Поиграем?!

Тот снисходительно улыбнулся.

— Куда собираешься? Я бы посоветовал Монголию или Африку, там хотя бы было интересно при моих посещениях.

— Ну, мне не очень важно это, на самом деле.

— Уверен, что сможешь выжить в верхних слоях атмосферы?

— Я не хотел оставаться в своем теле. Стоит использовать все возможности, которые дала природа.

— Хочешь вселиться в тело?

— Угу. Почему нет?

— Почему бы не разрушить чью-то жизнь?

— Я… я хотел вселиться в ребенка.

— Считаешь, что его разрушенная жизнь не так важна, как жизнь взрослого?

Я закусил губу. Не думал я ни о чем.

— Эй, слышишь?

Я поднял глаза на фаворита, который выглядел немного злым. Его так волнует чья-то жизнь? Не то, чтобы я бесчувственная мразь, но все-таки.

— Но других вариантов нет. Мне нужно туда.

— Зачем?

— Нужно, — упрямо повторил я.

— Тогда тебе придется спрятать свой эгоизм.

— И кого же я должен выбрать? Животное?

— Жизнь животного гораздо важнее, чем жизни людей, идиот. Выбирай смертельно больных.

— Чего?

Фаворит серьезно посмотрел на меня.

— Смертельно больных.

— Но… я же тогда тоже…

— У вас же регенерация.

— Только не у меня. У меня даже хвост может только пугать или соблазнять, игнорируя все остальные эмоции. Более бесполезного псевдо-крылана, чем я, не придумаешь.

— Хоть чем-то это должно компенсироваться.

— Мое тело в этом не уверено.

— И все же. Если ты пройдешь в этот портал и займешь чье-то тело, то за тобой начнется охота. Я сам ее устрою. А если ты дашь жизнь смертельно больному ребенку, то автоматически сделаешь доброе дело.

— Но…

— Тебе это нужно. На Шаре все живут и без тебя. Если именно твоей шкуре нужна помощь, то ты должен отдавать больше, чем берешь.

— Но я могу не справиться.

— Значит умрешь.

— И я этого должен хотеть?

— Тебе придется быть к этому готовым. Или ты на прогулку вышел?

Я снова посмотрел на портал, но теперь со страхом, а не восхищением. Я не хотел умирать. И охоту не хотел. Легионеры не просто так названы еще и Стражами портала.

— Ты все еще собираешься идти?

— Д-да…

— Тогда иди. Но знай, что я проверю, кого ты выберешь. Понял?

— У-угу.

Теперь ноги дрожали, а на Шар хотелось гораздо меньше. Я даже представить не мог, как это, бороться с чьей-то смертельной болезнью. Да и в принципе слабо представлял, что значит жить в чужом теле.

Учителя говорили нам, что мы так «можем». А как можем и что для этого делать, как-то не уточняли.

— Удачи.

Фаворит кивнул мне, отходя назад, а потом пропадая. Я остался рядом с порталом. Рядом с холодным трепещущим светом, за которым…

— Может не идти? Можно же вернуться к этому легионеру и фавориту, а утром…

А утром вернуться на поезде в город. Или даже долететь, крылья выдержат даже метель, если я в чем-то уверен, то в них.

Я утер уже привычные слезы и вздохнул.

— Смертельно больных, так смертельно больных.

Рыжий цвет мне по душе

Меня пробрала дрожь, но что уж поделать, раз забрел именно в такое место. Сам посоветовал Рийо напиться, придется самому и выяснять, как добраться до Злата, Коула и остальных, которых я даже в лицо не помнил. Лучше там, потому что я примерно представлял, каким будет «Цирк монстров», в котором свободно ходит Падальщик.

Оглядевшись, я заметил просвет, где вагончики не стояли так близко друг к другу. За просветом был виден шатер, а значит должен быть и вход для зрителей со стороны улицы, который я довольно быстро нашел.

Было боязливо прямо вот так уходить, потому что я все-таки помнил, что писали про Падальщиков, но его все равно не было рядом при моем пробуждении, а значит, чисто теоретически, он первый от меня сбежал. Не знаю, как мне это поможет в случае чего, но факт остается фактом.

По улицам тоже гулял туман. Было еще слишком рано, чтобы поймать машину, поэтому пришлось идти наугад: вверх по склону, на котором был уложен асфальт. Я то и дело оглядывался, чтобы быть готовым к тому, если вдруг увижу что-то… не совсем нормальное.

Вышел к первому перекрестку я через полчаса. Туман немного рассеялся, но машин все еще не было видно.

Вздохнув, я повел плечами, крылья мягко укрыли спину, готовые к полету. Они, кажется, были единственным, что устраивало меня всегда. Хвост мог вызывать только страх и желание, управление эмоциями у меня было либо слишком сильным, либо слишком слабым, тело в принципе не отличалось ничем особенным. А вот крылья… я не был крыланом, но при этом летал с трех лет. Просто однажды взял и полетел. Кажется, этому очень долго и упорно учат, но я и тут выделился не в лучшую сторону.