Фандом: Изумрудный город. Менвиты спасают арзаков из Пещеры, пока серый туман наползает на Волшебную страну, которая погибает всё быстрее. Общая опасность объединяет, но главная битва — это сражение с самим собой.
Добавить в моё избранное
206 мин, 7 сек 6116
― Он согласен, но только с условием: резко не хватать, не пугать и вести себя вежливо, ― перевёл Мевир.
― Вот и славно, ― вздохнул Мур-Тен. Айстан подал ему три ремня, и вскоре импровизированная упряжь была готова. Эйгарду пришлось обнять Мур-Тена за шею, и тот нарочито весело фыркнул:
― Даже не тяжело, только не придуши меня, ладно?
― Ты сам пойдёшь? ― спросил Айстан Мевира и с сомнением посмотрел на оставшихся четверых.
― Сам, ― отрезал Мевир. Он пока что чувствовал в себе силы идти дальше, по крайней мере, не собирался падать. Если упадёт ― его поднимут, но пока можно идти самому, не стоит пренебрегать этой возможностью. Потому что иначе тех, кто по-настоящему умеет сражаться, останется всего трое…
― Двое впереди, двое замыкают, Мур-Тена в середину, ― скомандовал Ни-Лат. ― Ну, пойдём.
Мевир даже приободрился. Помощь была неожиданной, принимать её было страшновато, но пока что никто не покушался на их свободу. Что будет в Ранавире, он не знал. Эйгарду явно стало полегче, он склонил голову Мур-Тену на плечо и закрыл глаза. Мевир потрогал его за локоть и успокоился.
Дорогу до границы Голубой страны они преодолели довольно быстро, даже усталость куда-то делась, спугнутая надеждой. Больше всего на свете Мевир мечтал о тёплой постели ― забраться под одеяло и дрожать там от озноба, может быть, удастся немного поспать. Хотя вряд ли полковник даст сразу завалиться в постель, наверняка сначала будет долго осматривать и поить лекарствами…
Дорога, вымощенная жёлтым кирпичом, уже закончилась, но Мевир не сразу это понял. Они шли по тропе через поле, которая нырнула в лес, и пришлось растянуться цепочкой по одному. Напряжение охраняющих их менвитов чувствовалось даже на расстоянии, они и пистолеты достали, не сговариваясь. Мевир шёл, стиснув зубы, склонив голову и спрятав окоченевшие руки под мышками, и, пожалуй, ему было всё равно, что может произойти.
― Стой, кто идёт? ― раздался издалека голос, и он с ужасом понял, что проспал всё на свете: они уже приближались к воротам Ранавира.
Несмотря на темноту, в лагере никто не спал, ну и верно, отбоя-то ещё не должно было быть, несмотря на то, что день катастрофически уменьшился. У ворот их встречали.
― Привет, ― первым сказал Мевир Ригану, мазнул взглядом по темнеющему на рубашке ордену и отметил, что всё, что они слышали о его приключениях, правда.
Риган и Лон-Гор, видимо, ждали их у ворот давно, не в силах отойти от них, да и часовые, наверное, извелись, вглядываясь в темноту.
― Эйгарда несите в карантинную палату, ― приказал Лон-Гор. ― Где Мевир?
Айстан с удовольствием вытолкнул Мевира прямо перед ним, и тот шмыгнул носом и вытер его рукавом. Признаки болезни были налицо.
― Мевира туда же, ― добавил Лон-Гор. ― Обоих раздеть и под душ, сначала под дезинфекцию. Что до остальных…
Мевир задержался, не позволив себя увести, хотя Мур-Тена уже освободили от его ноши и кто-то со свежими силами понёс Эйгарда в замок.
Сгрудившись, арзаки смотрели на полковника хмуро, настороженно, показывая, что даже здесь не собираются сдаваться.
― Все переехали в замок, ― сказал Лон-Гор, ― там теплее, есть обогреватели и камины. Не хмурьтесь, я не оставлю вас замерзать. Но сначала на кухню, ужин вы всё же пропустили, но То-Нор припас еды, чтобы на всех хватило.
Уверившись, что жизнь более-менее нормализуется, Мевир позволил себя увести, а потом начались мучения. Сначала пена, под которую его с Эйгардом засунули Сен-Мей и Нур-Кай, причём последний почему-то то и дело фыркал и говорил, что запишется к Лон-Гору третьим ассистентом, благо фармакологию всё равно сдаст ему на «отлично». Мевир не понимал, к чему это он, но болтовня обычно сдержанных менвитов вселяла спокойствие. Потом их переодели в пижаму и оставили в карантинной палате одних, но ненадолго. Лон-Гор влетел, как вихрь, просканировал обоих с ног до головы, взял анализ крови, а пока сканер думал, ощупал обоим горло, грудь, за ушами, заглянул в рот, посмотрел результаты анализа и наконец облегчённо выдохнул:
― И где вы ухитрились?
― Переплывали холодную реку, ― прохрипел Мевир. Ему хотелось сжаться в комочек и так и лежать, но Эйгард на соседней койке выглядел таким несчастным, что он высунул руку из-под одеяла, пытаясь дотянуться. Эйгард слабо дёрнулся в ответ, но тоже не достал. Лон-Гор мученически закатил глаза, пробормотал:
― И ради этого я нарушаю санитарные нормы! ― и налёг на койку Мевира. Ножки заскребли по полу, и Мевир не успел и охнуть, как они с Эйгардом оказались вплотную.
― Обалдеть! ― проговорил он, радостно зарываясь в одеяла. ― Вместе болеть веселее, спасибо!
Несмотря на видимый оптимизм, тепло, покой и безопасность подкосили его больше, чем он мог предположить. Лон-Гор напоил их обоих разведённым в воде порошком, смазал обмётанные губы прохладным гелем и велел отдыхать.
― Вот и славно, ― вздохнул Мур-Тен. Айстан подал ему три ремня, и вскоре импровизированная упряжь была готова. Эйгарду пришлось обнять Мур-Тена за шею, и тот нарочито весело фыркнул:
― Даже не тяжело, только не придуши меня, ладно?
― Ты сам пойдёшь? ― спросил Айстан Мевира и с сомнением посмотрел на оставшихся четверых.
― Сам, ― отрезал Мевир. Он пока что чувствовал в себе силы идти дальше, по крайней мере, не собирался падать. Если упадёт ― его поднимут, но пока можно идти самому, не стоит пренебрегать этой возможностью. Потому что иначе тех, кто по-настоящему умеет сражаться, останется всего трое…
― Двое впереди, двое замыкают, Мур-Тена в середину, ― скомандовал Ни-Лат. ― Ну, пойдём.
Мевир даже приободрился. Помощь была неожиданной, принимать её было страшновато, но пока что никто не покушался на их свободу. Что будет в Ранавире, он не знал. Эйгарду явно стало полегче, он склонил голову Мур-Тену на плечо и закрыл глаза. Мевир потрогал его за локоть и успокоился.
Дорогу до границы Голубой страны они преодолели довольно быстро, даже усталость куда-то делась, спугнутая надеждой. Больше всего на свете Мевир мечтал о тёплой постели ― забраться под одеяло и дрожать там от озноба, может быть, удастся немного поспать. Хотя вряд ли полковник даст сразу завалиться в постель, наверняка сначала будет долго осматривать и поить лекарствами…
Дорога, вымощенная жёлтым кирпичом, уже закончилась, но Мевир не сразу это понял. Они шли по тропе через поле, которая нырнула в лес, и пришлось растянуться цепочкой по одному. Напряжение охраняющих их менвитов чувствовалось даже на расстоянии, они и пистолеты достали, не сговариваясь. Мевир шёл, стиснув зубы, склонив голову и спрятав окоченевшие руки под мышками, и, пожалуй, ему было всё равно, что может произойти.
― Стой, кто идёт? ― раздался издалека голос, и он с ужасом понял, что проспал всё на свете: они уже приближались к воротам Ранавира.
Несмотря на темноту, в лагере никто не спал, ну и верно, отбоя-то ещё не должно было быть, несмотря на то, что день катастрофически уменьшился. У ворот их встречали.
― Привет, ― первым сказал Мевир Ригану, мазнул взглядом по темнеющему на рубашке ордену и отметил, что всё, что они слышали о его приключениях, правда.
Риган и Лон-Гор, видимо, ждали их у ворот давно, не в силах отойти от них, да и часовые, наверное, извелись, вглядываясь в темноту.
― Эйгарда несите в карантинную палату, ― приказал Лон-Гор. ― Где Мевир?
Айстан с удовольствием вытолкнул Мевира прямо перед ним, и тот шмыгнул носом и вытер его рукавом. Признаки болезни были налицо.
― Мевира туда же, ― добавил Лон-Гор. ― Обоих раздеть и под душ, сначала под дезинфекцию. Что до остальных…
Мевир задержался, не позволив себя увести, хотя Мур-Тена уже освободили от его ноши и кто-то со свежими силами понёс Эйгарда в замок.
Сгрудившись, арзаки смотрели на полковника хмуро, настороженно, показывая, что даже здесь не собираются сдаваться.
― Все переехали в замок, ― сказал Лон-Гор, ― там теплее, есть обогреватели и камины. Не хмурьтесь, я не оставлю вас замерзать. Но сначала на кухню, ужин вы всё же пропустили, но То-Нор припас еды, чтобы на всех хватило.
Уверившись, что жизнь более-менее нормализуется, Мевир позволил себя увести, а потом начались мучения. Сначала пена, под которую его с Эйгардом засунули Сен-Мей и Нур-Кай, причём последний почему-то то и дело фыркал и говорил, что запишется к Лон-Гору третьим ассистентом, благо фармакологию всё равно сдаст ему на «отлично». Мевир не понимал, к чему это он, но болтовня обычно сдержанных менвитов вселяла спокойствие. Потом их переодели в пижаму и оставили в карантинной палате одних, но ненадолго. Лон-Гор влетел, как вихрь, просканировал обоих с ног до головы, взял анализ крови, а пока сканер думал, ощупал обоим горло, грудь, за ушами, заглянул в рот, посмотрел результаты анализа и наконец облегчённо выдохнул:
― И где вы ухитрились?
― Переплывали холодную реку, ― прохрипел Мевир. Ему хотелось сжаться в комочек и так и лежать, но Эйгард на соседней койке выглядел таким несчастным, что он высунул руку из-под одеяла, пытаясь дотянуться. Эйгард слабо дёрнулся в ответ, но тоже не достал. Лон-Гор мученически закатил глаза, пробормотал:
― И ради этого я нарушаю санитарные нормы! ― и налёг на койку Мевира. Ножки заскребли по полу, и Мевир не успел и охнуть, как они с Эйгардом оказались вплотную.
― Обалдеть! ― проговорил он, радостно зарываясь в одеяла. ― Вместе болеть веселее, спасибо!
Несмотря на видимый оптимизм, тепло, покой и безопасность подкосили его больше, чем он мог предположить. Лон-Гор напоил их обоих разведённым в воде порошком, смазал обмётанные губы прохладным гелем и велел отдыхать.
Страница 43 из 57
