Фандом: Сотня. Если прийти к Беллами с вопросом, что же значил их один нечаянный поцелуй, то какой можно получить ответ?
Добавить в моё избранное
14 мин, 39 сек 9236
Беллами сдавленно охнул. Мёрфи поймал его взгляд и только криво улыбнулся в ответ. Слова не требовались. Ты меня трижды выебал, с разгону засаживая по самые яйца, пришла пора платить по счетам.
Беллами моргнул и сам придвинулся ближе, пытаясь расслабиться. Мёрфи толкнулся вперед, преодолевая сопротивление мышц. Он мог быть осторожнее, но к черту, он не хотел. Собственная задница горела, при каждом движении отдавая тягучей пульсирующей болью во все тело. Но это только еще больше возбуждало. И Беллами не белоснежка, потерпит.
Единственная поблажка, которую Мёрфи позволил себе — или ему, он уже не был уверен, ради кого и почему он поступал именно так — это входить медленно и плавно, а не как Белл в первый раз, в несколько рывков. Беллами закусил многострадальную губу, откидывая голову, и Мёрфи едва не кончил прямо сейчас от одного только взгляда на ходящий на его шее кадык.
Но он удержался. А потом двигался внутри Беллами, даже несмотря на снова плывущее от усталости и желания вырубиться сознание, ухитряясь наслаждаться каждым его стоном, каждым его рывком — сначала в едва заметных попытках отстраниться, а после все яростнее и навстречу. Даже в полубессознательном состоянии он цепко удерживал взглядом взгляд Беллами, не давая ему отвести свой и безмолвно непрерывно напоминая, кто тут кого сейчас имеет в зад и кто кому подмахивает. И Беллами тонул в его глазах еще глубже и безнадежнее, чем сам Мёрфи еще четверть часа назад плавился и тек в его руках.
Когда Мёрфи кончал в Беллами, по его губам скользнула извечная кривая улыбка. Статус-кво восстановлен. Всегда всего поровну. И той же монетой.
Как они оказались в кровати, Мёрфи уже не помнил, но утром оба проснулись в ней, что было куда приятнее, чем на холодном полу.
— Прости, — хрипло произнес Беллами, выжидательно и виновато глядя на Мёрфи. — Я совсем башкой поехал. Все эти дни, все это время мог думать только об одном. А когда ты сам пришел…
Мёрфи только хмыкнул.
— … То я вообще с катушек слетел, — покаянно закончил Беллами.
— Да, я заметил, — кивнул Мёрфи и только сейчас обратил внимание на его прекрасный утренний стояк.
Беллами проследил за взглядом, смутился и потянулся к покрывалу, чтобы прикрыться, но Мёрфи перехватил его руку. К черту, сегодня у них заканчиваются щедро выданные Эбби больничные — ему по поводу кровопотери, а Беллами — из-за сотрясения, и завтра у обоих уже начинаются обычные смены. Но впереди же еще целый день, а гудящая задница — отнюдь не повод не использовать его с толком. До следующего совпадающего выходного — полторы недели, успеет пройти.
— Ты псих, ты знаешь это? — прошептал Беллами ему в ухо в промежутке между поцелуями.
Мёрфи только фыркнул, вылезая к нему на колени и пристраиваясь к его члену, который тут же протолкнулся внутрь, где еще с прошедшей ночи было растянуто, горячо и все еще скользко от не до конца вытекшей спермы.
Беллами положил руки Мёрфи на перекладину над кроватью, предлагая новую игру, которую тот с готовностью принял. Потом закинул ноги Мёрфи себе на плечи и осторожно встал с кровати, придерживая, чтобы тот не соскользнул с его члена.
Мёрфи повис между перекладиной и Беллами. Тот ухмыльнулся, Мёрфи ответил провокационной и еще более наглой улыбкой. Беллами дернул бедрами, полностью выходя из Мёрфи, и следующим движением размашисто снова загнал в него свой член, так что яйца звонко шлепнули по заднице. Мёрфи выгнулся дугой, давя вскрик и превращая его в стон. Очень призывно звучащий стон.
А пару секунд спустя прогнулся обратно, обвисая на руках Беллами, раскрыл зажмуренные глаза и вызывающе ухмыльнулся ему в лицо. Беллами принял вызов, повторяя движение и добиваясь нового рывка, и нового стона, но уже не выжидая и не делая пауз, а только ускоряя ритм.
И сейчас Мёрфи что угодно готов был отдать за руку на собственном налившемся кровью члене. Но все руки были заняты — своими Мёрфи держался за перекладину, а Беллами держал его. И Мёрфи оставалось только подаваться навстречу вбивающемуся в него члену, надеясь, что Беллами снова выебет его настолько сильно и глубоко, что он снова сможет кончить, не касаясь себя.
Отличный утренний трах.
И вероятно, у Беллами еще полно оригинальных идей. Да и у него тоже.
Беллами моргнул и сам придвинулся ближе, пытаясь расслабиться. Мёрфи толкнулся вперед, преодолевая сопротивление мышц. Он мог быть осторожнее, но к черту, он не хотел. Собственная задница горела, при каждом движении отдавая тягучей пульсирующей болью во все тело. Но это только еще больше возбуждало. И Беллами не белоснежка, потерпит.
Единственная поблажка, которую Мёрфи позволил себе — или ему, он уже не был уверен, ради кого и почему он поступал именно так — это входить медленно и плавно, а не как Белл в первый раз, в несколько рывков. Беллами закусил многострадальную губу, откидывая голову, и Мёрфи едва не кончил прямо сейчас от одного только взгляда на ходящий на его шее кадык.
Но он удержался. А потом двигался внутри Беллами, даже несмотря на снова плывущее от усталости и желания вырубиться сознание, ухитряясь наслаждаться каждым его стоном, каждым его рывком — сначала в едва заметных попытках отстраниться, а после все яростнее и навстречу. Даже в полубессознательном состоянии он цепко удерживал взглядом взгляд Беллами, не давая ему отвести свой и безмолвно непрерывно напоминая, кто тут кого сейчас имеет в зад и кто кому подмахивает. И Беллами тонул в его глазах еще глубже и безнадежнее, чем сам Мёрфи еще четверть часа назад плавился и тек в его руках.
Когда Мёрфи кончал в Беллами, по его губам скользнула извечная кривая улыбка. Статус-кво восстановлен. Всегда всего поровну. И той же монетой.
Как они оказались в кровати, Мёрфи уже не помнил, но утром оба проснулись в ней, что было куда приятнее, чем на холодном полу.
— Прости, — хрипло произнес Беллами, выжидательно и виновато глядя на Мёрфи. — Я совсем башкой поехал. Все эти дни, все это время мог думать только об одном. А когда ты сам пришел…
Мёрфи только хмыкнул.
— … То я вообще с катушек слетел, — покаянно закончил Беллами.
— Да, я заметил, — кивнул Мёрфи и только сейчас обратил внимание на его прекрасный утренний стояк.
Беллами проследил за взглядом, смутился и потянулся к покрывалу, чтобы прикрыться, но Мёрфи перехватил его руку. К черту, сегодня у них заканчиваются щедро выданные Эбби больничные — ему по поводу кровопотери, а Беллами — из-за сотрясения, и завтра у обоих уже начинаются обычные смены. Но впереди же еще целый день, а гудящая задница — отнюдь не повод не использовать его с толком. До следующего совпадающего выходного — полторы недели, успеет пройти.
— Ты псих, ты знаешь это? — прошептал Беллами ему в ухо в промежутке между поцелуями.
Мёрфи только фыркнул, вылезая к нему на колени и пристраиваясь к его члену, который тут же протолкнулся внутрь, где еще с прошедшей ночи было растянуто, горячо и все еще скользко от не до конца вытекшей спермы.
Беллами положил руки Мёрфи на перекладину над кроватью, предлагая новую игру, которую тот с готовностью принял. Потом закинул ноги Мёрфи себе на плечи и осторожно встал с кровати, придерживая, чтобы тот не соскользнул с его члена.
Мёрфи повис между перекладиной и Беллами. Тот ухмыльнулся, Мёрфи ответил провокационной и еще более наглой улыбкой. Беллами дернул бедрами, полностью выходя из Мёрфи, и следующим движением размашисто снова загнал в него свой член, так что яйца звонко шлепнули по заднице. Мёрфи выгнулся дугой, давя вскрик и превращая его в стон. Очень призывно звучащий стон.
А пару секунд спустя прогнулся обратно, обвисая на руках Беллами, раскрыл зажмуренные глаза и вызывающе ухмыльнулся ему в лицо. Беллами принял вызов, повторяя движение и добиваясь нового рывка, и нового стона, но уже не выжидая и не делая пауз, а только ускоряя ритм.
И сейчас Мёрфи что угодно готов был отдать за руку на собственном налившемся кровью члене. Но все руки были заняты — своими Мёрфи держался за перекладину, а Беллами держал его. И Мёрфи оставалось только подаваться навстречу вбивающемуся в него члену, надеясь, что Беллами снова выебет его настолько сильно и глубоко, что он снова сможет кончить, не касаясь себя.
Отличный утренний трах.
И вероятно, у Беллами еще полно оригинальных идей. Да и у него тоже.
Страница 4 из 4
