Для обычного подростка жизнь не готовит ничего особенного просто по определению. Однако, когда ты с самого начала обладаешь довольно странными качествами, жизнь просто обязана преподнести тебе что-то крутое. Нет, не соседа в теле. Нет, не клоуна-убийцу. Нет, нет, нет, жизнь, ты слышала?
Добавить в моё избранное
278 мин, 28 сек 4325
Что ж, придется подниматься на третий этаж. Параллель, жди меня!
Сейчас, кажется Рийохейрилу, знания совершенно бесполезны, как были бесполезны и тогда, когда они всем «дружным» классом обсуждали, как же не быть убитыми падальщиками. И не только потому, что падальщикам было обычно плевать на таких«обычных» жертв, как школьников из Империи (да и на всех остальных им обычно было плевать, чего уж говорить). А именно по той причине, что на Эттеррайсе на Рийохейрила даже бы взгляд никто из них не кинул, уж слишком много более«вкусных, подходящих и др.», а здесь, где были только люди и почти никого больше он явно переходил в разряд лакомых сладостей.
А еще убежать он в принципе не мог, потому что Рийо спокойно спал. А если он бы и проснулся, то нестабильная психика оболочки только усугубило бы все. Легенды ходили и о том, что падальщики не любят громких звуков.
Шипение усилилось, заставляя блондина жмуриться сильнее. Он не хочет умирать даже не потому, что умереть — значит исчезнуть навсегда (ну или не очень навсегда, если учитывать, что Божества Темных все-таки существуют). А из-за слишком частных утверждений, что когда ты умираешь — перед глазами проносится вся жизнь. Последнее, что хотел увидеть Рийохейрил, это свое прошлое. И уж тем более не хотел вспоминать причины, почему свалил из своей родной теплой школы, мира, оказавшись «здесь».
Шипение в какой-то момент достигло апогея, а потом бесследно исчезло. Существо будто оказалось в тумане, а потом глаза Рийохейрила пораженно расширились.
Смотреть на самого себя было странно. Конечно, Рийохейрил мог любоваться на свою оболочку в любое время, но… Такую ухмылку, почти с гордостью подумал Рийохейрил, мог скопировать не каждый. И особенно вложить в нее именно тот смысл, который вкладывал псевдо-крылан.
«Ну, хоть легенда о том, что падальщики умеют принимать чужой облик, правдива. Не вернусь, чтобы рассказать, но все же».
Из уст блондина шипение казалось слишком абсурдным. «Прислушавшись» к телу, Рийохейрил подумал, что многие спящие разговаривают во сне, значит и ему можно.
— Привет.
Копия с готовностью подхватила разговор, с точностью копируя хрипловатый ото сна голос.
— Привет.
Сглотнув, блондин решил хотя бы немного его развлечь. Так же легенды ходили и о том, что падальщики неплохие попугайчики.
— Меня зовут Рийохейрил.
— Меня зовут Рийохейрил.
Тут же с готовностью повторил падальщик, уставившись на Рийохейрила его же глазами.
— Мы с тобой вряд ли встречались, но я из того мира, что и ты.
— Мы с тобой вряд ли встречались, но я из того мира, что и ты.
Вряд ли падальщик понимал, что Ри ему говорил, но с огромным энтузиазмом повторял все фразы.
— Слышал ту легенду о падальщике? Хотя, я не уверен, что даже если тебе расскажут, ты поймешь, о чем.
— Слышал ту легенду о падальщике? Хотя, я не уверен, что даже если тебе расскажут, ты поймешь, о чем.
— Ладно… ты перестал бы. Серьезно. Я, разговаривающий с собой — первые признаки шизофрении.
— Ладно… ты перестал бы. Серьезно. Я, разговаривающий с собой — первые признаки шизофрении.
Рийохейрил закусил губу. Разговор его развлек, конечно, но как теперь заткнуть падальщика, он понятия не имел.
— Я… хочу спать.
Копия тут же повторила фразу, но это уже совершенно не нравилось.
Больше Рийо не говорил, поэтому они молчали следующие десять минут. Поначалу падальщик нервничал, переминался с ноги на ногу, а потом…
Иллюзия осыпалась золотистой пылью, будто падальщик был феей из дурацких мультиков. Рийохейрил облегченно вздохнул, но потом подумал, что сделал это чуть раньше, чем стоило бы.
Падальщик вновь оказался на кровати, неловко улегшись рядом с блондином. Грудная клетка беспокойно вздымалась. Наверное, ему трудно далось это превращение, — думает Рийохейрил.
Сейчас падальщик выглядит не так страшно, как то молчаливое существо, тянущее руку к его глазам. Похоже, еще одну легенду можно будет подтвердить через неделю.
Когда Рийохейрилу было лет семь, о том самом падальщике и легионере говорили все, кому не лень. Их обсуждали даже чаще, чем предстоящий турнир на место в Последнем легионе.
И хотя говорили все, подробностей было известно очень мало. Только то, что фаворитом легионера оказался вовсе не обычный мальчишка, а очень необычный представитель этой расы.
Говорили, что падальщик убил нескольких легионеров, а его хозяин даже и не подумал о наказании и, уж тем более, изгнании своего фаворита. А еще говорили, что этот падальщик не только убил легионеров, но и поглотил целую армию, неизвестно откуда и зачем появившуюся. Говорили, что у него тысячи щупалец, а жертв миллиарды. Так же говорили, что он берет легионера, а не наоборот. А еще…
Рийо поворачивается на бок, а Рийохейрил вздыхает.
Сейчас, кажется Рийохейрилу, знания совершенно бесполезны, как были бесполезны и тогда, когда они всем «дружным» классом обсуждали, как же не быть убитыми падальщиками. И не только потому, что падальщикам было обычно плевать на таких«обычных» жертв, как школьников из Империи (да и на всех остальных им обычно было плевать, чего уж говорить). А именно по той причине, что на Эттеррайсе на Рийохейрила даже бы взгляд никто из них не кинул, уж слишком много более«вкусных, подходящих и др.», а здесь, где были только люди и почти никого больше он явно переходил в разряд лакомых сладостей.
А еще убежать он в принципе не мог, потому что Рийо спокойно спал. А если он бы и проснулся, то нестабильная психика оболочки только усугубило бы все. Легенды ходили и о том, что падальщики не любят громких звуков.
Шипение усилилось, заставляя блондина жмуриться сильнее. Он не хочет умирать даже не потому, что умереть — значит исчезнуть навсегда (ну или не очень навсегда, если учитывать, что Божества Темных все-таки существуют). А из-за слишком частных утверждений, что когда ты умираешь — перед глазами проносится вся жизнь. Последнее, что хотел увидеть Рийохейрил, это свое прошлое. И уж тем более не хотел вспоминать причины, почему свалил из своей родной теплой школы, мира, оказавшись «здесь».
Шипение в какой-то момент достигло апогея, а потом бесследно исчезло. Существо будто оказалось в тумане, а потом глаза Рийохейрила пораженно расширились.
Смотреть на самого себя было странно. Конечно, Рийохейрил мог любоваться на свою оболочку в любое время, но… Такую ухмылку, почти с гордостью подумал Рийохейрил, мог скопировать не каждый. И особенно вложить в нее именно тот смысл, который вкладывал псевдо-крылан.
«Ну, хоть легенда о том, что падальщики умеют принимать чужой облик, правдива. Не вернусь, чтобы рассказать, но все же».
Из уст блондина шипение казалось слишком абсурдным. «Прислушавшись» к телу, Рийохейрил подумал, что многие спящие разговаривают во сне, значит и ему можно.
— Привет.
Копия с готовностью подхватила разговор, с точностью копируя хрипловатый ото сна голос.
— Привет.
Сглотнув, блондин решил хотя бы немного его развлечь. Так же легенды ходили и о том, что падальщики неплохие попугайчики.
— Меня зовут Рийохейрил.
— Меня зовут Рийохейрил.
Тут же с готовностью повторил падальщик, уставившись на Рийохейрила его же глазами.
— Мы с тобой вряд ли встречались, но я из того мира, что и ты.
— Мы с тобой вряд ли встречались, но я из того мира, что и ты.
Вряд ли падальщик понимал, что Ри ему говорил, но с огромным энтузиазмом повторял все фразы.
— Слышал ту легенду о падальщике? Хотя, я не уверен, что даже если тебе расскажут, ты поймешь, о чем.
— Слышал ту легенду о падальщике? Хотя, я не уверен, что даже если тебе расскажут, ты поймешь, о чем.
— Ладно… ты перестал бы. Серьезно. Я, разговаривающий с собой — первые признаки шизофрении.
— Ладно… ты перестал бы. Серьезно. Я, разговаривающий с собой — первые признаки шизофрении.
Рийохейрил закусил губу. Разговор его развлек, конечно, но как теперь заткнуть падальщика, он понятия не имел.
— Я… хочу спать.
Копия тут же повторила фразу, но это уже совершенно не нравилось.
Больше Рийо не говорил, поэтому они молчали следующие десять минут. Поначалу падальщик нервничал, переминался с ноги на ногу, а потом…
Иллюзия осыпалась золотистой пылью, будто падальщик был феей из дурацких мультиков. Рийохейрил облегченно вздохнул, но потом подумал, что сделал это чуть раньше, чем стоило бы.
Падальщик вновь оказался на кровати, неловко улегшись рядом с блондином. Грудная клетка беспокойно вздымалась. Наверное, ему трудно далось это превращение, — думает Рийохейрил.
Сейчас падальщик выглядит не так страшно, как то молчаливое существо, тянущее руку к его глазам. Похоже, еще одну легенду можно будет подтвердить через неделю.
Когда Рийохейрилу было лет семь, о том самом падальщике и легионере говорили все, кому не лень. Их обсуждали даже чаще, чем предстоящий турнир на место в Последнем легионе.
И хотя говорили все, подробностей было известно очень мало. Только то, что фаворитом легионера оказался вовсе не обычный мальчишка, а очень необычный представитель этой расы.
Говорили, что падальщик убил нескольких легионеров, а его хозяин даже и не подумал о наказании и, уж тем более, изгнании своего фаворита. А еще говорили, что этот падальщик не только убил легионеров, но и поглотил целую армию, неизвестно откуда и зачем появившуюся. Говорили, что у него тысячи щупалец, а жертв миллиарды. Так же говорили, что он берет легионера, а не наоборот. А еще…
Рийо поворачивается на бок, а Рийохейрил вздыхает.
Страница 49 из 76
