Фандом: The Elder Scrolls. Он прошёл тысячи лиг пустошами Тамриэля. Он достиг всего что только под силу Довакину. Он поднялся до вершин, недоступных смертному. Теперь перед ним лежит всего лишь один путь. Туда, куда ведут все дороги. Туда, где сбываются все мечты. Туда, откуда никто не возвращается. Но и туда, где его давно ждёт Она.
Добавить в моё избранное
23 мин, 19 сек 8242
— Ты не можешь, чтобы не шутить на этот счёт, — с улыбкой ответил ему маг, обнимая Гормлейт Золотую Рукоять.
А затем был пир. Так уж было заведено в Скайриме: после доброго сражения вначале следует тризна по павшим воинам, а затем — пир в честь победителей. Однако в Совнгарде не было места печальным поминкам, а пиры были такими, до которых далеко любому празднованию в смертных пределах. Здесь было, есть и будет место каждому, кто храбр духом, отважен сердцем и не боится принять смерть в честном бою. Здесь Олаф Одноглазый обсуждал с легатом Рикке особенности построения ловушек на драконов. Здесь великий Исграмор общался с солдатами Братьев Бури и Имперского Легиона (уже давно позабывших о своей вражде) на предмет тактики ведения боя. Здесь же бывший верховный король Торуг распивал мёд в компании героев бесчисленных войн эпохи Междуцарствия. Наконец, именно здесь я смог поцеловать ту, которую любил больше жизни.
— Ты осознаёшь, что перед нами теперь целая вечность? — спросила Катрия, которую я снова держал в объятиях.
— Да, любимая.
Мы стояли на внешнем балконе Дворца, выходившего на звёздно-кристальную сферу.
— И как же мы будем её проводить? — лукаво спросила Катрия, взглянув на меня своими тёмными глазами.
— Ну… — ответил я, с улыбкой глядя на её перерождённое лицо. — Число вариантов бесконечно, ты же понимаешь. Но я точно знаю, что сделаю сейчас.
И сразу же впился в её теперь уже не холодные губы. Перед нами и взаправду была вечность, где каждый новый день будет лучше предыдущего.
Но я был счастлив уже сейчас!
А затем был пир. Так уж было заведено в Скайриме: после доброго сражения вначале следует тризна по павшим воинам, а затем — пир в честь победителей. Однако в Совнгарде не было места печальным поминкам, а пиры были такими, до которых далеко любому празднованию в смертных пределах. Здесь было, есть и будет место каждому, кто храбр духом, отважен сердцем и не боится принять смерть в честном бою. Здесь Олаф Одноглазый обсуждал с легатом Рикке особенности построения ловушек на драконов. Здесь великий Исграмор общался с солдатами Братьев Бури и Имперского Легиона (уже давно позабывших о своей вражде) на предмет тактики ведения боя. Здесь же бывший верховный король Торуг распивал мёд в компании героев бесчисленных войн эпохи Междуцарствия. Наконец, именно здесь я смог поцеловать ту, которую любил больше жизни.
— Ты осознаёшь, что перед нами теперь целая вечность? — спросила Катрия, которую я снова держал в объятиях.
— Да, любимая.
Мы стояли на внешнем балконе Дворца, выходившего на звёздно-кристальную сферу.
— И как же мы будем её проводить? — лукаво спросила Катрия, взглянув на меня своими тёмными глазами.
— Ну… — ответил я, с улыбкой глядя на её перерождённое лицо. — Число вариантов бесконечно, ты же понимаешь. Но я точно знаю, что сделаю сейчас.
И сразу же впился в её теперь уже не холодные губы. Перед нами и взаправду была вечность, где каждый новый день будет лучше предыдущего.
Но я был счастлив уже сейчас!
Страница 7 из 7
