Фандом: Гримм. Портленд наводнили охотники за монетами, жнецы, спецслужбы и Феррат, а утро Ника и капитана Ренарда началось в одной постели и с провалом в памяти. Всему виной необдуманные поступки, череда недоразумений и пробудившееся заклятие, способное навсегда изменить жизни Гримма и принца, но как — решать только им.
Добавить в моё избранное
241 мин, 45 сек 10553
Но всё так же сильно до рези в носу пахло камфорой — пребывание в стенах больницы всегда оборачивалось временным, но неприятным притуплением обоняния.
Офицер шагнул навстречу и старательно изобразил на лице скорбь. Глаза выдавали любопытство.
— Офицер Хэйл. Спасибо, что приехали, сэр, — сказал он, протягивая маленький моментальный снимок.
Ренард кивнул и взял карточку.
— Да, это Кэтрин Шейд, — подтвердил он. — Вам не удалось с ней поговорить?
— Практически нет. Она даже своего имени не назвала, повторяла только, чтобы позвали вас. Операция идёт уже полтора часа. Простите, нигде вас найти не могли. Дождусь, когда она выйдет из-под наркоза, попробую что-нибудь узнать и сразу сообщу вам. Пока предварительно: на неё напал какой-то зверь. Парамедики сказали «множественные кусаные раны».
— Где её нашли?
— Она вышла к Хауторну на проезжую часть. Не представляю, как ей это удалось, сэр. — Хэйл понизил голос: — Там всё очень… Её сильно покусали, сэр.
Ренард вернул ему фотографию.
— Если вам не сложно, офицер, всё что сможете узнать, перешлите в мой отдел.
Хэйл молча кивнул, уже не пытаясь изображать сочувствие — похоже, окончательно запутался, какое выражение лица ему следует сделать. Ренард не стал его мучить и, развернувшись, направился к лифту.
Что ж, Ведьма допрыгалась. То, что конкретно от этой Ведьмы Ренард больше не ожидал боевых подвигов — только так необходимое ему противоядие — не означало, что однажды она не попытается его удивить. Попытка не зачлась: ему было всё равно. Он и приехал-то только потому, что управление одним своим видом — привычными коридорами, дверями, табличками, всё теми же лицами, одинаковыми вопросами, отчётами и звонками — неожиданно стало вызывать непереносимую ненависть, стоило ему только ступить на парковку. Звонок офицера Хэйла пришёлся кстати.
Зачем он вообще пошёл в полицию? Кэтрин об этом не раз спрашивала, и он всегда знал ответ, хотя и не считал необходимым объясняться с Ведьмой — знал для себя. На этот раз ответа не было.
Ренард остановился у лифта, нажал кнопку и, вынув из кармана тёмный бутылёк, задумчиво погладил пробку подушечкой пальца. Этот будет пятым. Слишком их много, и после четвёртой дозы прошло мало времени, но подступившая апатия была невыносима. Просто накопилась усталость, депривация сна, откат от стимуляторов, сожаление, извечный неправильный выбор и глупая бессмысленная травма в прошлом. Лекарственная зависимость отлично дополнит этот список.
Тамин маслянисто обволок язык, на мгновение анестезировал дёсны и отдался лёгкой горечью на нёбе. Теперь нужно немного подождать, и скоро жить станет гораздо приятнее. Ненадолго, часа на три и, чем дальше, тем на меньший срок будет хватать дозы. Учитывая состояние Ведьмы, стоило придумать запасной план — как минимум записать все важные события, чтобы поразить себя завтрашнего.
Оставался открытым вопрос: куда поехать. Можно рискнуть лечь спать прямо сейчас, когда по Портленду разгуливает Кортес и, проснувшись, оказаться на несколько часов беспомощным. Если так, тогда нужно ехать домой. А если дожидаться момента, когда Кортес исчезнет с лица земли, то — в управление, но это небезопасно для подчинённых. Даже мысль об управлении вызывала неистовое желание убивать всех, кто под руку подвернётся.
Ренард спустился на парковку, дошёл до юкона и в нерешительности остановился возле прорубленной Келли дверцы.
Есть ещё вариант попросить помощи у Гримма. Впрочем, нет, варианта — просить помощи — не существовало.
В конце концов, он всю жизнь неплохо справлялся сам, без Гримма. Пока на шее не затянулась удавка.
Из забытья его выбросило на заднее сидение движущегося автомобиля. Тамин сам распахнул глаза Ренарда и гулкими ударами сердца сообщил, что в сон ему проваливаться ещё рано. Нещадно саднило горло, на шее по-прежнему болталась колючая верёвочная петля. Ренард попытался дёрнуть стянутыми за спиной в локтях и запястьях руками и разогнуть спутанные ноги — бесполезно, связали намертво. Чувствовался профессиональный подход.
— … У нас, — произнёс на французском голос Кортеса.
Изо всех сил стараясь подавить раздирающий горло кашель, Ренард вжался лицом в сидение.
— Да, но есть проблема… Нет, это не проблема — её найдём. Другая проблема, мсье… Одну минутку.
Автомобиль затормозил, и Кортес вышел. Распахнулась задняя дверь.
— Что ж вам не спится, мсье Ренард? — заботливо поинтересовался испанец, затягивая удавку.
Офицер шагнул навстречу и старательно изобразил на лице скорбь. Глаза выдавали любопытство.
— Офицер Хэйл. Спасибо, что приехали, сэр, — сказал он, протягивая маленький моментальный снимок.
Ренард кивнул и взял карточку.
— Да, это Кэтрин Шейд, — подтвердил он. — Вам не удалось с ней поговорить?
— Практически нет. Она даже своего имени не назвала, повторяла только, чтобы позвали вас. Операция идёт уже полтора часа. Простите, нигде вас найти не могли. Дождусь, когда она выйдет из-под наркоза, попробую что-нибудь узнать и сразу сообщу вам. Пока предварительно: на неё напал какой-то зверь. Парамедики сказали «множественные кусаные раны».
— Где её нашли?
— Она вышла к Хауторну на проезжую часть. Не представляю, как ей это удалось, сэр. — Хэйл понизил голос: — Там всё очень… Её сильно покусали, сэр.
Ренард вернул ему фотографию.
— Если вам не сложно, офицер, всё что сможете узнать, перешлите в мой отдел.
Хэйл молча кивнул, уже не пытаясь изображать сочувствие — похоже, окончательно запутался, какое выражение лица ему следует сделать. Ренард не стал его мучить и, развернувшись, направился к лифту.
Что ж, Ведьма допрыгалась. То, что конкретно от этой Ведьмы Ренард больше не ожидал боевых подвигов — только так необходимое ему противоядие — не означало, что однажды она не попытается его удивить. Попытка не зачлась: ему было всё равно. Он и приехал-то только потому, что управление одним своим видом — привычными коридорами, дверями, табличками, всё теми же лицами, одинаковыми вопросами, отчётами и звонками — неожиданно стало вызывать непереносимую ненависть, стоило ему только ступить на парковку. Звонок офицера Хэйла пришёлся кстати.
Зачем он вообще пошёл в полицию? Кэтрин об этом не раз спрашивала, и он всегда знал ответ, хотя и не считал необходимым объясняться с Ведьмой — знал для себя. На этот раз ответа не было.
Ренард остановился у лифта, нажал кнопку и, вынув из кармана тёмный бутылёк, задумчиво погладил пробку подушечкой пальца. Этот будет пятым. Слишком их много, и после четвёртой дозы прошло мало времени, но подступившая апатия была невыносима. Просто накопилась усталость, депривация сна, откат от стимуляторов, сожаление, извечный неправильный выбор и глупая бессмысленная травма в прошлом. Лекарственная зависимость отлично дополнит этот список.
Тамин маслянисто обволок язык, на мгновение анестезировал дёсны и отдался лёгкой горечью на нёбе. Теперь нужно немного подождать, и скоро жить станет гораздо приятнее. Ненадолго, часа на три и, чем дальше, тем на меньший срок будет хватать дозы. Учитывая состояние Ведьмы, стоило придумать запасной план — как минимум записать все важные события, чтобы поразить себя завтрашнего.
Оставался открытым вопрос: куда поехать. Можно рискнуть лечь спать прямо сейчас, когда по Портленду разгуливает Кортес и, проснувшись, оказаться на несколько часов беспомощным. Если так, тогда нужно ехать домой. А если дожидаться момента, когда Кортес исчезнет с лица земли, то — в управление, но это небезопасно для подчинённых. Даже мысль об управлении вызывала неистовое желание убивать всех, кто под руку подвернётся.
Ренард спустился на парковку, дошёл до юкона и в нерешительности остановился возле прорубленной Келли дверцы.
Есть ещё вариант попросить помощи у Гримма. Впрочем, нет, варианта — просить помощи — не существовало.
В конце концов, он всю жизнь неплохо справлялся сам, без Гримма. Пока на шее не затянулась удавка.
Из забытья его выбросило на заднее сидение движущегося автомобиля. Тамин сам распахнул глаза Ренарда и гулкими ударами сердца сообщил, что в сон ему проваливаться ещё рано. Нещадно саднило горло, на шее по-прежнему болталась колючая верёвочная петля. Ренард попытался дёрнуть стянутыми за спиной в локтях и запястьях руками и разогнуть спутанные ноги — бесполезно, связали намертво. Чувствовался профессиональный подход.
— … У нас, — произнёс на французском голос Кортеса.
Изо всех сил стараясь подавить раздирающий горло кашель, Ренард вжался лицом в сидение.
— Да, но есть проблема… Нет, это не проблема — её найдём. Другая проблема, мсье… Одну минутку.
Автомобиль затормозил, и Кортес вышел. Распахнулась задняя дверь.
— Что ж вам не спится, мсье Ренард? — заботливо поинтересовался испанец, затягивая удавку.
Глава 10
Конструкция на столе впечатляла размахом: под колбой на треноге стояла маленькая печка с углями, от горлышка колбы к серебряной чашечке на высоком штативе тянулись длинные извилистые трубки. В чашечку медленно капала синеватая жидкость. Ник заворожено наблюдал этот процесс со стула, пока Розали, попрощавшись со смутно ему знакомой девушкой-Древогрызом, запирала магазинчик на технический перерыв.
Страница 63 из 69
