Поиграем?!

Пролог

У каждого есть увлечение, которому он хочет посвятить всю жизнь. И не важно, вязание ли это крючком или же занятие музыкой. Главное, что это увлечение делает твою жизнь счастливой. С пяти лет я увлекался гимнастикой. По нашему договору с родителями, она должна была остаться всего лишь хобби, но что-то пошло не так. Сейчас я стою перед шатром бродячего цирка, который приехал в наш город с гастролями, и собираюсь стать в нем частью представления. Родители, конечно же, не в курсе, иначе бы был «капец котенку», потому что будущее они для меня планировали грандиозное, по их меркам, конечно же. Мама уже подыскала для меня шикарный институт, а так же подала в него документы. И не спросила меня, да. Если меня примут (а я уверен, мама согласится даже на платное), то останется только сидеть за партами (или что там в институтах), сдавать курсовые, да и вообще постигать профессию адвоката. Да, прибыльно, кто же спорит. Но мне не хочется себе такого будущего, разве сложно понять?!

Пнув ногой траву, которая была ни капли не виновата, я обошел шатер, из которого доносились радостные крики детей, которые были довольны представлением, а так же рычание какого-то животного — льва или тигра — который и был гвоздем программы цирка. Понятия не имею, как наниматься на работу в цирк, а интернет об этом благоразумно умалчивает. Но если подумать, то не в сам же шатер идти, выпрыгивать на сцену и орать: Рийо Хэйл, 19 лет, окончил школу, примите на работу, я только выгибаться красиво могу, ну еще на шпагат садиться.

Насколько я знал, все циркачи жили не в самом шатре, а в трейлерах и вагончиках. В самом украшенном, ну, или большом, вагончике или трейлере обязательно должен жить глава цирка — какой-нибудь пузатый мужчина в цветастом костюме, с огромной шляпой, со свернутой плетью, пристегнутой к ремню. Да, примерно так я и представлял себе хозяина цирка, когда шел между вагончиков, трейлеров и небольших повозок.

Здесь было шумно, даже для меня, который всю жизнь прожил в городе и привык к суете вокруг. Жонглеры, клоуны, фокусники — все бегали вокруг, подбирая реквизит, толкались у входа в шатер, разговаривали друг с другом. Самая обычная жизнь самого обычного цирка.

Должно быть, если я все-таки устроюсь на эту работу в цирке, то мне будет сложно влиться в такую яркую и насыщенную жизнь. Хотя, это довольно малая жертва по сравнению с избавлением от жизни, которую придумали за меня родители.

Оглядевшись, я увидел девушку, стоящую немного в стороне от других. У нее были длинные светлые волосы, на концах покрашенные в более насыщенный оттенок, красивые темно-зеленые глаза, а так же веснушки, хотя девушка была счастливой обладательницей молочно-бледной кожи. Ее платье, расшитое бусинами, напоминало ночное небо. Наверное, оно стоило бешеных денег, или нескольких месяцев работы.

Посмотрев на нее еще немного, я наконец-то решился подойти. При виде меня она растерялась, даже оглядываясь по сторонам, чтобы проверить, не иду ли я к кому-нибудь другому.

— Простите, вы… вам нельзя здесь находиться, если вы не из труппы.

— Да, я знаю. Но я бы хотел найти того, кто в цирке за главного. Мне хотелось бы стать у вас гимнастом.

Девушка недоверчиво осмотрела меня, а потом кивнула. Не думал, что все будет так просто, но эта девушка ведь всего лишь циркачка. Думаю, самый сложный разговор предстоит как раз с главным. Интересно, смогу ли я уговорить его взять меня в цирк, если скажу правду? Вряд ли кто-то возьмет на себя такую ответственность: покрывать ребенка без образования, который решил сбежать от родителей. Да, я совершеннолетний, но они же все равно будут меня искать.

Черт, надеюсь, это не станет большой проблемой. Только и могу на это надеяться.

Наравне с мыслями о будущем разговоре, я успевал оглядываться по сторонам, замечая, что чем дальше в цирк, тем больше шума. Никто не обращал на меня — которому нельзя быть здесь — ровным счетом никакого внимания. Юноша-дрессировщик успокаивал огромного тигра, который только что закончил со своим номером, рядом тренировалась девушка, подбрасывая горящие факелы, а потом ловко их ловя. Тигр, который, как любое животное, должен был бояться огня, на нее даже не смотрел, все пытаясь уложить громадные лапы на плечи дрессировщику, а потом повалить его на землю.

Пока я прикидывал примерную структуру разговора с директором цирка — не выгоняйте меня сразу, у меня есть печеньки — девушка подошла к отдельно стоящему вагончику, из которого доносилась весьма отчетливая ругань, а так же карканье вороны.

Моя провожатая, похоже, ни капли этому не удивилась, подойдя к двери вагончика и постучавшись. Карканье тут же стихло, как и вообще любые звуки. Мы простояли в полной тишине — если вообще это можно было назвать тишиной, ведь голоса циркачей все еще доносились, хоть и приглушенно, а животный мир и не думал затихать — около минуты, а потом дверь распахнулась, едва не хлопнув мою провожатую по носу.