Столичный маршрут

А вот это уже прямая угроза, и участливость тона, неуместная на службе, ее только подчеркивает. Это ты уже сорвался, Уайтлинг. Не хватило запалу дотянуть на безразличие. Что же происходит на самом деле на улицах Форбарр-Султаны?

Уайтлинг поднялся, небрежно, по-аналитически отсалютовал — забыл, что у его визави руки скованы за спиной? Нет, не забыл, по всей видимости, но Иллиан коротко и холодно кивнул в ответ. Союзники, ха. Странный выбор слов. Узурпатор ищет союза с коммандером СБ? Кто тут кошка, кто тут мышка? Знает кошка, чье мясо съела.

Глава 2

Иллиан остался один в пустой комнате без окон — одном из малых конференц-залов. Уже не боясь показаться смешным, покрутился на стуле в тщетной попытке отыскать позу, чтобы позвоночник не сворачивался бы спиралью и при этом в отекших кистях не принимались бегать мурашки. Увы, совершенство недостижимо. В голове по-прежнему долбили молотками подземные гномы-мутанты, но, по крайней мере, они перестали петь за работой. Желудок тянул свинцовый ком тошноты — не блевануть бы. Нет, вдруг с удивлением понял он, это не тошнота. Это страх. Примитивный, нерассуждающий, мерзко притягательный, который из головы не выбросишь. Как в детстве, когда ни в коем случае нельзя было смотреть на дедушку в гробу.

Ассоциативная память — замечательная штука. Детство. Беспомощность, бессилие и множество взрослых, которым до тебя нет никакого дела. Полная неизвестность. Полноводные реки информации мелеют…

Иллиан прикрыл глаза. Недавний кошмар, без сомнения, вызванный отходняком после парализатора, лез в голову с той же настойчивостью. Коммандер никак не мог вернуть то спокойное сосредоточение, которое одно помогло ему продержаться в первые часы мятежа. Тогда все было предельно просто: отдавай приказы по согласованной процедуре, собери силы, контратакуй или героически пади при защите Тараканьей Цитадели… А теперь в голове зудело: а ты уверен, что защищаешь правое дело? Можешь поклясться головой в верности Эйрела, в том, что он не притязает на трон?

В гражданских войнах не бывает правых и виноватых, так, помнится, говорил император Эзар, вспоминая своего сумасшедшего шурина. На гражданской бывают только свои и чужие. Форкосиган — мой командир, твердо сказал Иллиан самому себе. Пока не будет прямых доказательств его виновности…

Мысль потянула другую холодную цепочку — а если будут? Ты готов к этому, Саймон? Какие у тебя вообще альтернативы? Служить Фордариану? Особенно, если с Грегором что-то случилось… освященные присягой права регента растают, как снег в марте, и кто угодно на троне будет лучше грызни за власть. А Фордариан уже удерживает столицу…

Нет. Выбрав одну сторону, держись ее до конца. Не один ли черт керославскому простолюдину, на какой ветке родословного древа сидит тот, кому он поклялся в верности? Не фамилии клялся, не благородной форской крови — человеку. Физиономия Эйрела на имперских банкнотах смотреться будет весьма представительно, а прочее — дело его чести, и нечего накручивать страхи на пустом месте.

К тому же перебежчиков никто жалует. На месте Фордариана он бы сам себе не доверял и шлепнул бы, едва получив некий минимум жизненно необходимой информации. Даже странно, с чего это тот вообще возжелал с ним поговорить. Решил полюбопытствовать насчет занимательной электронной игрушки Эзара или собрать у себя во дворце коллекцию редкостей предыдущего правления?

Бежать надо. Он в который раз подергал запястьями, но прочная нить наручников, разумеется, не поддалась, только поерзала туда-сюда по армированному пластику подлокотника. Отцепиться бы от этого чертова кресла, к которому его приковали. Только бы выбраться за дверь, а там… В реальных коридорах и виртуальных сетях своей штаб-квартиры Иллиан ориентировался свободнее, чем лиса в собственной норе.

Дверь отъехала в сторону, и порог переступили двое в черной форме. Капрал из караульного подразделения, как его там, Яныш, и сержант… нет, при Иллиане никогда не называли его имени. Настороженно оглядели его от двери, словно ожидали подвоха. Капрал достал из кобуры нейробластер, взял арестованного на прицел; сержант шагнул к Иллиану, снимая с пояса боевой нож, и одним движением перехватил стяжку наручников.

— Коммандер, следуйте с нами, — сухо произнес он из-за спины, вздергивая Иллиана на ноги — не слишком грубо, но без церемоний. — Руки за спиной.

Конвоиры повели Иллиана знакомыми переходами штаб-квартиры. На стенах попадались свежие оплавленные отметины, а, минуя пересечение коридоров, он краем глаза заметил вдали баррикаду из мебели. На этаже было необычно безлюдно, откуда-то тянуло горелым пластиком, в паре мест нормальное освещение заменяли аварийные оранжевые лампы, мертво замерли рыльца следящих камер под потолком. И всего двое конвойных.

Шанс невелик, но он есть. Ведут ли его в подвалы на допрос или в транспорт, чтобы отвезти к Фордариану, второго шанса дальше не представится.