесь? ― громко спросил Мон-Со, целясь в подозрительное место из пистолета.

― На помощь! ― раздался слабый голос откуда-то из глубины, и Мон-Со, изменившись в лице, нырнул в заросли. Перепуганная Энни переминалась с больной ноги на здоровую и слушала, как в глубине перепутанных между собой трав и кустов тащат что-то тяжёлое.

― Ещё один? ― спросила она, когда Мон-Со вынес свой улов на ровное место и уложил на траву у стены избушки.

Найденный был менвитом, и он явно пребывал не в лучшем состоянии. Энни его не знала, но при виде безумных глаз, которые обшаривали всё вокруг, и окровавленной одежды не могла не проникнуться жалостью.

― Он ранен! ― воскликнула она, присаживаясь рядом на корточки. ― И у нас ничего нет.

― У него есть, ― сказал Мон-Со и вернулся уже с рюкзаком, который, по-видимому, и принадлежал его товарищу. ― Руки покажите! Кто вас так?

― Он… ушёл? ― спросил менвит, отчаянно цепляясь за него. ― Пожалуйста, скажите, он ушёл?

― Здесь никого нет, ― терпеливо ответил Мон-Со, потроша рюкзак, наверное, в поисках аптечки. Скорее всего, каждому полагалось носить её с собой. ― Так, снимайте куртку. Проклятье, кто вас так изрезал?

― Я… сам… ― признался менвит. Он с трудом сел, привалившись к стене, и смотрел в землю, изредка испуганно вскидываясь и оглядывая лес.

― Ещё один! ― злобно выплюнул Мон-Со, хватая его за окровавленное предплечье. Энни не поняла, что он имеет в виду. Больше всего сейчас она чувствовала себя лишней, не в силах помочь.

― Так что случилось? ― спросила она, поглаживая раненого по плечу. ― Почему вы так?

― Он меня заставил… ― с трудом проговорил менвит. Нижняя губа у него была разбита или искусана.

― Кто? ― продолжала спрашивать Энни, надеясь его разговорить и отвлечь.

― Эйгард? ― уточнил Мон-Со, бинтуя ему руку.

При звуках этого имени менвит вздрогнул и попытался вырваться.

― Откуда вы… ― выдохнул он с ужасом. ― Мой полковник!

― Да ладно! ― со злостью ответил Мон-Со, крепко завязывая бинт. ― Можно подумать, никто не знал, что вы бессердечная скотина! Даже мне стало не по себе, когда я оглянулся и осознал то, что творилось вокруг.

Свободной рукой менвит закрыл глаза.

― Ну давайте, расскажите нам, что произошло? Он сделал с вами то же, что и вы с ним? Заставил вас исполосовать себя, а вы ничем не могли помешать? ― В голосе Мон-Со слышалась издёвка, но Энни, у которой ком стоял в горле, не могла и слово вымолвить, чтобы заставить его прекратить издеваться над раненым. ― Только вот как он это сделал?

― Изумруд… ― прошептал менвит. ― Не надо было его выбрасывать. Я понял, что он блокирует гипноз, недаром они проверяли, ношу ли я его с собой. А потом…

― Потом вы увидели Ильсора и пошли с ним, ― проговорила Энни. ― Так?

― Так, ― подтвердил менвит, словно впервые её заметив. ― Погнался за ним, потому что он имел наглость…

― И вы попали в это странное место, где творятся странные вещи, а ваш бывший раб мстит вам? ― спросил Мон-Со и продолжил, не дожидаясь ответа: ― Моя догадка подтверждается. Мы не в Волшебной стране.

― А где? ― вытаращилась Энни.

Мон-Со закончил с бинтами и присел прямо на траву.

― Мы в каком-то другом месте. Тебе больно?

― Больно, ― кивнула Энни.

― Это может быть обманом, ― сказал Мон-Со. ― Всё вокруг может быть иллюзией. Мы бродим по собственному подсознанию и встречаемся с самыми страшными своими страхами, потому что они есть у каждого. А наши тела в это время лежат где-нибудь, медленно умирая. И у нас ― у меня ― нет никакого способа увериться, что это не так. И я даже не уверен, что вы оба реальны, а не мои галлюцинации. Почему я встретил в своём подсознании Энни и Ман-Ра? Но у подсознания нет привычной нам логики, и потому я не могу ответить.

Энни слушала его, открыв рот.

― Но я настоящая! ― обиделась она. ― Это я, Энни, у меня есть прошлое, и вообще…

― В том-то и дело, ― возразил Мон-Со. ― Ты только говоришь.

― Всё равно, ― с достоинством произнесла Энни. ― Есть вероятность, что я всё же не иллюзия, поэтому будьте добры, помогите перебинтовать ногу заново!

Пришедшая в себя Стелла взмахнула палочкой и превратила один из камней в кресло с розовой обивкой.

― Как вы себя чувствуете? ― спросил Рем-Аш, почтительно беря фею за руку, чтобы пощупать пульс.