Фандом: Гарри Поттер. Помощник директора аврората посылает Поттера на поиски старого врага. Но чем больше Гарри погружается в расследование, тем яснее понимает, что иногда можно серьёзно налажать, выпивая две тысячи чашек кофе в день.
Добавить в моё избранное
112 мин, 38 сек 1702
И, конечно же, я ринулся прямо к ним без всяких предосторожностей, как и всегда. И, как всегда, он был там, чтобы спасти меня. Смогу ли я пересчитать все те случаи, когда без его вмешательства был бы мёртв? Не думаю, что способен представить такое огромное число.
Я практически слышу голос Снейпа.
«Мистер Поттер, как это похоже на вас: бросится в омут с головой и вновь подвергнуть себя опасности».
«Мистер Поттер, пожалуйста, может хотя бы один день пройти без спасения вашей жизни мною?»
«Дорогой Гарри, ты всегда задаёшь неправильные вопросы».
Тогда какие вопросы правильные? Что бы я спросил у него прямо сейчас? Почему ты спас меня? Почему ты всегда спасаешь меня? Почему преследуешь? Почему делаешь всё это? Я хотел бы спросить только «почему», а не «что» и«кто». Но всё это лишь усугубляет опасность превратить задание во что-то слишком личное. И, хотя Эбернати может убеждать меня, что быть настолько зацикленным на работе совершенно нормально, эта одержимость уже давно вышла за рамки обыкновенного профессионального интереса.
Я сказал помощнику директора, что не нашел никаких зацепок. Никаких ответов. Что мы можем спокойно отложить это дело до появления новой информации. Я солгал.
Я много думаю по ночам, когда лежу без сна, и от этого сон вообще пропадает. Я размышляю о множестве вещей, о том, что случается, когда мы умираем, или способны ли растения чувствовать боль. Я думаю о том, что мог бы сделать со своей жизнью, когда мне было десять, одиннадцать, двенадцать, тринадцать… Я думаю о Снейпе. И обо всех его проклятых письмах.
В них-то всё и дело. Последнее письмо Снейпа не имеет никакого смысла, если принимать всё, что там написано, за чистую монету. Может быть, Снейп и изменился, но я искренне сомневаюсь, что он посвятил свою жизнь Иисусу. Да даже если бы это было так, Снейп никогда бы не стал призывать следовать его примеру. Так что же на самом деле он пытается мне сказать?
Долгими ночами я лежу без сна, вглядываясь в потолок, словно у меня кошачье зрение и я вижу в темноте. Что мы имеем? Снейп хочет, чтобы я обратился к свету. «Вернись к началу, — говорит он. — Вспомни, с чего всё началось». Где же я был счастлив? Я думаю, все дороги ведут в Хогвартс.
Кто тогда скрывается за личиной Бога? О ком Снейп с такой издёвкой говорит? Всепрощающая власть, склонная напоминать ему не только о достоинствах, но и о недостатках? Конечно же, Дамблдор. И всё, что я знаю — Снейп хочет видеть меня в Хогвартсе. Я не готов вернуться туда после стольких лет и столкнуться с врагом, подобным Снейпу. Поэтому я говорю Эбернати, что у нас нет ни одной зацепки.
До тех пор, пока эксперты не заканчивают исследование трупа.
Тело, найденное в подвале Снейпа, по предварительным данным принадлежало незадачливому местному магглу. Но, тем не менее, расследование в черте города показало, что никто не пропадал. Тогда тело было отправлено в магическую лабораторию для идентификации. И однажды утром, когда я пытался вновь утопиться в кофе, Эбернати с громким хлопком опустил результаты на мой стол. Дадли Дурсль, двадцать два года, смерть от потери крови.
Забавно, как сложно узнать человека, когда с него сняли кожу.
Не поймите меня неправильно. На смерть этого подонка мне плевать. Мы не общались с того самого момента, как я стал совершеннолетним и съехал от этой семейки. Я попросту забыл о нём, как забывал обо всех ему подобных. Но я прекрасно понял, что имел в виду Снейп. Это угроза, простая и ясная. Не имеет значения, что тучное тело не вызывает у меня никаких эмоций, потому что это кто-то, кто когда-то был рядом со мной. Семья. И в будущем на его месте может появиться кто-то, кем я не буду готов пожертвовать.
— Помощник директора Эбернати? — стучу в дверь, испытывая большее нетерпение, чем мне бы хотелось. Буквально через несколько секунд дверь заклинанием открывается, и он зовет меня войти.
— Гарри, мальчик мой! Рад тебя видеть, присаживайся, пожалуйста. — опускаюсь на стул, натягивая дежурную улыбку. — Итак, что я могу сделать для тебя в этот чудесный день?
— Думаю, что нашел подсказку в последнем письме Снейпа, сэр, — объясняю я.
— Кен, пожалуйста, зови меня Кеном. — его улыбка ощутимо действует на нервы. — Какого рода подсказку?
— Видите ли, сэ… Кен, я думал о том, что имел в виду Снейп за всей этой невнятной религиозной чушью. Он совершенно не религиозен, как вы знаете. Думаю, он хочет, чтобы я отправился в Хогвартс.
Эбернати переплетает пальцы и это выглядит так, словно ему сложно сконцентрироваться на новых сведениях.
— Интересно, очень интересно. Хогвартс, говоришь? Думаю, всё, что тебе остается — отправиться туда.
— Сэр, это запросто может оказаться ловушкой, — напоминаю я. — Снейп опаснейший преступник. Стоит ли бросаться выполнять его завуалированные указания, очертя голову?
Я практически слышу голос Снейпа.
«Мистер Поттер, как это похоже на вас: бросится в омут с головой и вновь подвергнуть себя опасности».
«Мистер Поттер, пожалуйста, может хотя бы один день пройти без спасения вашей жизни мною?»
«Дорогой Гарри, ты всегда задаёшь неправильные вопросы».
Тогда какие вопросы правильные? Что бы я спросил у него прямо сейчас? Почему ты спас меня? Почему ты всегда спасаешь меня? Почему преследуешь? Почему делаешь всё это? Я хотел бы спросить только «почему», а не «что» и«кто». Но всё это лишь усугубляет опасность превратить задание во что-то слишком личное. И, хотя Эбернати может убеждать меня, что быть настолько зацикленным на работе совершенно нормально, эта одержимость уже давно вышла за рамки обыкновенного профессионального интереса.
Я сказал помощнику директора, что не нашел никаких зацепок. Никаких ответов. Что мы можем спокойно отложить это дело до появления новой информации. Я солгал.
Я много думаю по ночам, когда лежу без сна, и от этого сон вообще пропадает. Я размышляю о множестве вещей, о том, что случается, когда мы умираем, или способны ли растения чувствовать боль. Я думаю о том, что мог бы сделать со своей жизнью, когда мне было десять, одиннадцать, двенадцать, тринадцать… Я думаю о Снейпе. И обо всех его проклятых письмах.
В них-то всё и дело. Последнее письмо Снейпа не имеет никакого смысла, если принимать всё, что там написано, за чистую монету. Может быть, Снейп и изменился, но я искренне сомневаюсь, что он посвятил свою жизнь Иисусу. Да даже если бы это было так, Снейп никогда бы не стал призывать следовать его примеру. Так что же на самом деле он пытается мне сказать?
Долгими ночами я лежу без сна, вглядываясь в потолок, словно у меня кошачье зрение и я вижу в темноте. Что мы имеем? Снейп хочет, чтобы я обратился к свету. «Вернись к началу, — говорит он. — Вспомни, с чего всё началось». Где же я был счастлив? Я думаю, все дороги ведут в Хогвартс.
Кто тогда скрывается за личиной Бога? О ком Снейп с такой издёвкой говорит? Всепрощающая власть, склонная напоминать ему не только о достоинствах, но и о недостатках? Конечно же, Дамблдор. И всё, что я знаю — Снейп хочет видеть меня в Хогвартсе. Я не готов вернуться туда после стольких лет и столкнуться с врагом, подобным Снейпу. Поэтому я говорю Эбернати, что у нас нет ни одной зацепки.
До тех пор, пока эксперты не заканчивают исследование трупа.
Тело, найденное в подвале Снейпа, по предварительным данным принадлежало незадачливому местному магглу. Но, тем не менее, расследование в черте города показало, что никто не пропадал. Тогда тело было отправлено в магическую лабораторию для идентификации. И однажды утром, когда я пытался вновь утопиться в кофе, Эбернати с громким хлопком опустил результаты на мой стол. Дадли Дурсль, двадцать два года, смерть от потери крови.
Забавно, как сложно узнать человека, когда с него сняли кожу.
Не поймите меня неправильно. На смерть этого подонка мне плевать. Мы не общались с того самого момента, как я стал совершеннолетним и съехал от этой семейки. Я попросту забыл о нём, как забывал обо всех ему подобных. Но я прекрасно понял, что имел в виду Снейп. Это угроза, простая и ясная. Не имеет значения, что тучное тело не вызывает у меня никаких эмоций, потому что это кто-то, кто когда-то был рядом со мной. Семья. И в будущем на его месте может появиться кто-то, кем я не буду готов пожертвовать.
— Помощник директора Эбернати? — стучу в дверь, испытывая большее нетерпение, чем мне бы хотелось. Буквально через несколько секунд дверь заклинанием открывается, и он зовет меня войти.
— Гарри, мальчик мой! Рад тебя видеть, присаживайся, пожалуйста. — опускаюсь на стул, натягивая дежурную улыбку. — Итак, что я могу сделать для тебя в этот чудесный день?
— Думаю, что нашел подсказку в последнем письме Снейпа, сэр, — объясняю я.
— Кен, пожалуйста, зови меня Кеном. — его улыбка ощутимо действует на нервы. — Какого рода подсказку?
— Видите ли, сэ… Кен, я думал о том, что имел в виду Снейп за всей этой невнятной религиозной чушью. Он совершенно не религиозен, как вы знаете. Думаю, он хочет, чтобы я отправился в Хогвартс.
Эбернати переплетает пальцы и это выглядит так, словно ему сложно сконцентрироваться на новых сведениях.
— Интересно, очень интересно. Хогвартс, говоришь? Думаю, всё, что тебе остается — отправиться туда.
— Сэр, это запросто может оказаться ловушкой, — напоминаю я. — Снейп опаснейший преступник. Стоит ли бросаться выполнять его завуалированные указания, очертя голову?
Страница 14 из 32
