Фандом: Вселенная Майлза Форкосигана. История приключений верного регенту коммандера СБ Саймона Иллиана в мятежной столице во время фордариановского переворота.
Добавить в моё избранное
231 мин, 34 сек 2720
Ворчание не возымело действия: пейзаж не исчез, и облака (он прекрасно видел сквозь сомкнутые веки их пухлые размытые тушки, как и немудрящий пейзаж вокруг) по-прежнему летели по небу с крейсерской скоростью. Время неслось вперед, как сумасшедшее, и тени от ив вырастали и укорачивались, кружились вокруг оснований деревьев, словно стрелки по циферблату. Пахло речной водой, но реки он не видел.
Солнце все так же шпарило, но в синем небе вспыхнули звезды — целые гроздья созвездий, нестерпимо ярких. Не такими их видят тактики из командной рубки крейсера: там это только подсвеченные пиксели на темном экране. И не такими — романтичные влюбленные: для них это алмазное крошево на бархате неба. А на Саймона небо смотрело множеством глаз, внимательных и цепких.
Наблюдатели из глубин его собственной памяти, зеркальные отражения его самого, все те Иллианы, которыми он был и которых помнил, глядели на него с небес. Их разделяли месяцы или даже дни. Они разворачивались перед ним, как веер карт в руке, как атакующая цепь, как очередь выстрелов из игольника.
… Ревностный молодой мичман, пришедший в себя на больничной койке. Болезненное острое восприятие мира, головокружение, странные и дикие образы, люди, проходящие сквозь стены. Попытки справиться медикаментами и умственной дисциплиной; помогло.
… Доверенное лицо императора Эзара. То тяжелый, то насмешливый взгляд зеленовато-карих глаз — так смотрят на ценную собственность, на охотничьего пса, на выпестованного ученика, на младшего любовника. Ночная тишина, дрожащий блик комма над антикварным столом.
… Начальник службы безопасности Регента. Шквал обязанностей, полное напряжение сил. Помнить не трудно, трудно принимать решения и отвечать за них. Лицо Форкосигана горит азартом. Улика: смятая солтоксиновая граната, арбалет. Одобрение на мрачной физиономии Негри сменяется гневом.
… Беглец в черной полевой форме. Человек прыгает с крыши небоскреба, его силуэт отпечатывается на фоне солнца. Рядовой дисбата: левой-правой, шагай, солдат! Парализатор в руке старого денщика, лекторский говорок адмирала Канзиана, фары монорельса в ночном тумане.
… Шеф Имперской СБ. Жесткое, язвительное, немолодое уже лицо, и шлейф страшной репутации, видимый почти зримо. Кто вы, сэр? Он пока еще совершенно незнаком Иллиану, но он тоже один из них, смотрит на него испытующе из непредставимого будущего.
Множество людей с одинаковыми инициалами С. И. тянули к нему руки, что-то требовали, стремились вынырнуть на поверхность из невидимой реки, из-под глубокой воды самоконтроля. Что ему делать с ними? Стереть, оставить только полезный опыт, выхолощенную оболочку? Принять со всеми противоречиями, разорваться на части в попытке не потерять ни крошки самого себя?
«Да пропади оно пропадом! — недовольно проворчал Иллиан, и перевернулся на другой бок. — Даже во сне поспать не дают!»
И он исчез. Вместо него на траве осталась черная дыра, в которую со свистом всосались и луг, и ивы, и невидимая река, и звезды. Стало тихо. В этой тишине Саймон наконец спокойно вздохнул и вытянулся на своей кровати.
Он — это он. Как всякому человеку с образованием, ему пришлось немало попотеть, чтобы понять эту нехитрую истину, с детства известную любому фермеру.
Солнце все так же шпарило, но в синем небе вспыхнули звезды — целые гроздья созвездий, нестерпимо ярких. Не такими их видят тактики из командной рубки крейсера: там это только подсвеченные пиксели на темном экране. И не такими — романтичные влюбленные: для них это алмазное крошево на бархате неба. А на Саймона небо смотрело множеством глаз, внимательных и цепких.
Наблюдатели из глубин его собственной памяти, зеркальные отражения его самого, все те Иллианы, которыми он был и которых помнил, глядели на него с небес. Их разделяли месяцы или даже дни. Они разворачивались перед ним, как веер карт в руке, как атакующая цепь, как очередь выстрелов из игольника.
… Ревностный молодой мичман, пришедший в себя на больничной койке. Болезненное острое восприятие мира, головокружение, странные и дикие образы, люди, проходящие сквозь стены. Попытки справиться медикаментами и умственной дисциплиной; помогло.
… Доверенное лицо императора Эзара. То тяжелый, то насмешливый взгляд зеленовато-карих глаз — так смотрят на ценную собственность, на охотничьего пса, на выпестованного ученика, на младшего любовника. Ночная тишина, дрожащий блик комма над антикварным столом.
… Начальник службы безопасности Регента. Шквал обязанностей, полное напряжение сил. Помнить не трудно, трудно принимать решения и отвечать за них. Лицо Форкосигана горит азартом. Улика: смятая солтоксиновая граната, арбалет. Одобрение на мрачной физиономии Негри сменяется гневом.
… Беглец в черной полевой форме. Человек прыгает с крыши небоскреба, его силуэт отпечатывается на фоне солнца. Рядовой дисбата: левой-правой, шагай, солдат! Парализатор в руке старого денщика, лекторский говорок адмирала Канзиана, фары монорельса в ночном тумане.
… Шеф Имперской СБ. Жесткое, язвительное, немолодое уже лицо, и шлейф страшной репутации, видимый почти зримо. Кто вы, сэр? Он пока еще совершенно незнаком Иллиану, но он тоже один из них, смотрит на него испытующе из непредставимого будущего.
Множество людей с одинаковыми инициалами С. И. тянули к нему руки, что-то требовали, стремились вынырнуть на поверхность из невидимой реки, из-под глубокой воды самоконтроля. Что ему делать с ними? Стереть, оставить только полезный опыт, выхолощенную оболочку? Принять со всеми противоречиями, разорваться на части в попытке не потерять ни крошки самого себя?
«Да пропади оно пропадом! — недовольно проворчал Иллиан, и перевернулся на другой бок. — Даже во сне поспать не дают!»
И он исчез. Вместо него на траве осталась черная дыра, в которую со свистом всосались и луг, и ивы, и невидимая река, и звезды. Стало тихо. В этой тишине Саймон наконец спокойно вздохнул и вытянулся на своей кровати.
Он — это он. Как всякому человеку с образованием, ему пришлось немало попотеть, чтобы понять эту нехитрую истину, с детства известную любому фермеру.
Страница 67 из 67
