Для обычного подростка жизнь не готовит ничего особенного просто по определению. Однако, когда ты с самого начала обладаешь довольно странными качествами, жизнь просто обязана преподнести тебе что-то крутое. Нет, не соседа в теле. Нет, не клоуна-убийцу. Нет, нет, нет, жизнь, ты слышала?
Добавить в моё избранное
278 мин, 28 сек 4302
Пешком ходить за всеми идиотами, кому захочется взять мою вещь, не слишком удобно.
— Оу. Но прав у тебя нет?
Мужчина закатил глаза, проигнорировав этот вопрос. Молчание воцарилось еще на минут десять.
Больше тем для разговоров с ним просто не было. Мы же совершенно чужие друг другу. Скорей бы он уже довез меня до вагончика, а потом ушел восвояси. Может, тогда моя жизнь в цирке снова станет веселой, ведь жить среди них действительно было весело.
Только нужно будет не забыть вернуть ему эту детскую книгу. И шарманку. Не хочу, чтобы хоть какие-то воспоминания оставались о нем.
Посмотрев в окно, я заметил знакомые улицы. До цирка оставалось… минут десять, если я правильно догадался, где мы находимся. Да, почти через десять минут мы там и оказались.
Выйдя из машины и услышав рычание Злата, я едва не кинулся прямо к клетке тигра, чтобы обнять его и несколько раз признаться в искренней любви. Но Коул вряд ли этому бы обрадовался, поэтому я смирно пошел к вагончику, думая, что Джек теперь уйдет с миром.
Мышцы болели, кажется, даже поднялась температура, я же столько времени пробыл на холоде. Эх, надеюсь, меня не выгонят, если я случайно заболею.
Подойдя к ставшему родным вагончику, я совершенно случайно посмотрел назад. Прямо на Джека, который маячил за моей спиной как мрачная статуя. Он что, снова к убийствам потянулся?
— Джек, может ты, того, домой? — подсказал я ему, слабо надеясь, что он действительно пойдет домой.
— Сначала собери остатки своей совести и отдай мою вещь.
— Книгу? — внезапно вспомнил я.
— Ее оставь себе. Шарманку.
— А… ладно, жди здесь.
Зайдя в темный вагончик, я включил лампу. Я прекрасно помнил, что шарманка спокойно лежала себе на столе. Ну, два дня назад…
Сглотнув при виде сваленного на пол одеяла, которое свалилось, возможно, когда моя попытка «соблазнить» Джека провалилась, я вернул его на кровать, а потом уже пошел к столу. На нем небрежно валялись все те же дневники прежнего жильца, к которым я не проявлял за все это время и крупицы внимания, там же что-то делало старое перо, а шарманка…
— Джек, слушай, а ты уверен, что не забрал ее до того, как потащил меня в парк?
— Ты идиот?
— Эй… Ладно, я поищу еще.
Шарманки не было совершенно нигде, ни на полу, ни на кровати. Черт! Может, кто-то зашел сюда и взял ее? Мало ли кому понадобилась разноцветная коробочка…
— Ты еще долго будешь возиться? Может, мне не стоило оставлять тебя в живых?
«Джек, ты заставляешь меня паниковать, потерпи немного, а?»
Джек прошел в вагончик, встав над душой, как самый жуткий ангел-хранитель, который точно угробил бы своего подопечного в первый же день. Интересно, он уже понял, что я понятия не имею, где шкатулка?
— Серьезно? Ты решил прошляпить свой единственный шанс?
— Может… ты завтра зайдешь? Я к тому времени ее точно найду!
Джек закатил глаза, видимо, трижды пожалев, что «решил оставить мне жизнь».
— В шесть. Не вернешь, я вспомню о том, чем собирался заниматься изначально.
— Трахать мой труп? — пискнул я.
Джек прищурился. Не смотри на меня так, должен был уже привыкнуть, что иногда я просто вынужден нести бред, чтобы никто не принял меня всерьез и не вздумал обращаться по всей строгости.
— Именно.
На кровать я лег через минуту после того, как Джек ушел из вагончика. Сил на то, чтобы искать шкатулку прямо сейчас, просто не было. Уснул я за несколько секунд, провалившись в удушающую темноту сна.
Сначала мне было жарко. Иногда так было летом, когда открывать окно было просто невозможно из-за обилия летающих кровососущих тварей. Такими летними ночами я буквально задыхался, точно так же, как задыхался и сейчас, падая в черную пропасть.
Не знаю, сколько это продолжалось, но в какой-то момент я упал на что-то мягкое, будто на гору одеял. Как какая-то Алиса, упавшая в кроличью нору. Сначала вокруг было тихо, так тихо, что я даже попытался выбраться из теплого плена, но быстро осознал бесполезность этих попыток — руки проваливались в пуховых одеялах, так что в конечном итоге я все равно оставался в горизонтальном положении. После осознания собственной беспомощности, я остался спокойно лежать на подстилке из одеял. Не знаю, как долго это продолжалось, но в какой-то момент я увидел перед собой свет. Сначала он был белым, потом начал медленно менять оттенок, приближаясь к желтому, а затем и оранжевому. Было совершенно не похоже на то, что приближался рассвет, свечение будто шло из невидимой свечки, которую поставили посреди одеял.
С появлением света стало жарче. Теперь уже у меня вспотел лоб, стало буквально делом жизни и смерти выбраться из пуховой перины, потому что дышать было практически невозможно. Я сделал еще одну попытку подняться и… и тут я увидел Его в первый раз.
— Оу. Но прав у тебя нет?
Мужчина закатил глаза, проигнорировав этот вопрос. Молчание воцарилось еще на минут десять.
Больше тем для разговоров с ним просто не было. Мы же совершенно чужие друг другу. Скорей бы он уже довез меня до вагончика, а потом ушел восвояси. Может, тогда моя жизнь в цирке снова станет веселой, ведь жить среди них действительно было весело.
Только нужно будет не забыть вернуть ему эту детскую книгу. И шарманку. Не хочу, чтобы хоть какие-то воспоминания оставались о нем.
Посмотрев в окно, я заметил знакомые улицы. До цирка оставалось… минут десять, если я правильно догадался, где мы находимся. Да, почти через десять минут мы там и оказались.
Выйдя из машины и услышав рычание Злата, я едва не кинулся прямо к клетке тигра, чтобы обнять его и несколько раз признаться в искренней любви. Но Коул вряд ли этому бы обрадовался, поэтому я смирно пошел к вагончику, думая, что Джек теперь уйдет с миром.
Мышцы болели, кажется, даже поднялась температура, я же столько времени пробыл на холоде. Эх, надеюсь, меня не выгонят, если я случайно заболею.
Подойдя к ставшему родным вагончику, я совершенно случайно посмотрел назад. Прямо на Джека, который маячил за моей спиной как мрачная статуя. Он что, снова к убийствам потянулся?
— Джек, может ты, того, домой? — подсказал я ему, слабо надеясь, что он действительно пойдет домой.
— Сначала собери остатки своей совести и отдай мою вещь.
— Книгу? — внезапно вспомнил я.
— Ее оставь себе. Шарманку.
— А… ладно, жди здесь.
Зайдя в темный вагончик, я включил лампу. Я прекрасно помнил, что шарманка спокойно лежала себе на столе. Ну, два дня назад…
Сглотнув при виде сваленного на пол одеяла, которое свалилось, возможно, когда моя попытка «соблазнить» Джека провалилась, я вернул его на кровать, а потом уже пошел к столу. На нем небрежно валялись все те же дневники прежнего жильца, к которым я не проявлял за все это время и крупицы внимания, там же что-то делало старое перо, а шарманка…
— Джек, слушай, а ты уверен, что не забрал ее до того, как потащил меня в парк?
— Ты идиот?
— Эй… Ладно, я поищу еще.
Шарманки не было совершенно нигде, ни на полу, ни на кровати. Черт! Может, кто-то зашел сюда и взял ее? Мало ли кому понадобилась разноцветная коробочка…
— Ты еще долго будешь возиться? Может, мне не стоило оставлять тебя в живых?
«Джек, ты заставляешь меня паниковать, потерпи немного, а?»
Джек прошел в вагончик, встав над душой, как самый жуткий ангел-хранитель, который точно угробил бы своего подопечного в первый же день. Интересно, он уже понял, что я понятия не имею, где шкатулка?
— Серьезно? Ты решил прошляпить свой единственный шанс?
— Может… ты завтра зайдешь? Я к тому времени ее точно найду!
Джек закатил глаза, видимо, трижды пожалев, что «решил оставить мне жизнь».
— В шесть. Не вернешь, я вспомню о том, чем собирался заниматься изначально.
— Трахать мой труп? — пискнул я.
Джек прищурился. Не смотри на меня так, должен был уже привыкнуть, что иногда я просто вынужден нести бред, чтобы никто не принял меня всерьез и не вздумал обращаться по всей строгости.
— Именно.
На кровать я лег через минуту после того, как Джек ушел из вагончика. Сил на то, чтобы искать шкатулку прямо сейчас, просто не было. Уснул я за несколько секунд, провалившись в удушающую темноту сна.
Сначала мне было жарко. Иногда так было летом, когда открывать окно было просто невозможно из-за обилия летающих кровососущих тварей. Такими летними ночами я буквально задыхался, точно так же, как задыхался и сейчас, падая в черную пропасть.
Не знаю, сколько это продолжалось, но в какой-то момент я упал на что-то мягкое, будто на гору одеял. Как какая-то Алиса, упавшая в кроличью нору. Сначала вокруг было тихо, так тихо, что я даже попытался выбраться из теплого плена, но быстро осознал бесполезность этих попыток — руки проваливались в пуховых одеялах, так что в конечном итоге я все равно оставался в горизонтальном положении. После осознания собственной беспомощности, я остался спокойно лежать на подстилке из одеял. Не знаю, как долго это продолжалось, но в какой-то момент я увидел перед собой свет. Сначала он был белым, потом начал медленно менять оттенок, приближаясь к желтому, а затем и оранжевому. Было совершенно не похоже на то, что приближался рассвет, свечение будто шло из невидимой свечки, которую поставили посреди одеял.
С появлением света стало жарче. Теперь уже у меня вспотел лоб, стало буквально делом жизни и смерти выбраться из пуховой перины, потому что дышать было практически невозможно. Я сделал еще одну попытку подняться и… и тут я увидел Его в первый раз.
Страница 26 из 76
