Batman

Они мгновение смотрели друг на друга.

— Отлично. Я собираюсь поцеловать тебя, Поттер. Держись!

Гарри любезно закрыл глаза, а Драко наклонился и клюнул его в губы.

Поттер мигнул.

— Не распробовал!

Драко снова наклонился и слегка дотронулся своими губами до его рта.

— Ты все делаешь неправильно, — проныл Гарри, Драко выглядел непонимающим. — Надо закрыть глаза, должно быть много языка, и обычно это длится гораздо дольше. Черт, я покажу тебе, — сказал Гарри, ухватил блондина за затылок, притянул его к себе и впился тому в губы.

Даже сквозь алкогольный туман, поразивший их сознания, мальчики готовы были поклясться, что это лучший поцелуй в их жизни. Обе руки Гарри зарылись в пушистые волосы, перебирая пальцами пряди, руки Драко поползли от талии Поттера вверх по спине, посылая по ней электрический импульс. Гарри облизал его губы и тот нетерпеливо открыл рот, чтобы сплестись языками, и поцелуй стал очень горячим.

Брюнет начал покрывать поцелуями лицо Драко. Тот рвано задышал, эти звуки так понравились гриффиндорцу, что он протянул цепочку поцелуев до уха Малфоя, а затем, вниз по шее, целуя, облизывая, и посасывая. Сначала блондин только постанывал и вздыхал, а потом пробормотал:

— Да, детка, ах… Здесь, да, боже! Сделай это, сделай для папочки!

Гарри сделал паузу и облизнулся:

— Для папочки?

— А что? Это просто выражение.

— Никогда не слышал прежде.

— Ты, должно быть, не слишком искушен, спроси любого, это очень распространенное, хорошее выражение.

Гарри оскорбился.

— Едва ли тот, кто не знает этого дурацкого выражения, неопытен.

— Поверь мне, Поттер, — Драко был непреклонен. Гарри помрачнел.

— Заткнись, Малфой! Кроме того, если кто-то здесь и будет папочкой, так это я.

— Ты? — Драко сузил глаза. — Ни в коем разе, Поттер. Я большой, плохой слизеринец и папочкой буду я.

— Прям щаз! Я — мальчик, который выжил, я буду папочкой.

— Ты сидишь у меня на коленях.

— Ни фига! — все больше раздражался Гарри. — Это мои ноги лежат на твоих коленях. Кроме того, я — Бэтмен, а ты женщина-кошка. Очевидно, что парень здесь я, и я буду папочкой.

— А теперь послушай меня, ты, мелкий, девственный гриффиндорец, папочка — я, и закончим с этим. Давай, повторяй, я хочу услышать, как ты это скажешь. Скажи — Малфой, ты мой папочка.

— Чё?

— Давай, говори, я хочу это услышать.

— Ни за что.

— Не зли меня, Поттер, я знаю много темных проклятий и не побоюсь их использовать.

— У тебя нет палочки, — самодовольно указал Гарри.

— Проклятье! — сказал Драко, оглядываясь в поисках вдохновения.

— Скажи это! — упорствовал блондин. — Иначе я тебя защекочу.

Гарри задохнулся от возмущения.

— Ты не посмеешь!

— Еще как посмею! Скажи это!

— НИКОГДА!

— Ладно, ты сам напросился, — сказал Драко, ловко спихнул Гарри на диван и придавил сверху своим телом. Потом он уселся на груди гриффиндорца, прижал его руки коленями, и пощекотал.

Мальчик-который-выжил оказался очень и очень отзывчив. Он метался по дивану, неспособный прекратить смех, потому, что Малфой водил пальцами вверх-вниз по его груди и животу.

— Ради Бога! — простонал Гарри, задыхаясь от смеха, поскольку блондин беспощадно щекотал его. — Остановись! Малфой!

— Только если ты скажешь то, что должен, — предупредил слизеринец, увеличивая интенсивность щекотки.

— Нет! — Гарри боролся, как мог, но Драко надежно его придавил, и прошелся по правому боку.

— Малфой! Пожалуйста! ДРАААКООО! — Поттер знал, что скулит, но он был в отчаянном положении.

— Ты знаешь, что сказать, Поттер, — Драко ухмылялся, похоже, ему очень нравился корчащийся в судорогах и стонавший под ним Поттер. Гарри закусил губу, но блондин видел, что он сдается. — Говори, Поттер! Кто твой папочка? Кто, а?

— О, боже… хорошо, ты, чудовище! Малфой, ты мой папочка!

Драко прекратил щекотать его, и Гарри уставился на блондина, ловя губами воздух.

— Ублюдок!

Драко ухмыльнулся.

— Не выступай, а то папочка тебя накажет.

Гарри злобно зыркнул на поработителя, который очень удобно устроился на его животе и, судя по всему, слезать с него не собирался. Как раз наоборот, Драко рассматривал брюнета очень плотоядным взглядом.

— Зеленые, — решительно сказал он, и Гарри смутился.

— Какие? — спросил он, внезапно почувствовав всю тяжесть тела Малфоя на себе.

— Твои глаза, — просто объяснил Драко. — Они зеленые.

— Я знаю, — ответил Гарри, задаваясь вопросом, чего же, спрашивается, добивается Малфой.

Драко наклонился еще ниже, положив руки по обе стороны Гарри и нависая над ним.