Фандом: Гарри Поттер. Драко решил выступить в роли «купидона» и причаровать Того-Кого-Нельзя-Называть к прелестной Беллатрисе. Он хотел как лучше, а вышло, как всегда…
Добавить в моё избранное
69 мин, 40 сек 19099
Темный Лорд хотел было припасть к этим влажным, манящим губам безо всякого вина, но Малфой-младший, прижавшись к нему гибким телом, почти насильно влил в милорда содержимое бокала…
И тут мир перед Его Темнейшеством завертелся бешеной каруселью — замелькали стены, потолок, мебель, какие-то люди… и посреди всего этого хаоса — Беллатриса, через мгновение впившаяся в его губы страстным поцелуем.
А потом, уже теряя сознание, Лорд увидел закружившиеся вокруг него в диком танце крестражи, среди которых особенно сюрреалистично смотрелась выписывающая вензеля Нагайна, и отчетливо услышал голос Дамблдора, произносившего какое-то сложное заклинание. А дальше — тьма.
Очнулся он уже в маггловской больнице с полной потерей памяти после автомобильной катастрофы, как ему потом пояснили. С одной стороны гудел аппарат жизнеобеспечения, с другой — что-то ласково ворковала Белла Дарк — его законная супруга. И Том всерьез поверил, что любит эту красивую добрую женщину, которая выхаживала его, не покладая рук и не смыкая глаз. Из зеркала на него смотрел интересный брюнет средних лет, дом был полная чаша, работать не возникло никакой необходимости, еще и к писательству способность проснулась. И мистер Дарк считал себя вполне всем довольным, вплоть до сегодняшнего вечера…
— Каждый получит по заслугам, каждый, — многообещающе процедил Том Риддл, ощущая, как вернувшаяся магия щекоткой пробежала по кончикам его пальцев, и, спрыгнув с подоконника, пошел в ванную комнату — расслабляющий душ ему сейчас был просто необходим!
Раздевшись и встав под упругие теплые струи, он начал придумывать страшные кары для врагов и предателей. Особенно ему хотелось разделаться с мелким Малфоем, который сделал из него посмешище, опозорил перед недругами и соратниками! Ч-ч-черт, розовый пеньюар, слюнявые стихи, уроки игры на лютне… Нда… С такой репутацией в Темные Лорды не сунешься — засмеют!
Том скрипнул зубами, мысленно схватив гадкого мальчишку за волосы, перекинул себе через колено голой задницей кверху и с силой ударил раскрытой ладонью, любуясь ярким отпечатком своей пятерни на белоснежной коже. Один удар, второй, третий… двадцать пятый — и вот гаденыш, захлебываясь от рыданий, извивается всем телом, пытаясь избежать дальнейшей экзекуции — его ягодицы уже малиновые и раскаленные, как песок под горячим южным солнцем. Вот теперь можно вздернуть мальчишку на себя и… зацеловать прелестное, мокрое от слез личико.
На этой мысли Риддл, запрокинув голову, мощно кончил на стену душевой кабинки и сполз вниз, сжимая в руке опадающий член.
Приплыли! Он помотал головой, пытаясь собрать разбежавшиеся во все стороны мысли о жестоких расправах над виновниками его падения, но мысли не собирались, а вместо них в голову лезла какая-то любовная дребедень!
— Какого черта! — проревел ошарашенный своим поведением бывший Темный Лорд и вылетел из душа, пребольно навернувшись на повороте. — Мерлин и Моргана, я проклят!
Вернувшиеся из романтического путешествия молодожены Малфой-Поттеры, принимали у себя в роскошном пентхаузе, в который они переехали сразу после свадьбы, ближайших друзей: Рона с Гермионой и Панси с Блейзом. Позднее к ним должны были присоединиться родители Драко, оба крестных и Альбус Дамблдор.
Надо сказать, что передвигался Драко с трудом, так как неистовый супруг все же дорвался до его желанного тела, и ни в какую не желал уступать верхнюю позицию. Гадкий, приставучий, беззастенчивый сексуальный террорист — гриффиндорец, одним словом!
Обстановка была самая что ни на есть непринужденная, — Драко, бочком сидя в кресле, читал вслух поздравительные письма к свадьбе, которые еще продолжали приходить, Гермиона с Панси тут же писали в ответ слова благодарности, а Блейз с Роном азартно резались в магические шахматы.
И вот прямо посреди этой домашней идиллии в приоткрытую форточку влетела аккуратненькая небольшая сова абсолютно неприметной наружности и, сбросив в руки Драко простой белый конвертик, не дожидаясь угощения, упорхнула восвояси.
— Так, Герми, давай сразу напишем ответ, — сказал Драко, вскрывая конверт, из которого зловеще-медленно выплыла черная валентинка.
Гермиона вскрикнула, выронив перо, и все напряженно замерли в предчувствии беды.
«О, прекрасный мой изменник,»
Будущий мой страстный пленник«…»
Дальше Драко уже не услышал, потому что тихо сполз с кресла в обморок. Гарри бросился приводить мужа в чувство, ругая Темного Лорда последними словами и рыча, что тому — капец, потому что ни один из них не может жить спокойно, пока жив другой…
Панси уже верещала по колдофону Лаванде, что лысый няша вернулся и можно назначать встречу их клуба, Блейз с Роном в исступлении, заламывая руки, бегали по комнате, Гермиона пыталась их затормозить… А на всё это безобразие взирали застывшие в дверях статуями чета Малфоев, Снейп с Блэком и растерянно улыбающийся Альбус Дамблдор.
И тут мир перед Его Темнейшеством завертелся бешеной каруселью — замелькали стены, потолок, мебель, какие-то люди… и посреди всего этого хаоса — Беллатриса, через мгновение впившаяся в его губы страстным поцелуем.
А потом, уже теряя сознание, Лорд увидел закружившиеся вокруг него в диком танце крестражи, среди которых особенно сюрреалистично смотрелась выписывающая вензеля Нагайна, и отчетливо услышал голос Дамблдора, произносившего какое-то сложное заклинание. А дальше — тьма.
Очнулся он уже в маггловской больнице с полной потерей памяти после автомобильной катастрофы, как ему потом пояснили. С одной стороны гудел аппарат жизнеобеспечения, с другой — что-то ласково ворковала Белла Дарк — его законная супруга. И Том всерьез поверил, что любит эту красивую добрую женщину, которая выхаживала его, не покладая рук и не смыкая глаз. Из зеркала на него смотрел интересный брюнет средних лет, дом был полная чаша, работать не возникло никакой необходимости, еще и к писательству способность проснулась. И мистер Дарк считал себя вполне всем довольным, вплоть до сегодняшнего вечера…
— Каждый получит по заслугам, каждый, — многообещающе процедил Том Риддл, ощущая, как вернувшаяся магия щекоткой пробежала по кончикам его пальцев, и, спрыгнув с подоконника, пошел в ванную комнату — расслабляющий душ ему сейчас был просто необходим!
Раздевшись и встав под упругие теплые струи, он начал придумывать страшные кары для врагов и предателей. Особенно ему хотелось разделаться с мелким Малфоем, который сделал из него посмешище, опозорил перед недругами и соратниками! Ч-ч-черт, розовый пеньюар, слюнявые стихи, уроки игры на лютне… Нда… С такой репутацией в Темные Лорды не сунешься — засмеют!
Том скрипнул зубами, мысленно схватив гадкого мальчишку за волосы, перекинул себе через колено голой задницей кверху и с силой ударил раскрытой ладонью, любуясь ярким отпечатком своей пятерни на белоснежной коже. Один удар, второй, третий… двадцать пятый — и вот гаденыш, захлебываясь от рыданий, извивается всем телом, пытаясь избежать дальнейшей экзекуции — его ягодицы уже малиновые и раскаленные, как песок под горячим южным солнцем. Вот теперь можно вздернуть мальчишку на себя и… зацеловать прелестное, мокрое от слез личико.
На этой мысли Риддл, запрокинув голову, мощно кончил на стену душевой кабинки и сполз вниз, сжимая в руке опадающий член.
Приплыли! Он помотал головой, пытаясь собрать разбежавшиеся во все стороны мысли о жестоких расправах над виновниками его падения, но мысли не собирались, а вместо них в голову лезла какая-то любовная дребедень!
— Какого черта! — проревел ошарашенный своим поведением бывший Темный Лорд и вылетел из душа, пребольно навернувшись на повороте. — Мерлин и Моргана, я проклят!
Вернувшиеся из романтического путешествия молодожены Малфой-Поттеры, принимали у себя в роскошном пентхаузе, в который они переехали сразу после свадьбы, ближайших друзей: Рона с Гермионой и Панси с Блейзом. Позднее к ним должны были присоединиться родители Драко, оба крестных и Альбус Дамблдор.
Надо сказать, что передвигался Драко с трудом, так как неистовый супруг все же дорвался до его желанного тела, и ни в какую не желал уступать верхнюю позицию. Гадкий, приставучий, беззастенчивый сексуальный террорист — гриффиндорец, одним словом!
Обстановка была самая что ни на есть непринужденная, — Драко, бочком сидя в кресле, читал вслух поздравительные письма к свадьбе, которые еще продолжали приходить, Гермиона с Панси тут же писали в ответ слова благодарности, а Блейз с Роном азартно резались в магические шахматы.
И вот прямо посреди этой домашней идиллии в приоткрытую форточку влетела аккуратненькая небольшая сова абсолютно неприметной наружности и, сбросив в руки Драко простой белый конвертик, не дожидаясь угощения, упорхнула восвояси.
— Так, Герми, давай сразу напишем ответ, — сказал Драко, вскрывая конверт, из которого зловеще-медленно выплыла черная валентинка.
Гермиона вскрикнула, выронив перо, и все напряженно замерли в предчувствии беды.
«О, прекрасный мой изменник,»
Будущий мой страстный пленник«…»
Дальше Драко уже не услышал, потому что тихо сполз с кресла в обморок. Гарри бросился приводить мужа в чувство, ругая Темного Лорда последними словами и рыча, что тому — капец, потому что ни один из них не может жить спокойно, пока жив другой…
Панси уже верещала по колдофону Лаванде, что лысый няша вернулся и можно назначать встречу их клуба, Блейз с Роном в исступлении, заламывая руки, бегали по комнате, Гермиона пыталась их затормозить… А на всё это безобразие взирали застывшие в дверях статуями чета Малфоев, Снейп с Блэком и растерянно улыбающийся Альбус Дамблдор.
Страница 20 из 21
