Фандом: Гримм. Портленд наводнили охотники за монетами, жнецы, спецслужбы и Феррат, а утро Ника и капитана Ренарда началось в одной постели и с провалом в памяти. Всему виной необдуманные поступки, череда недоразумений и пробудившееся заклятие, способное навсегда изменить жизни Гримма и принца, но как — решать только им.
Добавить в моё избранное
241 мин, 45 сек 10526
— Дай… отдышаться.
— Вставай, — скомандовал Ник, поднимаясь. — Ещё твоих друзей собрать надо, пока не разбежались. Руки за голову и быстрым шагом.
Парень кое-как поднялся, сложил руки и, подгоняемый тычками в спину, побрёл в обратном направлении.
Из кармана запиликал сотовый. Ник окончательно стёр скользкую мазь о куртку задержанного, вытащил телефон и с удивлением увидел на экране вызов Монро. Потрошитель с большим пакетом в руках помахал ему с противоположного конца улочки и указал на прижатый к уху сотовый.
— Алло?
— Чувак, тебе помощь нужна? — поинтересовался друг.
— А-а-а… да. Там два дятла в плимуте, и где-то недалеко должен лежать мой пистолет. Возможно, в плимуте, — Ник перевёл дух, — найди, и никуда их не отпускай.
— Сделаю.
Монро метнулся к магазинчику Розали и направился к плимуту уже без пакета.
Возвращаться оказалось не близко. Ник напряжённо следил и за своим задержанным, и за шевелящимися у плимута фигурками, позволив отвлечься себе лишь на мгновение — у магазинчика. Розали обеспокоенно топталась на пороге.
— Зайди, пожалуйста, внутрь и закрой дверь, — попросил Ник. — Если что, тебя здесь вообще не было. Хорошо? Я потом объясню, почему так надо.
— Ну… ладно, — Розали кивнула и скрылась за дверью.
Монро у плимута держал ситуацию под контролем глока. Похитители сидели на заднем сидении, хмуро глядя перед собой. Один сложил руки за спиной, второй — на пахе.
— Я тут ещё наручники нашёл, — сообщил Монро, — застегнул на этом, — он указал дулом на первого.
Похитители нервно отшатнулись.
— Спасибо, — Ник взял у него пистолет и выразительно помахал им, — вылезайте и стройтесь вдоль вашей колымаги. У меня есть несколько вопросов.
Бегун блаженно привалился задом к багажнику, остальные присоединились к нему без всякого энтузиазма. Ник оглядел улов, пытаясь определить, с каким биологическим видом имеет дело, но ничего примечательного, кроме татуировки-штрихкода у парня в наручниках, не заметил.
— Итак, — глядя в хмурые необщительные лица, начал он, — кто вас нанял?
Штрихкод презрительно дёрнул опухшей челюстью и скривился окончательно.
— Слышь, легавый, — подбитый в пах сплюнул на дорогу, — ты ж легавый. Вот и зачитывай нам наши права.
— Вы имеете право хранить молчание… Монро, — Ник оглянулся на Потрошителя, — ты ведь слышал, как я зачитал им права?
— Конечно! Каждому в отдельности, и они подтвердили, что поняли.
— Отлично! Можно продолжать. Мы остановились на очень важном вопросе — кто вас нанял?
Изображать лютого Гримма было не впервой, но в этот раз Ник и сам с содроганием отметил, как натурально у него получается безжалостный тон палача в пыточной камере, только что не тисками пальцы зажимал, а тыкал глоком в подбитую челюсть.
— Ты же коп, — пробормотал Штрихкод, — не посмеешь…
— Да, я коп. А ещё я Гримм!
— Ник, — испугано прошептал Монро, — они же…
На багажник плеснуло кровью, мозгами и осколками черепа. Бегун рухнул под колёса. Подбитого в пах швырнуло на дверь, звякнуло стекло.
— За машину! — крикнул Ник, хватая Монро за руку, и перекатился с ним через капот.
Брякнул металл, и в укрытие запрыгнул Штрихкод.
— Сука, вот сука, — шипел он, вжимаясь в колесо.
Ник оглядел Монро — вроде бы цел — и рукой пригнул его голову пониже.
— Откуда стреляют? — спросил Ник, вытягивая из кармана сотовый.
— Не знаю, — испуганно выдохнул Монро.
— Хер пойми, откуда, — рявкнул Штрихкод, — сверху откуда-то. Наручники с меня сними!
— Обязательно. В камере, — пообещал Ник и прижал трубку к уху. — Кто тебя нанял?
— Да не знаю я! Он не назвался. Говорил с испанским акцентом…
— Это детектив Бёркхардт! Я под обстрелом на улице…
В лицо плеснуло кровью. Штрихкод распластался под колесом с дырой в груди.
Ведьма спорила крайне редко, несмотря на чистейший, незамутнённый эмоциями ведьминский характер. Надерзить, отпустить двусмысленное замечание, заиграться, — всё это было частью её натуры. Но спорить — Ренард пытался вспомнить, когда ещё ему приходилось слышать от неё отказ.
— Я. Не. Могу, — отчеканила Кэтрин. — Тебе придётся выбрать, или выберу я.
Ренард отпустил дверную ручку и обернулся. Кэтрин стояла гордо задрав нос и, похоже, говорила правду.
— Семь часов — это всего на две дозы больше, — добавила она мягче и повторила: — Одновременно никак. Даже будь у меня точная рецептура твоей отравы и все компоненты противоядия, оно готовится одиннадцать часов. А у меня их нет.
— Начни с тамина, — сказал Ренард и, отвернувшись, чтобы не видеть облегчения на лице Ведьмы, вышел на улицу. Красная дверь притворилась за его спиной.
Наступала долгая ночь — слишком долгая.
— Вставай, — скомандовал Ник, поднимаясь. — Ещё твоих друзей собрать надо, пока не разбежались. Руки за голову и быстрым шагом.
Парень кое-как поднялся, сложил руки и, подгоняемый тычками в спину, побрёл в обратном направлении.
Из кармана запиликал сотовый. Ник окончательно стёр скользкую мазь о куртку задержанного, вытащил телефон и с удивлением увидел на экране вызов Монро. Потрошитель с большим пакетом в руках помахал ему с противоположного конца улочки и указал на прижатый к уху сотовый.
— Алло?
— Чувак, тебе помощь нужна? — поинтересовался друг.
— А-а-а… да. Там два дятла в плимуте, и где-то недалеко должен лежать мой пистолет. Возможно, в плимуте, — Ник перевёл дух, — найди, и никуда их не отпускай.
— Сделаю.
Монро метнулся к магазинчику Розали и направился к плимуту уже без пакета.
Возвращаться оказалось не близко. Ник напряжённо следил и за своим задержанным, и за шевелящимися у плимута фигурками, позволив отвлечься себе лишь на мгновение — у магазинчика. Розали обеспокоенно топталась на пороге.
— Зайди, пожалуйста, внутрь и закрой дверь, — попросил Ник. — Если что, тебя здесь вообще не было. Хорошо? Я потом объясню, почему так надо.
— Ну… ладно, — Розали кивнула и скрылась за дверью.
Монро у плимута держал ситуацию под контролем глока. Похитители сидели на заднем сидении, хмуро глядя перед собой. Один сложил руки за спиной, второй — на пахе.
— Я тут ещё наручники нашёл, — сообщил Монро, — застегнул на этом, — он указал дулом на первого.
Похитители нервно отшатнулись.
— Спасибо, — Ник взял у него пистолет и выразительно помахал им, — вылезайте и стройтесь вдоль вашей колымаги. У меня есть несколько вопросов.
Бегун блаженно привалился задом к багажнику, остальные присоединились к нему без всякого энтузиазма. Ник оглядел улов, пытаясь определить, с каким биологическим видом имеет дело, но ничего примечательного, кроме татуировки-штрихкода у парня в наручниках, не заметил.
— Итак, — глядя в хмурые необщительные лица, начал он, — кто вас нанял?
Штрихкод презрительно дёрнул опухшей челюстью и скривился окончательно.
— Слышь, легавый, — подбитый в пах сплюнул на дорогу, — ты ж легавый. Вот и зачитывай нам наши права.
— Вы имеете право хранить молчание… Монро, — Ник оглянулся на Потрошителя, — ты ведь слышал, как я зачитал им права?
— Конечно! Каждому в отдельности, и они подтвердили, что поняли.
— Отлично! Можно продолжать. Мы остановились на очень важном вопросе — кто вас нанял?
Изображать лютого Гримма было не впервой, но в этот раз Ник и сам с содроганием отметил, как натурально у него получается безжалостный тон палача в пыточной камере, только что не тисками пальцы зажимал, а тыкал глоком в подбитую челюсть.
— Ты же коп, — пробормотал Штрихкод, — не посмеешь…
— Да, я коп. А ещё я Гримм!
— Ник, — испугано прошептал Монро, — они же…
На багажник плеснуло кровью, мозгами и осколками черепа. Бегун рухнул под колёса. Подбитого в пах швырнуло на дверь, звякнуло стекло.
— За машину! — крикнул Ник, хватая Монро за руку, и перекатился с ним через капот.
Брякнул металл, и в укрытие запрыгнул Штрихкод.
— Сука, вот сука, — шипел он, вжимаясь в колесо.
Ник оглядел Монро — вроде бы цел — и рукой пригнул его голову пониже.
— Откуда стреляют? — спросил Ник, вытягивая из кармана сотовый.
— Не знаю, — испуганно выдохнул Монро.
— Хер пойми, откуда, — рявкнул Штрихкод, — сверху откуда-то. Наручники с меня сними!
— Обязательно. В камере, — пообещал Ник и прижал трубку к уху. — Кто тебя нанял?
— Да не знаю я! Он не назвался. Говорил с испанским акцентом…
— Это детектив Бёркхардт! Я под обстрелом на улице…
В лицо плеснуло кровью. Штрихкод распластался под колесом с дырой в груди.
Ведьма спорила крайне редко, несмотря на чистейший, незамутнённый эмоциями ведьминский характер. Надерзить, отпустить двусмысленное замечание, заиграться, — всё это было частью её натуры. Но спорить — Ренард пытался вспомнить, когда ещё ему приходилось слышать от неё отказ.
— Я. Не. Могу, — отчеканила Кэтрин. — Тебе придётся выбрать, или выберу я.
Ренард отпустил дверную ручку и обернулся. Кэтрин стояла гордо задрав нос и, похоже, говорила правду.
— Семь часов — это всего на две дозы больше, — добавила она мягче и повторила: — Одновременно никак. Даже будь у меня точная рецептура твоей отравы и все компоненты противоядия, оно готовится одиннадцать часов. А у меня их нет.
— Начни с тамина, — сказал Ренард и, отвернувшись, чтобы не видеть облегчения на лице Ведьмы, вышел на улицу. Красная дверь притворилась за его спиной.
Наступала долгая ночь — слишком долгая.
Страница 40 из 69
