Подарок с бонусом

— Я уже давно определился со своими приоритетами в постели и не изменяю им, — насмешливо заметил Северус, выходя на улицу и с удовольствием вдыхая весенний чистый воздух — день выдался солнечный и теплый.

— Значит, все-таки любовник, — сделал вывод Драко, сворачивая за кафе, откуда можно было незаметно для окружающих воспользоваться магическим способом перемещения в пространстве.

— Любимый. Так будет вернее, — отметил с мечтательной улыбкой на лице Снейп и исчез в вихре аппарации.

— Счастливчик, — Драко, отправляясь домой, уже предвкушал, как расскажет отцу сногсшибательную новость про крестного.

Северус ни на йоту не исказил положение дел — он действительно до умопомрачения любил своего Гарри. Чувство как-то само собой завоевало его сердце еще в тот год, когда Поттер наконец-то положил конец существованию Темного Лорда — но подкатывать к семикурснику с предложением партнерства, будучи его учителем, Северус не имел ни морального, ни законного права. А затем еще почти два года ушло на попытки подобраться к герою магической Британии настолько близко, чтобы появилась возможность объясниться с ним и прийти к взаимопониманию.

Как это ни странно, но именно хлопоты по делу Люциуса Малфоя позволили Поттеру и Снейпу довольно часто сталкиваться на заседаниях суда и в коридорах Министерства Магии. Они оба добивались одного и того же — смягчения условий приговора, проявляя искреннюю заинтересованность в судьбе Люциуса. Ни один из них тогда не признался, что такая трепетная забота была связана с личной симпатией весьма определенного характера, а попросту говоря — с желанием переспать с Малфоем. Однако совместные усилия по атаке на министерских крючкотворов принесли гораздо более внушительные плоды, чем можно было ожидать поначалу. Свою маленькую победу — состоявшийся пересмотр дела Малфоя — они отметили с таким размахом, что поутру проснулись в одной постели. А через три месяца Снейп перебрался в дом на Гриммо, где жил Поттер, да так и задержался там до настоящего времени, к тому же он намеревался приложить максимум усилий, чтобы все так и оставалось впредь.

И вот спустя полгода совместной жизни Северус как-то случайно выдал секрет Люциуса Малфоя, выболтанный тем однажды по пьяному делу — тот мечтал переспать с Поттером. Яркий румянец сдал Гарри с потрохами — он признался, что бегал по инстанциям, добиваясь послабления режима для Малфоя, намереваясь затащить того в постель. Но… затащил Северуса — и ни на миг не пожалел. Но Снейп не был бы Снейпом, если бы не выпытал у своего любимого, что того по-прежнему мучает любопытство — каков Люциус в сексе и почему самого Гарри так сильно к нему тянет? Тогда Северус откровенно рассказал, что и сам не против был бы «испытать на прочность» тыл своего бывшего соратника по темной стороне. Слово за слово — и вот вырисовался план, как утолить их разыгравшуюся фантазию, в которой извивавшийся от удовольствия Люциус представлялся зажатым ими с двух сторон.

Вряд ли их чувства к Малфою были такими же определенными и яркими, как те, что они испытывали друг к другу, но Гарри и Северус решили все же выяснить, почему их так тянуло к одному и тому же человеку. Симпатия, разделенная на двоих, которая свела их вместе, что-то должна была значить — они в этом не сомневались.

— Драко согласился? — Гарри, растянувшись на диване, читал маггловский учебник по криминалистике, но, услышав шаги подкрадывавшегося к нему Северуса, дал ему понять, что и на этот раз тому не удалось застать его врасплох.

— Да куда ему деваться? Он же знает, что Люциус не простит, если я наябедничаю о том, от какого предложения он отказался от имени отца. Я уже не говорю о жадности Драко — возможность получить редкое зелье из моих запасов всегда оказывает на любого из Малфоев просто-таки колдовское воздействие, — Северус забрал книгу и положил ее на столик, заставляя Гарри уделить ему все свое внимание. — Теперь дело за тобой. Посмотрим, насколько аврор Поттер сумеет быть убедительным… или страшным, — Северус на секунду изобразил на лице испуг, а затем устроился под боком у Гарри, обнимая его и не обращая внимания ни на узкое сидение дивана, ни на мявшийся пиджак.

— Мы его сделаем! — уверенно пообещал Поттер и с жаром ответил на поцелуй Северуса — его все еще удивляло, как некогда язвительный и саркастичный профессор Снейп смог превратиться в столь нежного возлюбленного.

Люциус Малфой рассматривал свое отражение на зеркальной поверхности, обрамленной вычурной золотой рамой — ему нравилось то, что он видел. Несмотря на возраст, его тело по-прежнему было упругим, фигура подтянутой, волосы шелковым белым водопадом обрамляли аристократичное лицо, а в глазах светилась жажда жизни. Всему этому совершенству не хватало только секса. Может, кому-то это показалось бы смешным или банальным, но Люциус истосковался по чужим интимным прикосновениям к себе.

Он очень жалел, что отказал Северусу, когда тот предлагал ему переспать.